Английские подводные лодки типа “Е” в первой мировой войне. 1914-1918 гг.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Несмотря на усилия российского атташе, ему так и не удалось выяснить многих конструктивных и технических подробностей английских субмарин. В частности, оставалось неизвестным их углубление в боевом положении, система расположения аккумуляторов и их количество, запасы сжатого воздуха, устройство торпедных аппаратов, количество переборок, система вентиляции и многое другое. Рейн докладывал, что “самые энергичные шаги, предпринятые мною в этом направлении, не дали результатов”. Он пытался выяснить некоторые детали у фирм-поставщиков аккумуляторов – у того же Vickers, у Siemens Brothers и Edison E1ectric Battery Store Сотр., но безрезультатно. Над руководителями этих компаний настолько довлела боязнь суровых санкций со стороны правительства и Адмиралтейства, что по тем вопросам, которые касались поставок оборудования и комплектующих для подлодок, они даже не желали вступать в переписку.

Единственные сведения, которые удалось добыть Рейну по ПЛ типа “Е”, были следующие. Надводный двигатель системы Vickers был “двойного цикла и ординарного действия”, а Адмиралтейство не допускало “расхода более 0,56 фунта нефти на силу”. Данные по водоизмещению лодок в позиционном положении, а также об углах зрения перископов (предположительно 60°) оставались крайне противоречивыми. По словам Рейна, он получил эти сведения от командира “одного броненосца”, поэтому и отнесся к ним с большой долей недоверия.

Такая обстановка глубокой секретности вокруг ПЛ серии “Е” продолжится до октября 1914 г., когда англичане допустят своих союзников – русских офицеров-подводников (прежде всего штурманов и офицеров связи) на свои субмарины для ведения совместных боевых операций против германского флота на Балтике.

Война. Первые боевые операции

Первая мировая война застала вице-адмирала Д. Джеллико на боевом дежурстве в Северном море, где немецкое командование развернуло свои главные силы против британского Гранд-Флит. На балтийском театре Германия решила ограничиться набеговыми рейдами отряда из семи легких крейсеров и трех эскадренных миноносцев (при поддержке броненосных крейсеров), а также обороной побережья.

С первого дня войны германское высшее морское начальство не сомневалось в неизбежном вторжении противника в Гельголандскую бухту и, соответственно, приняло меры к ее защите. Согласно оперативному приказу командования, главной целью операции морских сил Северного моря ставилось максимальное ослабление Гранд-Флита наступательными действиями против сторожевых и блокирующих бухту судов, выставление минных заграждений и применение ПЛ вплоть до берегов Англии.

Убеждение в наличии неприятельской сторожевой линии побудило германское командование вынести решение в пользу операций в открытом море; план I развертывания лодок на позиции перед английскими базами был временно отклонен. Немцы рассчитывали нанести удар большим кораблям и тем самым начать уравнивать силы с Гранд-Флитом для последующих решающих боев.

5 августа 1914 г. начальник 1-й флотилии подлодок получил оперативный приказ: “Главным объектом атаки должны быть неприятельские крупные боевые корабли, и лишь на обратном пути разрешается атаковать все суда. Лодки должны идти строем фронта в расстоянии 7 миль одна от другой в направлении на NW и, пройдя 300 миль, повернуть обратно. Дойдя до линии Оркнейские острова – Ставангер, пробыть на этой позиции 40 часов, после чего вернуться к Гельголанду. Лодкам не пользоваться радио, чтобы не выдать себя. Только с приходом на позицию после 1 часа ночи четвертого дня операции, по словесному приказанию, радиопереговоры будут возобновлены. На самодвижущиеся мины надеть ножницы для разрезания сетей. В случае тумана операция продолжается”. Выход ПЛ (6 августа) прикрывали два легких крейсера, сопровождавшие их на 100 миль от Гельголанда, чтобы в случае получения сведений об англичанах можно было изменить общий курс подлодок по радио.

Эта первая операция немецких ПЛ не увенчалась успехом: из 10 две погибли. На обратном пути следования, 9 августа, U-15 внезапно наткнулась на английский отряд легких крейсеров, шедший в дозоре впереди флота. Один из крейсеров – “Birmingham” – таранным ударом потопил U-15. U-13 пропала без вести в первый же день после выхода из бухты. В целом августовский поход германских субмарин на такое расстояние несомненно свидетельствовал об их хороших мореходных качествах и, более того, оказал прямое воздействие на передислокацию Гранд-Флита.

В британском Адмиралтействе подобная акция немцев казалась абсолютно невозможной – там пребывали в полной уверенности, что ПЛ выходили из своих баз, расположенных где-то в норвежских шхерах. Судя по всему, опасения Адмиралтейства зашли так далеко, что даже базу флота в Скапа-Флоу (к северо-востоку от побережья Шотландии) сочли небезопасной. В итоге в качестве подходящей маневренной базы была признана в Лох-Ю (Loch Ewe) на западном побережье Шотландии.

Немцы же тем временем для обнаружения точного местонахождения англичан в Северном море прибегали к давнему проверенному способу – выпускали почтовых голубей с рыбачьих траулеров. Специальная 10-я эскадра (“Северный патруль”) еще не прибыла к месту назначения, поэтому адмирал Джеллико оставался с флотом на севере и наблюдал за входом в Северное море. В южной части моря сосредоточилась подводная флотилия коммодора Кийза, номинально подчиненная адмиралу Джеллико. В ее задачу входил сбор разведданных о дислокации и передвижениях кораблей противника.

Экипаж одной из английских подлодок на палубной надстройке

23 августа (н.ст.) 1914 г. Р. Кийз представил на рассмотрение командования план операции для достижения господства в водах Северного моря, смысл которого заключался в следующем. С первых дней войны две ПЛ – Е6 (командир капитан-лейтенант С. Тэлбот) и Е8 (капитан-лейтенант Фрэнсис Гудхарт) несли усиленную дозорную службу вблизи портов Гельголандской бухты в юго-восточной части моря. Эта служба отличалась своими особенностями и трудностями из-за серьезной опасности, исходившей как от германских миноносцев, так и от их подлодок. В ходе боевого дежурства английские подводники выяснили, что каждый день вечером легкие немецкие крейсера выводили миноносцы в определенные пункты бухты, откуда они расходились в заданные районы. На рассвете миноносцы возвращались обратно, и около 8 ч утра крейсеры встречали их приблизительно в 20 милях на NW от Гельголанда. Эти ценные сведения, добытые Е6 и Е8, Кийз и предложил использовать.

Предпринять операцию днем не представлялось возможным, так как к северу и югу от Гельголанда миноносцы образовали непрерывную цепь охраны. Причем они постоянно находились на полном ходу – видимо, с целью обезопасить себя от атак английских лодок. Учитывая эти факторы, Роджер Кийз предложил совершить хорошо спланированный набег надводных сил на позиции противника перед наступлением рассвета в гот район, который прилегал ближе к берегу. В Адмиралтействе в целом одобрили план Кийза, но осуществить операцию решили не перед рассветом, а в 8 ч утра, когда ночные дозоры будут уже в гаванях. Объектом нападения должны были стать не они, а миноносцы дневной дозорной смены – их предполагалось выманить подальше в море подводными лодками.

В итоге приняли решение образовать из ПЛ цепь в виде двух линий- внутренней и внешней. Внутреннюю линию к северу и югу от Гельголанда образуют Е4, Е5 и Е9. Им предписывалось держаться в удобном положении не обнаруживая себя до тех пор, пока не наступит благоприятного момента для атаки. Внешняя линия, согласно плану состоящая из Е6, Е7 и Е8, должна была проходить в мористой части. Их задача состояла в том, чтобы намеренно позволить противнику обнаружить себя и заманить его подальше в море.

Для выполнения задачи планировалось задействовать две флотилии эскадренных миноносцев и два линейных крейсера – “Invincible” и “New Zealand . Адмирал Джеллико предположил, что эта операция может вызвать подход главных сил Флота Открытого Моря, поэтому предложил выслать на поддержку “Invincible” и “New Zealand” миноносцы и крейсеры Гранд-Флита. Рано утром 27 августа он уведомил Адмиралтейство, что отряд из четырех крейсеров и шести легких крейсеров под командованием контр-адмирала Дэвида Битти вышел на соединение с “Invincible” и “New Zealand”.

28 августа 1914 г. у Гельголанда произошел бой, состоявший из трех фаз. Немецкое командование упустило благоприятную возможность задействовать в том бою свои ПЛ – он произошел к западу от линии, где держались U-5, U-10, U-25 и U-28. Из всех британских субмарин одна Е4 смогла принять участие в операции. На второй фазе произошла кульминация боя. Германский миноносец V-187 попал в сферу перекрестного огня с двух английских легких крейсеров – они начали его обстрел с расстояния 25 кабельтовых, затем приблизились на 3 кб. Снаряды попадали в V-187 непрерывно, причиняя сильные повреждения: он получил несколько попаданий в вентиляторы, котлы и турбину. Пар, смешанный с черным дымом, выходил из пробоин, из входного и машинного люков, вследствие чего затруднялась стрельба из кормового орудия. Вся кормовая часть миноносца была объята пламенем от горевшего боезапаса, и после попаданий фугасных снарядов он начал погружаться носом и тонуть. Тогда британские крейсера прекратили огонь и послали шлюпки спасать немецкий экипаж. Не успели они подойти к месту гибели миноносца, как из мглы показался германский крейсер типа “Stettin”.

Это обстоятельство затруднило операцию по спасению экипажа V-187, но тем не менее английским морякам удалось взять в плен двух офицеров, в том числе начальника отряда, и 26 матросов. После этого английские корабли дали обратный ход. При приближении немецкого крейсера к эпицентру боя, английский “Defender” попал под его сильный огонь. “Defender” вынужден был оставить свои шлюпки (уже с частью спасенного немецкого экипажа) и уходить из зоны обстрела.

Экипаж подводной лодки Е7

Командир Е9 Макс Хортон

Тем временем командир Е4 капитан-лейтенант Э. Лейр, наблюдавший бой в перископ, атаковал “Stettin”. Лодка выпустила торпеду, но крейсер резко изменил курс прямо на нее и тем самым избежал попадания. Быстро погрузившись, чтобы не быть протараненной, через некоторое время Е4 вновь всплыла: крейсера поблизости не было, а шлюпки оставались на месте. Лодка приблизилась к ним. Шлюпки были переполнены тяжело раненными немецкими матросами; англичане оказывали им первую помощь, перевязывали, а из-за нехватки бинтов рвали на себе обмундирование и применяли полосы из одежды в качестве перевязочного средства. Среди спасенных немцев не получили ранений два офицера и восемь матросов.

Командир Е4 не мог принять на борт всех людей, находившихся в шлюпках, поэтому он взял только команду с “Defender”, одного германского офицера и двух матросов. Остальные остались в шлюпках. Лейр снабдил их компасом, пресной водой и сухарями, указал курс на Гельголанд, а сам пошел на звуки доносившихся выстрелов.

Моральный перевес боя оказался на стороне англичан. Немцы предполагали, что англичане предпримут набег на Гельголандскую бухту. И все же, операция английского флота в зоне германских портов стала полной неожиданностью для германского командования. Немцы тогда потеряли “Koln”, “Ariadne” и “Mainz”. После того, как гросс-адмиралу Тирпицу вручили подробное описание “этого столкновения”, как он назвал бой в своих воспоминаниях, он посчитал, что “потери произошли от того, что флот не вышел для боя”. В ответ от одного из своих подчиненных адмирал услышал, что потеря крейсеров произошла из- за небывалой смелости англичан. Тирпиц пишет, что во флоте все были возмущены этими словами, после чего на бортах судов стали находить “анономные надписи мелом, выражавшие это чувство… Кайзер не желал иметь подобных потерь”.

В итоге Тирпиц откровенно признавал, что германский “гельголандский угол благодаря дежурству там неприятельских подлодок как оперативная база для наступления нашего флота оказался менее подходящим”, чем предполагалось перед началом кампании. После боя у Гельголанда немцы не рисковали выходить с кораблями далеко в море, и вынуждены были держаться вблизи своих укрепленных баз. Результат боя заставил германское командование обратить внимание на неправильный метод использования подлодок как оборонительного средства. Для прикрытия лодками подходов к бухте семь ушли в устье реки Эмс, и на эту флотилию была возложена охрана бухты с запада.

У перископа

Нужно отметить еще один важный факт, о котором не любят говорить английские авторы. После Гельголанда немецкие минные заграждения, выставленные вблизи английских берегов, в совокупности с действиями подлодок типа “U” представляли собой эффективное оружие. Это вынуждало англичан начиная с первых чисел сентября 1914 г. кроме тральщиков и сторожевых флотилий, задействовать 250 рыбачьих траулеров. Всем этим судам предписывалось проводить траления, наблюдать за протраленными фарватерами, обнаруживать подлодки противника и не допускать постановок новых минных заграждений.