Я сразу сообразил, что это не журавль, а журавлиха и что на той кочке у нее гнездо.
Подошел к кочке — верно: в кочке — углубление и в нем на подстилочке из травы лежат два здоровых пятнистых яйца, каждое размером с мою ладонь.
Одно целое, а другое с дыркой наверху. И рядом лежала толстая скорлупка: птенец, видно, сию минуту только сделал себе в яйце окошко.
Я так и замер на месте: что дальше будет?
Вдруг из окошка высунулась взъерошенная голова на тонкой шее и покрутила носом.
Мир, в котором журавленок собирался родиться, был полон солнца и яркой зелени.
— Привет тебе, привет! — громко поздравил я его. — Ну, как тебе здесь у нас, нравится?
Журавленок беспокойно заерзал, но, видно, не понял, что я стою рядом и разговариваю с ним.
Тогда я наклонился к нему.
Моя тень накрыла гнездо.
И вдруг — нырк! — журавленок исчез в яйце. В гнезде по-прежнему лежали два очень крупных яйца: одно — целое, другое — с дыркой в скорлупе.
— Вот это здорово! — удивился я. — Не успел еще на свет родиться, а уж в прятки играет! Чур-чура, я дома!
Вспомнились мне тут говорящие яички серой куропатки, и я подумал: «А может, они тогда не со страха пикали, а между собой сговаривались, как от меня ловчее удрать?
И ведь удрали! Видно, птенчата, еще не родясь из яйца на свет, мастера в прятки играть. А я их уму-разуму учить собрался!»
Размахнулся я корзиночкой, что была у меня приготовлена для будущих моих воспитанников-птенчиков, и закинул ее далеко в траву.
А сам пошел в деревню — щеночка себе доставать.
Щенок ни прятаться не умеет, ни плавать. И непослушный.
Вот и буду его учить.
Веселая игра
Притащила лиса лисятам мышей на обед. А лисята сыты — давай с мышами играть. Двое одну мышь схватили — тянут-потянут. А один сразу трех мышей в пастишку — хап! Только хвостики висят.
Играли, пока не надоело. Тогда мышей бросили — в нору залезли. Легли у входа, мордочки на передние лапки положили — смотрят из темной норы на светлый мир. И видят: прилетели к норе мухи. Закружили, зажужжали. За мухами — птичка трясогузка. Тоненькая такая, серенькая. Хвостиком качает и ножками семенит. Пробежит и остановится, пробежит и остановится. А остановится — и закачает хвостиком. На мух смотрит.
Съежились лисята. Трясогузка вправо, и лисьи глаза вправо, трясогузка влево — глаза влево. Так и перекатываются.
Лисята как выскочат! Чуть-чуть птичку не поймали.
Опять в нору забились — караулят.
Опять слетелись мухи. За мухами — трясогузка. У самой норы хвостиком дразнит.
Лисята как выскочат — чуть не поймали!
Тут уж и не поймешь: игра это или охота?
Вот в который раз выскочили — и опять зря. Сбились в кучу. А сверху, с синего неба, нависла тень, заслонила солнце.
Кинулись лисята в нору — еле протиснулись.