Аркаша бы ему сказал:
«Пап, я к тебе на кладбище боюсь ездить. Там есть памятники-скульптуры. Мне потом кажется, что под всеми скульптурами на самом деле тоже могилы. В парках, в метро. Хорошо, что у тебя нормальный памятник, плоский. Но я все равно не хочу приезжать и смотреть».
Хотя памятника бы не было. А был бы у них на кухне четвертый табурет. И кружка еще. Кружек «Любимой маме» у мамы две. Она вообще из другой пьет, с котом. Ну и папе бы они тоже подарили… Папе.
Чайник щелкнул. Телефон опять врубился. Иногда в ужастиках по телефону звонят мертвецы. Но Аркаша папин голос не помнит, ему же год всего был. Так что это Валерка или мама должны пугаться… Да и вообще.
На вызовах «мама», «мама», «Марат». «Ты сильно болеешь? Можно я зайду?» Фу-у-у-уф…
Это всё температура. И чего он испугался-то?
«Ну давай. Заходи».
Температура. Не заразная. Просто дурацкая.
Драконы Кедровы
– Да ничего так. Нормально. Иногда интересно, – сказал Марат.
Аркаша кивнул. И тогда Марат снова сказал.
– Нормально. Учителя нормальные. В классе тоже ничего.
Больше рассказать не получалось. Аркаша не знал тех, с кем Марат теперь учился. Другой класс. Другая школа. А Аркаша теперь был какой-то предыдущий, что ли… Или это Марат новый? Он на соревнования ездил. Первый раз из Москвы. Вместе с командой. Первый раз без родителей. В гостинице жил – тоже первый раз.
И теперь у Марата мир был как гостиница, люди как соседи по номеру. Он не на Аркашу смотрел, а на стены в его номере… комнате.
Раньше всегда, как приходил в гости, он ходил по квартире, разглядывал. Тут было не похоже на то, как у Марата дома. Много полок, цветы всякие, рисунки, фотографии. У Валерки в комнате стены были разрисованы и на них гирлянды иногда мигали. У Аркаши на полу – крепость средневековая, и к ней мельница, мост, ратуша… Всё из картона. И никто не говорил, чтобы убрал, и сестренка не ворвется в комнату, не станет крушить…
В общем, хорошо тут Марату было. Он петь мог, на мечах рубиться… Ну вообще громко жить. А сейчас он был опытный: в гостинице пожил день, ночь и потом еще ночь после соревнований. И оказалось, что в гостинице лучше всего.
В номере было много пустого места. И не было взрослых. И посуду мыть не надо было. Всей посуды – стаканчики от кулера. Все вещи – в спортивной сумке. Марат, правда, все равно зарядник потерял. Но по-любому вещей мало.
И убирать их не надо было. Пока они в чужом спорткомплексе на соревнованиях убивались, в номере за них порядок навели. Это Марату больше всего понравилось. Решил, в будущем станет жить только в гостиницах. Станет ради этого серьезным спортсменом.
Соревнования, сборы, чемпионаты. Гостиницы, номера, все вещи в одной спортивной сумке. Ничего лишнего.
И сейчас сидел, молчал. Аркашину комнату разглядывал, что в ней лишнего? Ковер на полу, постер со Смаугом на стене, полки, кресло. Нет, кресло можно было оставить. Цветы на подоконнике… В гостиничных номерах их не бывает. И крепость с рыцарями… И доспехи, мечи, нёрфы… Всё такое несерьезное. Не радовало.
Марат к Аркаше в гости пришел, чтобы хорошо было. А получилась ерунда. Про старую школу слушать было неинтересно. Да и не знал Аркаша о том, чего там у них в классе… Аркаша две недели в школе не был – болел. Он эти две недели только в своей комнате был. А у Марата за это время – поезд, гостиница, чужой спорткомплекс, тренировка, соревнования, обратный поезд… Соседи по номеру. Грамота. Тренер маме написал.
Аркаша молчал, в окно смотрел. А там небо белое. Не такое белое, как стены в гостиничном номере, другое. Как открытый файл, в котором презентацию надо делать.
– Уроков задали, – сказал Марат.
Аркаша кивнул и промолчал. Хотя ему говорить уже не было больно. Ему тоже не о чем. Марат к нему просто так пришел. У них общих соревнований не было и сборов тоже. В зомборыцарей играть не хотелось. Есть тоже не хотелось – там сосиски были на кухне, Марат их уже видел. Он не любил, когда сосиски были заранее сваренные. Даже когда их в гостинице на завтрак дали, Марат их все равно не полюбил. Если такие сосиски в микроволновке погреть, вкус вообще другой. В общем, непонятно было, чего делать. До тренировки еще час…
– Я посмотрю? – наконец придумал Марат.
И снова прошел по Аркашиной квартире. Он был будто в игре сейчас, но задание другое. Не «убери лишнее», а «найди интересное». Полки, полки, книги, фотографии старые, рисунки… Карта мира, старый плакат с английским алфавитом. Валера!
Он в коридоре стоял – только вошел. Очки, наушники, мобильник. На голове капюшон – черный, большой, как гребень у дракона… Валера мимо Марата прошел к себе в комнату. А дверь туда была открыта, потому что Марат заходил. Валера зашел, на него из-за шкафа меч упал. Валера его пнул– под диван, чтобы по полу летел. И сказал, глядя в телефон:
– Стоп, не здесь, сейчас покажу…
И пошел, прямо с рюкзаком, в ту комнату, в мамину.