Любить – не больно: Как залечить травмы прошлого и построить гармоничные отношения: читать начало книги онлайн

Дэвид поприветствовал меня улыбкой и принес искренние извинения:

– Простите, что опоздал. Стоял на каждом светофоре, и…

Его голос пресекся, когда он увидел, что жена сидит и смотрит на него. Он понурил голову и медленно опустился на диван.

– Простите… – повторил он и весь как-то сжался.

– Ты вечно извиняешься, а потом опять за свое. Неужели так трудно сдержать слово? – всхлипнула Шейла.

– Не знаю. Я пытаюсь… – тихо ответил Дэвид, не поднимая головы и не глядя на нее.

Он еще глубже погрузился в себя. Шейла это заметила:

– А я сижу тут одна. Я всегда одна! Потому что тебе все равно! Я буквально на грани, а ты сидишь тут пень пнем!

Дэвид уронил голову на руки.

Во всех современных учебниках и книгах по самопомощи такие взаимоотношения называют токсичными. Жертве советуют научиться видеть, когда абьюзер дурно с ней обращается. Проблема Шейлы и Дэвида заключалась в другом: непонятно было, кто жертва, а кто абьюзер. В их взаимоотношениях чувствовалось нечто иное, нечто скрытое от посторонних глаз (что, впрочем, касалось и моего собственного брака).

– Видишь, как он для тебя важен? – заметила я Шейле. Оба они – и Шейла, и Дэвид – молча воззрились на меня. – Он тебе нужен, он много для тебя значит. И эта отчаянная потребность в том, чтобы он понял твою боль… Ты так спешишь объяснить ему, как больно он тебе сделал, что кажется, будто ты просто умоляешь его это понять. Обрати внимание: твоя тяга к контролю, тон голоса, дрожащие руки, напряженная поза – и все это только потому, что он так важен для тебя. Именно поэтому тебе так больно из-за него.

Молчание.

Взгляд Шейлы изменился. По ее щеке скатилась одна-единственная слезинка. Злая, испуганная, взволнованная женщина сменила гнев на милость – и показала свою ранимость. Наконец-то она заговорила просто и искренне, от души.

– Да… – сказала она. – Я хочу только одного – чтобы он тоже меня полюбил. Это очень… утомительно – пытаться выдавить из другого хоть каплю любви. А мне приходится… – Ее голос дрогнул. Не от злости – от одиночества и отчаяния. – Я… я просто хочу, чтобы он любил меня так же, как я его.

Ее отважная откровенность, с которой она наконец проговорила свое истинное желание, явно застала Дэвида врасплох. Он слушал ее с открытым сердцем, настроившись не обороняться, а сочувствовать и сострадать. Он, пожалуй, даже восхищался ею. Он был готов принять Шейлу, и язык его телодвижений тоже менялся – поза и жесты перестали быть маскировкой для уязвимости. Он был готов рисковать. И медленно, в тишине, он потянулся к ее руке.

Токсичный танец и травматическая связь не позволяют нам быть искренними – и уязвимыми в своей искренности. Именно травматическая связь яростно защищает нас от нашего же собственного Внутреннего ребенка, израненного и напуганного, который в детстве чувствовал себя нежеланным, нелюбимым, недостойным. Этот ребенок пытается либо бить, либо бежать, либо замереть всякий раз, когда боль – любая боль – становится слишком сильной. Шейла защищала свои уязвимые места, пытаясь «бить», то есть нападала на мужа. Дэвид защищал свои уязвимые места, уходя в себя, то есть «замирал». Но когда этого невидимого защитника – травматическую связь – отзывают, он теряет свою силу, забывает, что должен был делать, и отходит в сторону. Это исчезновение из отношений третьей силы, ненужного «посредника», открывает возможность по-новому воспринять друг друга. В этот момент израненные и сломленные партнеры могут, ничего не опасаясь, открыто поговорить и проработать травматическую связь.

На одном из следующих сеансов Шейла спросила меня: «Но почему я так поступаю? Зачем тащить в любовные отношения одни и те же нездоровые схемы из собственного детства? Бред какой-то!»

Нет, вовсе не «бред». Более того, это совершенно нормально – искать утешение в чем-то привычном и предсказуемом. Проблема возникает тогда, когда «привычное и предсказуемое» оказывается опасным для жизни и здоровья или эмоционально разрушительным. Опасение или настороженность по отношению к переменам – тоже в порядке вещей. Меняться сложно и страшно. Именно поэтому я еще раз хочу подчеркнуть: даже то, что вы открыли эту книгу и задумались о переменах в своей жизни, – уже невероятная смелость. Зайти на неизведанную территорию значит столкнуться с лицом к лицу с теми неудобными, неприятными эмоциями и мыслями, которых вы так долго и старательно избегали. Вы проявили истинное мужество, ступив на этот путь вместе со мной.

Травматическая связь – это высокоэмоциональный опыт отчаянного стремления к близости и острейшей необходимости в безопасности. А эмоции вызывают в организме биохимические реакции. Травматическая связь как магнитом притягивает эти эмоции. Она может выглядеть как восторг и страсть, за которыми следуют периоды боли, пренебрежения, забвения и дурного обращения.

В конечном счете травматическая связь возникает на основе физического, довербального воспоминания об эмоциональном страдании. Вы, вероятно, даже не помните, как освоили эту реакцию, этот механизм. Зато ваше тело помнит – ведь на протяжении многих лет вы были вынуждены защищаться от эмоциональной боли. Тело хранит память о том, какие шаги нужно сделать, чтобы почувствовать себя любимым, пусть даже время от времени, и о том, что помогает оставаться в безопасности. Во взрослой жизни все повторяется: вы вступаете в отношения, и ваш организм посылает сигналы, как защититься от боли, – боли, которая, как ему кажется, неизбежна, если кто-то подойдет слишком близко (разумеется, чтобы разочаровать вас или отвергнуть), – и сигналы, побуждающие вас контролировать окружающих, чтобы никто не вздумал вас покинуть.

Случалось ли, что ваш партнер возвращался с неожиданным или роскошным подарком после того, как он в гневе ушел из дома, хлопнув дверью? А случалось ли вам вдруг ощутить внезапный порыв нежности после того, как вы вылили на партнера ушат грязи? Что общего между этими переживаниями?

Людям, которые борются с зависимостями, хорошо знаком этот цикл: стимул, желание, реакция, вознаграждение (чуть позже мы подробно рассмотрим каждый этап цикла). Та же схема, заставляющая ваш мозг бессознательно принимать решение, запускать ли реакцию привязанности, лежит в основе любой травматической связи. В токсичных отношениях почти всегда присутствует периодическое подкрепление – то есть партнер получает некую «награду», но это происходит непредсказуемо, поскольку триггерные моменты, вызывающие реакцию, тоже непредсказуемы. В крайних случаях периодическое подкрепление используется манипулятором злонамеренно – чтобы разрушить психику жертвы. Однако в этой книге мы разберем травматические реакции, вызванные страхом, которые приводят к менее сильным, но все же бурным и глубоко переживаемым циклам в отношениях. Эти реакции тоже токсичны. Но поскольку они, вероятнее всего, проистекают из травмы привязанности, с ними можно работать, чтобы в конечном счете прийти к исцелению. Давайте поочередно рассмотрим все эти этапы, чтобы вы научились лучше их распознавать и даже предвидеть.

Стимул. Возможно, вы слышите шаги партнера за дверью. Или смартфон издает мелодию, которую вы установили для сообщений от лучшей подруги. Или вы подъезжаете к родительскому дому, чтобы навестить маму и папу. За долю секунды мозг «переключает передачи» и настраивает организм на встречу, которая либо сблизит вас, либо отдалит друг от друга. Для Шейлы сообщение от мужа послужило именно таким стимулом – она тут же вспомнила, что для Дэвида она на втором плане, что автоматически заставило ее ощутить себя ненужной, нелюбимой и ничего не значащей.

Что происходит, когда мы автоматически настраиваемся на разочарование? Что происходит, когда мы чувствуем потребность в безопасности, но не знаем, как попросить о поддержке тех, кого мы любим? Ваш организм готовится к «нелюбви» и включает режим страха и самозащиты.

Желание. При работе с травмами привязанности, включая те, что заложены в токсичных отношениях, я называю этот вид желания голодом привязанности. Это мотивационная сила, лежащая в основе ваших реакций.

Любой голод привязанности связан с желанием человека изменить свое внутреннее состояние. Этот процесс настолько стремительный и неосознанный, что зачастую мы его просто не замечаем. В безопасных, доверительных, надежных отношениях мы стремимся изменить свое внутреннее состояние на любовь, тепло и близость. В случае травмы привязанности внутреннее состояние, от которого мы стремимся избавиться, – это страх. Страх остаться в одиночестве или, напротив, страх непереносимой близости. Шейла боялась одиночества. Ее пугала сама мысль о том, что муж ее не любит или не ценит. Реакцию на этот страх она маскировала под контролирующее поведение и гнев, чтобы скрыть свою боль и уязвимость.

Помните, что неисцеленные травмы привязанности часто мешают вам настроиться на безопасную и надежную связь. Вы даже не рассчитываете на нее. Напротив, стимул настраивает вас на небезопасность и незащищенность. Если то, что происходит в ваших отношениях, вызывает у вас страх – страх перед эмоциональной дистанцией или эмоциональной близостью, – вы будете либо еще отчаяннее цепляться за партнера, либо еще сильнее его отталкивать. Другими словами, ваш мозг, основываясь на детских травмах, будет кричать вам: «Господи, только не это! Он меня бросит. Я просто уверена. Сделай все, чтобы он остался!» или «Внимание, опасность! Мы уже это проходили. Мне страшно. Я не знаю, что делать! Надо срочно спрятаться!» Такой голод привязанности обусловлен страхом, который запускает реакцию выживания.

Реакция. Мысль или действие, посредством которых вы пытаетесь избавиться от голода привязанности, – это реакция. Если вы чувствуете, что нужный отклик требует приложить больше физических, умственных или эмоциональных усилий, чем вы можете себе позволить, сама форма итоговой реакции на это укажет. Если во взаимодействие с партнером вовлечена травматическая связь, ваша реакция может выглядеть по-разному – в зависимости от того, чувствуете вы себя любимым и значимым или нет. Если вы уверены, что нужны партнеру и важны для него, то отреагируете не так, как если бы вам казалось, будто вы его недостойны. Шейла чувствовала себя отвергнутой и нелюбимой, поэтому ее реакция выглядела как нападение, за которым скрывалась попытка заставить мужа ее понять. Отчаянная, резкая, острая реакция на страх расставания или страх слишком тесной близости – травматическая связь в действии. Так организм неосознанно вспоминает болезненный опыт, полученный в детстве, и откликается на него. Наши глубочайшие шрамы привязанности – это память тела: она проявляется в виде ощущений и поведения в текущих отношениях.

Вознаграждение. В условиях токсичной расстановки сил любовь и привязанность, к которым мы стремимся, вступая в отношения, появляются лишь время от времени и непредсказуемо. Это периодическое подкрепление – вознаграждение в виде нежности, прощения и привязанности – держит нас на крючке. Страх остаться без вознаграждения, неуверенность в том, получим ли мы его, заставляют нас чувствовать безнадежность и беспомощность. Отношения получают власть над нами. В нас накапливается столько отчаяния и тоски по теплу, признанию и близости, что, получая от партнера хотя бы крупицу внимания, мы испытываем облегчение, которое вызывает прилив радости, ощутимой даже на физическом уровне.

В здоровых отношениях вознаграждение представляет собой удовлетворение потребностей в близости, привязанности и любви. Но когда в отношениях присутствует травматическая связь, желание если и приводит к вознаграждению, то лишь с оговорками и непоследовательно, нерегулярно. В травматической связи главную роль играет сила (и, соответственно, борьба за власть), а не близость, поэтому для того, чтобы отношения внутри пары наладились, всегда необходима некая «сделка», связанная с расстановкой сил. Прежняя модель отношений Шейлы и Дэвида выглядела так: если я буду достаточно долго злиться, он в конце концов услышит меня и изменится, пусть даже на время. Эта модель воздействует на человека – и на психическом, и на биохимическом уровне – как своего рода наркотик: создается высокоэмоциональная связь, которая имитирует близость. Но при настоящей близости нет ни победителей, ни проигравших. Настоящая близость заключается в том, чтобы открыто, не боясь показать свою уязвимость, идти навстречу друг другу, слышать и видеть своего партнера, сопереживать ему.