Я бесконечное количество раз уже облизала свои губы, что теперь их чувствительность зашкаливает. Мои руки спрятаны в глубоких карманах юбки. Делаю вдох и наполняю свои легкие морским запахом с нотами амбры и восточных сладостей.
— А вторая?
— Что вторая? — быстро переглядываемся. — Съемка?
Вновь откуда ни возьмись выплескивается уверенность, что это банальное любопытство. Как бы мои действия — равно его репутация. Вскользь вспоминаю наши разговоры в начале года.
Безусловно, он с Сереной куда лучше сочетается, чем я.
— Украшения. Мне понравилось.
— Сниматься? Или украшения тебе понравились?
Хихикаю. Румянец без спроса покрывает щеки. Все это тянет на легкий флирт, но в тоже время в очередной раз думаю о том, что я беспросветная дура.
— И то, и другое. Я потом купила браслет! — вырывается из меня довольно эмоционально. — Показать? — спрашиваю, а сама думаю: зачем? Глушу бессмысленный порыв.
— Покажи.
Снова облизываю губы. Когда открываю сумочку, и на глаза попадается бальзам, делаю заметку в своей голове использовать его уже наконец, пока мои губы не покрылись корочкой из песка.
Браслет достаю из бокового кармана.
Позолоченная крупная цепочка с несколькими кулонами: ракушка, цветок, шмель и крупная надпись «fashion». Смотрю и решаю: зря показала.
Смеяться же сейчас будет. Или посмеиваться. Снисходительно так, что почувствую пропасть между нами еще шире, глубже и пугающе.
Совсем другой я стала.
— В твоем стиле, — Алекс поглаживает блестящие предметы, иногда дотрагиваясь до тонкой кожи запястья. Каждый раз вздрагиваю, а электрический разряд, как цыганская игла, аккуратно входит в позвоночник и также выходит.
— Да… — подтверждаю его слова.
Молчу, что в этом комплекте еще и сережки есть. Я, без сомнений, их купила.
— Тебе подходит.
Опускаю руку. Звон кулонов раздает вибрацию косточкам и клеткам, и я ежусь. Или от второго порыва ветра, который теперь приносит аромат его парфюма.
Не исчезает чувство, что если бы Алекс не сдал свою гонку, все сложилось бы по-другому. Эдер не простил мне свой выбор, а я слишком остро чувствую вину за это, чтобы вновь делать шаг навстречу своему гонщику.
Своему еще… Чуть меньше суток.
— Замерзла? — в его голосе вновь не то вопрос, не то утверждение.
Качаю головой, затем киваю. Путаюсь и улыбаюсь.
— Не отказалась бы от кофе. Арабского.
— Я знаю отличное место, — Алекс подставляет локоть, и я опираюсь на него.
— Прекрасно. Тогда с меня булочки с корицей.
Быстро смаргиваю то, что привиделось: взгляд Эдера был наполнен ожиданием моего ответа.
До того заведения, где почти год назад мы сидели и раскрывали свои секреты, доходим молча.
Обстановка та же: низкие столики, аутентичная обстановка. Разве что ковров стало на стенах больше. Почти уверена, нас встречает тот же пожилой мужчина, что и в прошлый раз.