Иду достаточно быстро на своих каблуках в десять сантиметров. Когда пятку начинает натирать, уже проклинаю и себя, что вызвалась отдать телефон, и самого Эдера, что забыл такую важную в современном мире вещь.
Нахожу его стоящим у ограждения. Удача какая-то. Потому что я уже собиралась разворачиваться и с позором возвращаться за стол с Сафиным и Марино. И пусть они делают свои селфи и сторис.
— Привет, — здороваюсь.
Алекс не сразу поворачивает голову. А если у него проблемы со слухом?
— Ты забыл, — протягиваю его телефон и касаюсь плеча. Тормошу.
— Что?…
Когда Эдер снисходит до того, чтобы на меня посмотреть, жалею в два раза больше. Он глядит с недовольством и четко уловимой брезгливостью. При этом Алекс красив. Несправедливость этого мира, чтоб его!
— Ты ушел из ресторана и забыл свой телефон. Вот возвращаю. У твоих друзей на него уже были не совсем хорошие планы.
Алекс сначала бьет себя по карманам и только потом берет из моих рук свою вещь. Снимает блокировку и скашивает быстрый взгляд на меня.
Стою и переминаюсь с ноги на ногу.
— Спасибо, — емко благодарит, и… Уходит. Только и вижу, как спина в белой рубашке удаляется. С руки Алекса свисает такого же цвета пиджак.
Это все?
Да, не рассчитывала на вознаграждение, но была бы благодарна за чашку кофе. Я неслась на каблуках ради него! На самом деле — австрийский говнюк.
— Подожди! — кричу.
Алекс с неохотой сбавляет шаг. Остановившись, не оборачивается.
— Что-то еще? — сквозь зубы спрашивает.
Обидно. Я вижу его первый раз в жизни. Так близко-то точно, а он ведет себя скверно, неблагородно.
— Да, — скрещиваю руки на груди. Из-за моих каблуков мы почти одного роста, Алекс ненамного выше.
— И что же? Деньги? — ухмыляется. Стараюсь держать спину ровной.
— Не нуждаюсь, — от моего вранья внутри ничего не екает, — но вот арабский кофе скрасил бы мое мнение о тебе, Алекс Эдер.
Гонщик хмурится и дважды моргает. Думает, наверное, что исчезну. Как бы не так! В эту минуту понимаю, что вообще не отлипну, пока Алекс не купит мне проклятый кофе. Дело принципа.
— Здесь недалеко. Я видела вывеску.
Несмело отступаю.
— Идем! — говорю и слышу, как шуршат брюки Алекса. Через время — аромат его парфюма. Острый перец, сладость чего-то восточного и терпкого. Вкусно. Мне бы хотелось, чтобы мой парень так пах.
Оборачиваюсь и улыбаюсь ему широкой улыбкой. Не знаю зачем. Захотелось. А то этот Эдер такой хмурый, будто не знает, как улыбаться.
Небольшое заведение, где подают арабский кофе, довольно аутентичное. Я не фанат всего восточного, но их кофе люблю. Еще духи и сладости.
Алекс заказывает две порции кофе и взглядом приковывает себя к окну, а… Не ко мне. Жаль, я хороший собеседник.
Отрывается Эдер только тогда, когда перед его носом замаячила миниатюрная чашечка.
Будь у меня свой дом, я бы хотела себе такой набор, чтобы пить из него кофе по утрам. Определенно: маленький итальянский домик, веранда, плетеное кресло и кофе. На журнальном столике последние номера «Vogue». В ярких мечтах еще и со мной на обложке.
— Как, говоришь, тебя зовут? — сделав глоток горячего напитка, спрашивает. Появившиеся продольные складки на лбу Алекса придают гонщику небрежной сексуальности. Он как с рекламной картинки. Смотрела бы и смотрела.