- Ну, готовь яишню, - разрешил тот. - А где же все-таки полкан, если забыть о скрипках и роялях?
- Мы ему отзвонились. Полкан сипит автоответчиком, что болен. Простудился - не иначе, на выезде.
- Мне бы его в баньку, - мечтательно закатил глаза Гастрыч. - Вы знаете, что моя ванна превращается в чудесную баньку?
- Гастрыч, - устало вздохнул старший Амбигуус. - Вы... ты хотя бы сознаешь, что тебе все едино, что ты - бисексуал?
- Не би, а три, квадро! - заносчиво молвил тот. - Какая мне разница, с кем или с чем? Ведь это все не со зла, а от широты души.... Ее девать не в кого... Вот на днях, спросонок, гляжу - бегает что-то живенькое, плачет, убивается по мамке... прости, студент, - он погладил Артура по плечу. - Не хотел бередить рану. Маленькое такое, ночью, как зверушка, топочет ёжиком; вроде бы человек, но только нижняя половина, и плач из нее такой нутряной, всю душу рвет... Это, голуби мои петушистые, называется экзистенциализмом. Брошенность в мире, покинутость в безбрежном космосе... Ну, я встал, попал в тапочки...
- Чем? - одновременно спросили отец и сын.
Яишня шкворчала.
- Покамест ножками... Словил его в банное полотенце, погладил, положил себе под бочок, оно и пригрелось, и даже стало двигаться соответственно... Что худого я сделал?
Амбигуус-младший покраснел.
- Что ты развеселился, когда в доме траур? - взревел отец. - Неадекватная реакция начинается? Признавайся - твоя работа?
- В порядке опыта, - повинился Артур. - Я передал дорогому Гастрычу поясной поклон.
- Что такое?
- Ну, не стал мастерить целого клона, а сделал полуклон, оказал уважение. Вытяжкой из мамки... - тут его глаза наполнились слезами. - Получилась половина клонИхи. Сил глядеть на нее у меня не было, и я... в общем, выпустил на лестницу... эту книжную недотыкомку... и подпустил соседу. Сам научил! - крикнул, защищаясь, Артур, демонстрируя Гастрыча его же, соседа, фомку. - Давайте лучше о Куккабуррасе... и его первом заказе Давно.
- Давайте, - сказал Куккабуррас, стоя в дверях и поигрывая точно такой же фомкой.
Он действительно стал неузнаваем, но это был все тот же Л. М. Сухой и стройный, при подвижных пальцах, начисто и наголо выбритый, в штучном костюме - и с тростью.
- Странное у вас Агентство, - заметил Куккабуррас. - Вы собираетесь строить мне козни. А я организовал для вас бизнес, понадарил торговых точек и посевных земель... а также пахотных... отдачи, правда, пока не видно... большого отката... но я не теряю надежды. Я понимаю: суп варится. И вот пришел сделать вам очередной заказ.
Старший Амбигуус пригласил его в спальню, указал на потолок:
- Ваша работа?
- Конечно, нет. Нашли головореза. Мне мстят. На меня наезжают. Вся, какая есть, мафия, пронюхала про рецепт и особенно интересуется таблетками продленного действия.
Младший Артур напрягся, вспоминая, кому он уже успел разболтать о существовании таких пролонгированных таблеток. Наверняка многим, ибо не всегда бывал в здравом уме. О концентрированном варианте, благодаря поучительному случаю с Билланжи, и так знали все. И кое о чем еще, в том числе, как это ни ужасно, Куккабуррасу. Он решил помалкивать, ибо истина начинала проясняться в его сознании, где химикат мешал химикату, а темное подсознание резвилось, играя с моральными принципами.
- Короче говоря, не будем разводить тут всякую туфтень, - Эл-Эм с изяществом присел на краешек стула. - Пока что я делаю вам заказ на Долю. Потом заказов не будет, я буду брать товар сам и пользоваться им ровно столько и с помощью тех, кого сочту достойным исполнителем - и держать на крючке. Но с Долей я обязан разобраться сам... мой дублер. Он, падла, окончательно съехал с катушек. Гуляет на свободе, угрожает мне постоянно, требует грибов, а на предложение гробов отмечает мелким шантажом, да экскрементами в местах моих жизненных интересов... которые еще не переделаны в старые, где только чокаются да ложки ко рту подносят....
Характер этого лесного шантажа был ясен младенцу. Дело шло не о ложках. Куккабуррас нуждался в видеозаписях лесополосатых утех, где его сняли во всей красе.
- Разберитесь с ним, - приказал Куккабуррас. - Заодно я опробую на себе препарат новейшего поколения, - не считаясь с семейной трагедией, Эл-Эм весело подмигнул убитому горем сыну. Гастрыч и старший Амбигуус внимали молча.
- Да, кстати, - вдруг совершенно неожиданно изрекла крыша. - Попрошу вас больше не называть меня Эл-Эм’ом.
- А как же вас величать? - с недостаточно скрытой издевкой спросил тяжелый на руку Гастрыч. Ему тоже внезапно и, может быть, тоже кстати, пришла в голову мысль, что он ведь тяжел на руку.
- Палл-Малл, - строго и чопорно ответствовал Куккабуррас. - Я теперь курю только этот сорт. Палл-Малл, Лайтс энд Стронг. Это похоже на "паммал", "поймал", а я поймаю всех и каждого... - Босс нес явную околесицу. - Этого злыдня я лично сожру...
Тут стало ясно, что преображенный Куккабуррас нарезался в дребадан.
- Вы низко себя ставите, - подал голос старший Амбигуус. - Вы сами поразделаетесь со всеми вашими недругами. Прилягте, отдохните, - он указал на супружескую кровать. - Долю мы, так и быть, возьмем на себя...
- Да? - нерешительно спросил Палл-Малл. - Нет, - решительно отрубил он. Я буду убивать сам. Растите грибочки, штампуйте пилюли. Это вы правильно решили, братки. Сам. Вот этими руками... Я пойду туда вот с этими руками....
И он поднес трясущиеся руки к лицу, как будто состоял во всей королевской рати.