— Не хочу тебя расстраивать, но я, наверное, хуже тех мужчин, которых ты знаешь.
Ее глаза слегка расширяются, и я наслаждаюсь тем, как она физически немного сжимается от моих слов.
— Похоже, ты обо мне догадываешься. Так скажи мне, кто ты? — спросил я, наклонив голову.
Она снова бросает на меня неуверенный взгляд. И я чувствую иррациональную злость на себя за то, что заставил ее чувствовать себя неловко.
Черт, что я делаю? Начинаю ссориться с какой-то женщиной посреди ночи?
Только я открыл рот, чтобы извиниться, как к нам подошел пожилой мужчина с охапкой браслетов на продажу.
— Нет, спасибо, — говорю я ему, хватаю блондинку за руку и тащу ее на другую сторону фонтана.
— Он, наверное, за милю увидел твои модные часы, — говорит она и смеется, когда мы перестаем идти.
Я сжимаю челюсть, глядя на нее.
— Точно. И я уверен, что он вряд ли заметил голую женщину, — говорю я.
Это заставило ее замолчать.
— Когда ты уезжаешь из Парижа? — спрашивает она. Ее широкие, любопытные голубые глаза находят мои. В них есть какая-то надежда. И, черт возьми, раздражение исчезает.
— Завтра. Или, наверное, сегодня. Я здесь уже два дня.
Ее губы сжимаются в игривую гримасу. — Неудивительно, что ты не любишь Париж. Ты вряд ли был здесь достаточно долго, чтобы оценить его по достоинству.
— Я бывал в Париже много раз, и всегда предпочитаю уехать как можно скорее.
Она издает звук, который звучит на половину возмущенным, наполовину раздраженным.
— Похоже, мне не удастся убедить тебя в обратном.
Ее глаза задорно блестят, когда она снова смотрит на меня. — Счастливого полета домой.
Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, когда она поворачивается и уходит. Но какая-то маленькая, мертвая часть меня хочет продолжать спорить с ней. Мои поездки в Париж унылы и неинтересны, и по какой-то причине я наслаждаюсь нашим балаганом.
Черт, может, мне нужно больше друзей?
Я говорю прежде, чем успеваю подумать. — Убедить меня? Ты меня ни в чем не убедила, кроме того, как не вступать в отношения с голой женщиной в фонтане.
Я вижу, как она застывает в нескольких футах от меня.
Она поворачивается, улыбаясь.
Как будто она улыбается всем телом. Открыто, доступно, живо.
Она - полная противоположность мне, но почему-то я не могу игнорировать притяжение между нами.
— О, смотрите, кто наглеет, — говорит она, скрещивая руки. — Честно говоря, я не думала, что ты на это способен с этой палкой, засунутой так далеко в задницу.
Я хихикаю, чувствуя, как напряжение во всем моем теле ослабевает от ее слов. От нашего глупого спора. Знакомое, голодное потягивание в пупке заставляет меня сделать шаг вперед. Потом еще один. Я обращаю внимание на ее осанку - узкую талию и широкие бедра. Ее стройную шею. Ее мягкие губы. Ее волосы, которые начинают сохнуть в распущенных кольцах, и то, как ее локоны завиты и смяты на лбу. Она нежна. Что-то в ней задевает за живое, и я пристальнее вглядываюсь в ее лицо.
Я не знаю ее, но не могу остановить любопытство, которое гложет меня. Я не могу остановиться. Это как Икар и солнце.
Может быть, это будет забавная интрижка.
Одна ночь веселья перед тем, как я вернусь домой.