На этот раз я опоздал. Вот та полянка, вот моя метка, а яичка нет! Растет на месте яичка… гриб! Здоровый, в два кулака, дождевик.
Понял я, что вовсе не яичко я тогда нашел. Просто торчала из земли маленькая грибная шляпка, только что высунулась. Потому-то и не вылупилось из нее ничего: ни птички, ни змейки, ни черепашки. Просто гриб вырос.
И хоть бы гриб какой стоящий, а то гриб-дождевик! Это тот самый, из которого, если наступить, бурая пыль летит, ни варить его, ни солить, ни жарить. Только ногой поддать.
Я так и сделал: как наподдал, так пыль и заклубилась!
Вот вам и «простые» яички!
Вот вам «из яичка вылупится птичка».
Вот вам и «если нету птиц, то не может быть и яиц».
Все может быть.
Ночные охотники
Сидел я в лесной избушке при свете лампы. В окно постучали. Я поднял глаза. На черном стекле, с той стороны, билась большая ночная бабочка! Она прилетела из ночного леса на огонек и билась в стекло так отчаянно, будто за ней гнались. Я хотел открыть окно и выпустить бабочку, но вспомнил про комаров и передумал.
Но только я опять взялся за дело — по стеклу зацарапали. Кот! Глазищи дикие, усы торчком, а лапой на стекле бабочку ловит. Прижал бабочку мягкой пятерней, нос свой розовый под лапу сунул и зашевелил усами — съел. Охотничек…
— Брысь! — крикнул я.
Кот не ушел. Он, видно, знал, что на свет прилетят еще бабочки. Тогда я вышел во двор.
Ночь темная и теплая. Свет из окна похож на луч прожектора. И в этом луче, как пылинки на солнце, толкутся ночные насекомые: мотыльки, бабочки, комары. Там, где свет из окна совсем слабый, носились быстрые тени. Мелькнет что-то, потом слышится хруст, и сверху, сверкая, летят бабочкины крылышки. Хруст — и падают жесткие надкрылья жуков. Летучие мыши разбойничают!
Долго я следил за ночной охотой. Увидел я еще, как метнулся кто-то из темноты на пролетающую летучую мышь, скогтил ее и пропал. Не узнать бы кто, да невидимка голос подал: «Ку-вит, ку-вит!»
Сыч! Ну и ловкач! А я раньше и не знал, что сычи летучих мышей ловят. Да и все тут было ново: коты на бабочек охотятся, птицы на мышей…
Из черного ночного леса доносятся незнакомые голоса — значит, и там есть охотники. Да, может, такие, что… Лучше, пожалуй, в сторожку уйти!
Тук-тук
Тук-тук!
— Да!
Тук-тук!
— Войдите!
Тук-тук! Тук-тук!
Ого! Стучит не в дверь, а в окно!
Выглядываю: дятел!
Прицепился на открытую раму и серьезно так стучит.
— Здоро́во! — говорю. — Влетай!
А он как испугается! И в лес.