Сталинские рыбные наркомы. Полина Жемчужина. Александр Ишков: читать начало книги онлайн

Другой пример неординарного подхода, примененного непосредственно наркомом А. Ишковым в послевоенные годы, – решение проблем формирования морского добывающего флота. Часть полученных по репарации от Германии торговых, транспортных, госпитальных и других судов переоборудовали для нужд рыбной промышленности. Многие из них стали плавбазами для приема и обработки рыбы, китобойные и транспортные суда. В этих целях Александр Ишков был командирован в освобожденные от фашистских захватчиков западные районы страны, имея специальный мандат-удостоверение от ЦК КПСС для решения вопросов морского рыболовства.

Копия специального удостоверения – полномочия Ишкова А. А. от имени ЦК КПСС. 1945 г.

Одновременно в конце 1940-х – начале 1950-х годов по предложению Александра Акимовича на правительственном уровне принимается решение по серийному строительству средних рыболовных траулеров (СРТ) в ГДР и прибалтийских портах. Эти суда, которые длительное время составляли основу морского рыболовства страны, вели промысел сельди почти во всех районах Гренландского, Норвежского, Баренцева морей, а также в морях Дальнего Востока.

В дальнейшем, в 1960–70-х годах, именно с судов типа СРТ и модернизированных СРТ-Р, СРТМ началось освоение сельди, хека, налима и других рыб в отдаленных районах Северо-Западной Атлантики. По существу, серийное строительство флота типа СРТ позволило в целом решить проблему обеспечения населения продукцией из сельди. Именно сельдь стала третьим основным продуктом после хлеба и картофеля.

БМРТ типа «Маяковский»

Решая эту важнейшую задачу, министр много внимания уделял организации отечественного промысла тралами. Для этого совершенствуются суда, орудия лова и технология, как добычи рыбы, так и ее переработки на судах в готовую продукцию вплоть до выпуска консервов и пресервов.

Революционным стало строительство первых больших морозильных траулеров с кормовым тралением – БМРТ.

Это было новое слово в мировом рыболовстве, и оно принадлежит нашей стране, ее конструкторам, ученым, капитанам, тралмейстерам. Введение в строй судов типа БМРТ наряду с совершенной техникой лова позволило производить продукцию, которая доставлялась прямо в магазины. Благодаря такому подходу начал расширяться ассортимент рыбных товаров. Важно и то, что по бытовым условиям для команды суда типа БМРТ не имели равных в мире.

Строительство новых судов типа БМРТ и их модификаций осуществлялось, как за рубежом, так и на отечественных судостроительных заводах. Так, судов проекта 394 типа БМРТ «Маяковский» было построено на судостроительных заводах в городе Николаево 196 единиц и в городе Клайпеда 34.

Строительство рыбопромысловых судов осуществлялось и на других судостроительных заводах страны и за рубежом (Приложение 13). К 1979 году, когда А. А. Ишков ушел на пенсию и его сменил В. М. Каменцев, промысловый флот насчитывал более 40 тыс. вымпелов, в том числе 1600 добывающих судов с мощностью главного двигателя от 300 л. с. и более.

Вылов морским океаническим рыбодобывающим флотом с 375 тыс. т вырос до 8,3 млн т в 1979 г., что составило почти 90 % от общего вылова СССР за год.

Освоение рыбных запасов в отдаленных районах Мирового океана стало возможным отечественным рыбопромысловым флотом с созданием экспедиционной формы организации промысла, которому А. А. Ишков в своей деятельности уделял огромное внимание.

Это было новацией в мировом морском рыболовстве, Рыбодобывающие суда уходили за тысячи миль от портов приписки и работали автономно, получая все необходимое снабжение, включая топливо, продукты, различное снабжение, необходимое для продолжения промысла с плавбаз, танкеров, транспортных судов и обслуживающих их вспомогательных судов.

Выловленная рыба и произведенная из нее рыбопродукция вывозились специальными транспортами и плавбазами в порты страны. Была организована и смена экипажей судов в местах промысла либо в ближайших к районам лова зарубежных портах.

Для осуществления ряда упомянутых операций была освоена, непосредственно в море, швартовка рыбодобывающих судов к транспортам и плавбазам. Подобное никто в мире не осуществлял. Советские капитаны, рыбаки были пионерами в этом и других направлениях при организации и осуществлении экспедиционного промысла морских живых ресурсов в самых отдаленных районах Мирового океана.

Для поддержания устойчивой круглосуточной связи с такими рыбопромысловыми экспедициями была организована специальная система соответствующих радиостанций в разных портовых городах страны. В самом же Минрыбхозе СССР, как и на бассейнах, функционировали круглосуточные штабы, возглавляемые, как правило, опытными капитанами, прошедшие практику экспедиционного промысла.

Случались во время такого экспедиционного промысла аварии, и даже гибель судов вместе с рыбаками, что с прискорбием и тревогой воспринималось всей отраслью, включая и ее руководство. Такие случаи тщательно анализировались независимой комиссией Минрыбхоза СССР, и на основе их вырабатывались соответствующие рекомендации по безопасности мореплавания в условиях экспедиционного промысла.

О внимании А. А. Ишкова к экспедиционному промыслу свидетельствует и такой факт, что рабочий день его в министерстве начинался, как правило, с доклада дежурного-капитана о положении дел в экспедициях и местах промысла, возникающих проблемах и путях их решения.

Ишков неоднократно сам выходил в море на промысловых и научно-поисковых судах в районы Баренцева, Гренландского, Норвежского, Северного морей и в Северо-Западную Атлантику, чтобы практически понимать проблемы отечественного морского и океанического рыболовства. Так, в 1956 году Александр Акимович на БМРТ «Свердловск» пересек всю Северную Атлантику из Мурманска до порта Сент-Джонс для установления рыболовных связей с Канадой.

Позднее он отправился на промысел сельди в Северное и Норвежское моря из Калининграда на БМРТ «Яшма».

Так что рыбацкие будни были ведомы министру на практике. Уверен, что именно это побудило его поддержать инициативу рыбаков Северного бассейна, выдвинутую ими в 1963 году, по установлению Дня рыбака. Такой праздник был утвержден указом президиума Верховного Совета СССР 3 мая 1965 года под № 3519, он отмечается ежегодно во второе воскресенье июля и в настоящее время.

Заочное знакомство

В середине 1960-х годов Северная рыбопромысловая разведка Главка «Севрыба» – Севрыбпромразведка (Мурманск), несмотря на неплохую сырьевую базу, выдвинула ряд предложений по проведению поисковых работ для ввода в промысел новых районов и объектов. Министерство детально рассмотрело и поддержало инициативу, были выделены немалые по тем временам средства, включая инвалютные, на морские экспедиции.

Мне было поручено возглавить поисковые работы по сельди, путассу, атлантической сайре и другим пелагическим видам. В многомесячной экспедиции в районе севернее Азорских островов на СРТМ «Волгодонск» мы осваивали совершенно новый для северян промысел – лов атлантической сайры на электросвет (подобно добыче тихоокеанской сайры). Работа была изнуряющей – все в новинку. Я – начальник рейса – и капитан Александр Иванович Моисеев ночью ищем рыбу, пытаемся подобрать оптимальный световой режим для отлова. Отдых днем и опять поиск. Успехи чередовались с неудачами. Были периоды, когда по две-четыре недели мы не видели ни хвоста атлантической сайры. Естественно, сводки шли в Мурманск и Москву каждые сутки, а раз в неделю подробная информация – в министерство рыбного хозяйства.

Несмотря на то, что шел четвертый месяц и имелись только эпизодические уловы, мы дважды получили радиограммы о принятых самим министром Ишковым решениях продолжать поиск. Это придавало всему экипажу моральные силы в нелегкой работе.

Затем был получен первый улов – 5 тонн атлантической сайры за ночь. Работа продолжалась. Вновь – удачи и разочарования.

В один из ночных поисков я почувствовал боли в правом боку. На следующий день стало хуже, поднялась температура. Врача на борту нет, ведь на СРТМ он не положен по штатному расписанию. Кругом ни одного судна. Провели консультации по рации вначале с проходящими судами торгового флота, а затем, когда стало совсем худо, с берегом. Предположили диагноз – аппендицит. Нужно было срочно госпитализировать. Отправились в ближайший порт – Лас-Пальмас на Канарах, более 600 миль. По рекомендации береговых врачей больной бок обложили льдом. Мое состояние не улучшалось. Капитан Моисеев вновь обратился в Мурманск и Москву с просьбой дать указание любому советскому судну, имеющему на борту врача-хирурга, принять меня на борт.

Медленно идут часы ожидания.