Поезд смерти: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С образованием директории самарский Комуч самоликвидировался, превратившись в «Съезд членов Учредительного собрания». А в качестве областной власти в Самаре продолжал существовать совет управляющих ведомствами.

Компромисс в Уфе был достигнут под большим давлением союзников, желавших объединить силы контрреволюции для борьбы с советами. Но как только самарский Комуч потерпел серьезное поражение на фронте, он потерял всякое значение как для союзников, так и для их ставленника — сибирского правительства.

Слабость директории обнаружилась с первых же ее шагов. Будучи создана в результате компромисса, она не имела опоры ни на стороне сибирского правительства, ни на стороне Комуча, который в связи с поражениями на фронте сам все более терял опору.

Разгром учредилки

Поражение учредилки на фронте ускорил процесс разложения Народной армии. Только за одну неделю, с 10 по 17 сентября, из самарской стрелковой дивизии бежало около 1000 человек, а всего с начала мобилизации из этой дивизии бежало 2000 человек.

Помимо дезертирства некоторые воинские части оказывали активное сопротивление начальству. Так 8 сентября два полка Народной армии, расположенные в Самаре, отказались выступить на фронт. На усмирение этих частей были вызваны броневики, пулеметная команда и кавалерия.

Несмотря на жесточайший белый террор, разложение белой армий усиливалось, что в свою очередь вызывало одно поражение за другим. После бегства Народной армии из районов Хвалынска, Симбирска, а затем Ставрополя нависла прямая угроза и над столицей учредилки — Самарой. Однако подступы к Самаре со стороны Сызрани были закрыты, поскольку Сызрань еще находилась в руках противника. Для окружения и взятия Сызрани к Батракам и Александровскому мосту были двинуты главные силы Железной дивизии. Одновременно с этим с юга была двинута Вольская дивизия.

Район Сызрани был сильно укреплен, причем наиболее густая сеть укреплений, вынесенных вперед километров на десять и обнесенных проволочными заграждениями, тянулась от линии Заборовка на Батраки. Для отвлечения внимания противника от северного и южного участка фронта наши части на пензенском, и инзенском направлениях предприняли демонстративное наступление. Когда белые сосредоточили на этих направлениях свои главные силы, наши части, совершив глубокий обход противника с юга, повели энергичное наступление. Противник оказался в мешке, будучи окруженным с севера, запада и юга. Оставался лишь один путь — через Волгу по направлению к Самаре.

Обнаружив обход, белые 2 октября в панике отступили из района Сызрань — Батраки, оставив на правом берегу много снаряжения, боеприпасов и другого военного имущества, девять орудий, сорок пулеметов, много снарядов и патронов. А в ночь с 3 на 4 октября белые взорвали два восточных пролета Волжского моста.

Быстрому и решительному успеху Первой армии, занявшей Сызрань, в значительной степени способствовало вспыхнувшее в Иващенкове (Чапаевске) вооруженное восстание рабочих и одновременно с этим прорыв в глубокий тыл, к самому Иващенкову, Интернационального полка Четвертой армии, наступавшей из Николаевска (Пугачева). Эти два обстоятельства облегчили задачу овладения районом Сызрань — Батраки и не дали возможности белым воспользоваться теми укреплениями, которые они возвели на правом берегу Волги.

С переходом Сызрани в руки красных была решена и участь Самары. Операцию по занятию Самары вели Первая и Четвертая армии. В состав последней входила и Чапаевская дивизия. Полки Первой армии вели наступление частью по линии железной дороги, частью по правому берегу Волги. Четвертая же армия наступала с юга по левому берегу Волги, из Николаевска.

Разложение белой армии и активная поддержка красных со стороны рабочих и крестьян заставили учредиловцев стремительно отступать на восток, сдавая красным позицию за позицией. Несмотря на то, что к Самаре учредилкой были стянуты значительные силы, они не в состоянии были противостоять энергичному напору красных и в панике отступали. Вечером 7 октября передовые части Чапаевской и Железной дивизий, на лодках переправившись через реку Самару, вступили в город.

Дальнейшая борьба против белых велась по трем направлениям: на Бузулук — Оренбург, на Бугуруслан — Уфу и на Бугульму.

После сдачи своей «столицы» войска учредилки потеряли всякую устойчивость и стремительно откатывались на восток.

В районе Бугуруслана белые пытались приостановить отступление и оказать сопротивление. Однако наши части обошли их с флангов и отбросили дальше на восток.

С потерей большей части своей территории учредилка уже не могла оказать сколько-нибудь значительного сопротивления. Впрочем вскоре и сам Комуч был ликвидирован адмиралом Колчаком.

Чтобы убрать с дороги теперь уже лишнюю директорию, в ночь на 18 ноября эсеровские члены директории были арестованы, и власть перешла в руки адмирала Колчака.

Вопли эсеров о помощи, обращенные к их империалистическим «союзникам», остались без всякого ответа. Вскоре Колчак ликвидировал и остатки Комуча — «Съезд членов Учредительного собрания» и совет управляющих ведомствами.

Так бесславно погибло самарское правительство.

Ленин писал, что «…мелкобуржуазная демократия неспособна удержать власти, служа всегда лишь прикрытием диктатуры буржуазии, лишь ступенькой к всевластию буржуазии» (Ленин, т. XXVI, стр. 435).

Роль такой ступеньки и сыграл самарский Комуч. Подготовив всей своей деятельностью колчаковский переворот, Комуч погиб от руки им же взлелеянного военного диктатора.

КРОВАВЫЕ ДНИ

«Спасители» цивилизации и культуры

Одним из лозунгов мирового империализма и его наемников — эсеров и меньшевиков — в борьбе против пролетарской революции в России был призыв к «спасению» цивилизации и культуры, которые якобы разрушаются большевиками.

Буржуазная печать капиталистических стран систематически вела яростную кампанию против большевиков, преподнося своим читателям всяческие небылицы и выдумки о «зверствах» и «варварстве» большевиков.

«Во имя спасения цивилизации и культуры» буржуазная печать призывала свои правительства начать интервенцию против Советской России. «Во имя спасения цивилизации и культуры» интервенты купили эсеровскую партию, которая до указанию своих иностранных хозяев и приступила к «спасению» гибнущей цивилизации.

О том, как эсеры «спасали» цивилизацию, читатель узнает из печатаемых в нашем сборнике материалов. В частности первый отдел сборника, который (отдел) мы назвали «Кровавые дни», достаточно полно и ярко характеризует ту «цивилизаторскую» роль, какую выполняла самарская учредилка.

Отдел «Кровавые дни» содержит материалы, рисующие кровавые расправы «демократических» победителей над побежденными при занятии городов, местечек и деревень. Кроме того здесь же приводятся материалы, характеризующие зверское отношение белогвардейщины к захваченным на фронте пленникам.

Из материалов видно, что убийства коммунистов, захваченных в плен красноармейцев, революционно настроенных рабочих и крестьян не были случайными. Эти убийства носили систематический характер. При занятии каждого города повторялась одна и та же картина: белогвардейцы вылавливали всех подозреваемых в большевизме и немедленно чинили над ними расправу.