На задворках империи. Детские и юные годы Давида Ламма: читать начало книги онлайн

«Зачем мы должны туда возвращаться?» – спросила Илана. «Кто-то взял чужую детскую панамку, и теперь воспитатели пытаются выяснить, кто это сделал, вот почему».

«Но я не брал ничьей панамки», – вмешался Давид.

«Хорошо, вот ты и скажешь это всем, когда мы придем в детский сад», – ответила воспитательница.

Илана надела пиджак, и все они отправились в детское учреждение.

Естественно, Давид понятия не имел о том, кто мог взять панамку и как вообще она выглядела, однако по дороге в детский сад он продолжал твердить, что не брал ничьей панамки. Чтобы доказать свою невиновность, он показал на свою панамку и добавил, что ему достаточно одной.

В конце концов, воспитательница, простая женщина, сказала Илане, что ее сын, вероятно, действительно украл панамку, если до сих пор не прекратил оправдываться.

К тому времени, когда Давид появился в детском саду, потерянная панамка уже была найдена.

После того, как в его жизни произошло много подобных случаев, Давид стал сознательно воздерживаться от отрицания несуществующей вины.

В этом детском саду Давид впервые встретился со смертью. Недалеко от детского сада в городском парке была снежная горка, зимой воспитатели приводили туда детей покататься на санках.

На горку дети поднимались парами, взявшись за руки. В паре с Давидом была Таня – девочка, которая за обедом также всегда сидела рядом с ним. Эта веселая девочка развлекала всех вокруг. У Давида сложились с ней особые отношения, потому что ей не нравился компот из сухофруктов, и она им всегда делилась с ним. Пережив во время войны длительный голод, Давид всю оставшуюся жизнь отличался здоровым аппетитом.

Снежная горка была не слишком далеко от детского сада. По пути туда Таня и Давид смеялись и так громко разговаривали, что воспитательница несколько раз просила их успокоиться. Когда группа прибыла на место, крики и громкий смех детей на горке зазвенели в воздухе. Дети катались на санках по относительно узкому проезду между цепными оградами, закрепленными на металлических столбах.

Таня и Давид ехали вместе: Давид сидел впереди, а она позади него. Когда они ехали, с обеих сторон вместе с ними двигались другие санки. Каждый раз, когда они хотели увернуться от очередного толчка или столкновения, с противоположной стороны они ударялись в другие санки. После одного из особо сильных ударов их санки заскользили к металлическому столбу ограды. Давиду удалось соскочить с санок, но Таня, крепко держась за края, оставалась сидеть, пока санки на высокой скорости не влетели в забор, со звоном врезавшись в него.

Крушение было сильным: Таня упала с санок, налетев лбом прямо на металлический столб. Больно ударившись головой, она издала пронзительно-отчаянный крик. К тому времени, когда дети приблизились к Тане, воспитательница уже была возле нее. Обнимая Таню, она наклонялась к ней и громко кричала, умоляя девочку ответить ей. С каждым мгновением становясь все более бледной и безжизненной, Таня не реагировала. Она, которая была так счастлива всего несколько секунд назад, сверкая глазами и белоснежной улыбкой, теперь была безжизненной и неподвижной. Что-то невидимое покинуло ее лицо, которое еще мгновение назад сияло в веселом возбуждении; и это «что-то» сменилось так называемой «маской смерти». Воспитательница с Таней на руках, окруженная группой взрослых и детей, побежала с горки вниз.

На следующий день воспитательница Давида сообщила детям, что Таня умерла от перелома черепа. Такая близкая и драматическая смерть, которую Давид наблюдал впервые в жизни, потрясла его и напугала.

Ему трудно было восстановиться после неописуемой трансформации, которую он недавно наблюдал: девочка, которая всего лишь минуту назад была настолько полна жизни и смеха, внезапно перестала принадлежать миру живых.

К счастью, время стирает трагические эпизоды из нашей памяти, и вскоре Давид вернулся к своей обычной беззаботной жизни. Этот эпизод занял незаметное место в его подсознании.

После четырех лет хронического недоедания в раннем детстве было неудивительно, что любимое время Давида в детском саду было время еды, когда вместе с другими детьми он садился за низкий квадратный столик и с удовольствием съедал все, что ему предлагалось. Он никогда не критиковал пищу и с аппетитом ел все, что было предложено: суп, каши, картошку, иногда мясо, хлеб, а на десерт – кисель или компот с печеньем.

В фильмах маленьких детей изображали так, как будто они могут вести значимые разговоры в течение значительного времени. В реальной жизни коммуникативные навыки маленьких детей по-прежнему ограничены. Во время еды очаровательные, красивые, умные дети говорили без остановки, каждый из них высказывал все, что было на уме, и отвечал на собственные вопросы. Чтобы наладить настоящее социальное общение, дети должны пройти дальнейшие стадии созревания нервной системы.

В жаркий и влажный летний день группа Давида отправилась на длинную прогулку в близлежащий пригород. Дети держали друг друга за руки, а по обе стороны разбитой на пары вереницы их сопровождали три воспитательницы. Группа уже собиралась возвращаться с прогулки, как Давид почувствовал, что ему стало плохо. Кроме общей усталости он ощущал сильную боль в животе, вероятно, из-за какого-то пищевого отравления. По своей природе Давид хорошо переносил болезни и почти никогда не жаловался на них, но на этот раз он был вынужден сказать одной из воспитательниц, что плохо себя чувствует. Воспитательница похлопала его по спине и попросила ускорить шаг: «Все будет в порядке».

Еще через пять минут Давид потерял сознание. Позже он узнал, что пока он находился в бессознательном состоянии, кто-то отнес его в детский сад.

Когда он проснулся в спальне, где детей в полдень укладывали на тихий час, он не мог вспомнить, как туда попал. Теперь он чувствовал себя сильным и здоровым. В чужой футболке и трусиках он выбежал на задний двор детского сада и встретил там воспитательницу, которой он жаловался на боль в животе во время прогулки.

«О, Давид, ты уже хорошо выглядишь, – сказала она с широкой улыбкой на лице. – Почему ты не сказал мне, что действительно плохо себя чувствуешь?»

Как я мог, подумал Давид, я всего лишь маленький ребенок, и пока не могу найти все взрослые слова, чтобы высказаться. Мне нужно больше времени.

«Я постирала твою футболку и трусики. Скоро они высохнут, – продолжала воспитательница, – хороший мальчик!»

Давид понял, что, потеряв сознание, он еще и полностью перепачкался, и что его воспитательница такая молодец, что отмыла его и постирала одежду. Помимо чувства стыда, несмотря на свой юный возраст, Давид почувствовал благодарность к тем, кто заботился о нем, пока он был без сознания, что является признаком здоровой психики.

Молодой организм Давида смог выдержать настоящий шок. Ему было стыдно за то, что он не контролировал себя, но вскоре… в детстве легко получается отвлекаться от смущающих мыслей.

В послевоенное время, когда Давид посещал детский сад, образование маленьких детей не считалось приоритетом. Основной целью дошкольного учреждения была забота о благополучии детей. Согласно одному из педагогических мифов, преподаватели полагали, что детей не следует учить ни читать, ни писать, пока они не пойдут в школу. Одно из своеобразных объяснений этой доктрины состояло в том, что для того, чтобы обучаться читать и писать, дети должны достигнуть возраста, когда их мозг готов к «конкретным операциям». Широко распространенное мнение заключалось в том, что образование ребенка по основным дисциплинам должно начинаться не раньше семи лет.

Однако Давид не был полностью неграмотным. Благодаря своей матери и брату, которые почти каждый день читали ему детские книги, еще до поступления в школу Давид полюбил книги и мечтал о том времени, когда ему не нужно будет беспокоить Илану просьбами прочитать ему еще одну книгу. Он хотел научиться читать сам.

Однажды за месяц до окончания детского сада и поступления в школу, детсадовскую группу Давида отправили на прогулку по городскому парку. Пока он играл с детьми из своей группы, он заметил, что воспитатели собрались вокруг ребенка, который посещал ту же группу, что и он и чья мать была воспитательницей. Чтобы продемонстрировать знания ребенка, мама задавала ему разные вопросы. Мальчик, Игорек, продемонстрировал остальной группе широкие знания по многим предметам. Давид очень расстроился, что в отличие от него мальчик, например, знал разницу между левым и правым. Слушая ответы Игорька, Давид понял, как мало он знал. Еще в детстве он ощутил острое желание учиться как можно больше.

5. Школьные годы