Титан и Титанида: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Данко говорит, что при помощи тех столбов силового поля, что мы принесли для охраны нашего дома, он сможет добыть не только бесперебойный источник питания электроэнергии, но и настроить дальнобойную радиосвязь. Считай, получим телефон… – он ухмыльнулся, и я снова щёлкнула ножницами.

Телефон – роскошь Павшего Мира. Роскошь, которую я не застала… Порой мне немного досадно оттого, что люди, старше меня всего лишь на пять-десять лет, знают о Павшем Мире столько, сколько мне не расскажет ни одна энциклопедия. Они видели мобильные телефоны, вроде тех, какие есть у Металлов Рудника, только работающие по всему миру; видели свободно летающие самолёты; видели невероятные курорты и экзотические шоу, и восхитительные театры, и блестящие концерты, и необъятный космос им был доступен… Я была слишком мала, когда на землю обрушилась Сталь, родилась в лесу, который не покидала на протяжении всего своего младенчества. Как итог: практически все мои знания о Павшем Мире родом из энциклопедий и рассказов знающих людей.

– Как ты обратился? – вопрос возник в моей голове и сорвался с моих уст внезапно. Просто я вдруг поняла, что мы никогда не говорили об этом… Он стал Титаном на пути к Руднику, прямую вакцину в сердце ему вколола Теона, но… Как это было? Надо же… Я до сих пор не знаю.

Тристан встал со стула и подошёл к своему рабочему столу, а я отложила ножницы: моя часть сделана – уборка за ним.

Он вытащил из незапертой верхней полки стола один из своих пухлых блокнотов в переплёте из кожзама и протянул его мне. О том, что он с переменным энтузиазмом пишет мемуары и ведёт дневники, мне известно – он делает записи бессонными ночами, – но я ими никогда не интересовалась: в конце концов, это его внутренний мир, его личное пространство и просто его территория.

– Это мой первый дневник. Здесь воспоминания о моём обращении в Титан. Первая запись за август две тысячи девяносто четвёртого года. В принципе, можешь читать любой из дневников, когда захочешь. В них содержится много нелицеприятного обо мне, описаны многие мои ошибки, но эти знания могут помочь тебе в понимании меня, а я не против быть понятым, особенно тобой, – с этими словами он коснулся пальцами моего подбородка, после чего поцеловал в губы.

Я дождалась, когда он приберётся после стрижки, и, когда осталась наедине с собой, открыла дневник на августе 2094-го года. Отдельные фразы врезались в глаза:

“…Теона приехала встретить меня со Спиро. Стоило мне её увидеть, как чувство влюблённости с новой силой застелило мои глаза…

Менее чем через час мы спасались от Барнабаса Литтла, отца Клэр, обратившегося в Блуждающего… “.

“…Мы случайно подобрали женщину… У нас не было выбора: нам пришлось позволить сесть ей в автомобиль, чтобы самим спастись от погони Блуждающих. Она была укушена, но мы поняли это слишком поздно…

Теона вырвала заражённую из салона нашего автомобиля, при этом нечаянно разбив её нос об открытую дверцу. Однако Блуждающая оказалась сильнее Теоны и гораздо агрессивнее. Развернувшись к Теоне всем телом, Блуждающая бросилась на неё, желая вцепиться в её глотку, но я успел напасть на безумную сзади. Блуждающая толкнула Теону и та упала на землю, и в испуге попятилась назад на руках. Я опасался, чтобы заражённая кровь не попала на Теону… Тем временем Блуждающая развернулась ко мне, я же бросился бежать в противоположную от неё сторону. Вскочив на ноги, Теона поспешила к прицепу, чтобы вооружиться ломом, который видела там, когда выгружала труп Розы. 

Испуганные Спиро с Клэр сидели в машине, Спиро успел закрыть все двери – от этого было легче. Я побежал обратно к машине, навстречу Теоне, которая уже схватила лом, но Блуждающая вдруг ускорилась, и я понял, что расстояние между нами начинает слишком быстро сокращаться. Спрыгнув с прицепа с ломом в руках, Теона бросилась мне навстречу… Когда Блуждающая приблизилась ко мне слишком близко, Теона закричала мне, чтобы я резко повернул влево, и я повернул… Но заражённая не менее резко сориентировалась, не упустив ни секунды… При этом она открыла перед Теоной свой незащищённый тыл… Замахнувшись ломом, Теона одним ударом справа снесла её голову… В буквальном смысле… Я услышал отчётливый хруст кости. Бордовая жидкость с примесью густого серого вещества брызнула из белокурого черепа неудержимым фонтаном… Этот фонтан из крови и мозга не задел Теону, но задел меня… Заражённая завалилась на бок, словно срубленное дерево… Её непослушное тело продолжило конвульсивно биться об асфальт… 

Теона опоздала буквально на секунду. Блуждающая успела укусить меня: на моём правом запястье зияла глубокая кровавая рана в виде рваного полумесяца… Рана в виде идеально ровной человеческой челюсти… 

Слёзы Теоны разрывали моё грохочущее сердце напополам. Прежде чем я сказал ей уезжать, я сказал… Что люблю её. Сказал, что она была первой и станет последней девушкой, которую я любил…

Я стоял посреди дороги… Она должна была уехать, оставив меня, однако решила по-другому… Ушла, но вернулась… Теона ходила за вакциной, но я не знал об этом…

Она смотрела мне в глаза… Она сказала “прости” перед тем, как пронзила моё сердце иглой… Она не предупредила меня о том, что именно собирается сделать. Она не знала, чего ждать, но надеялась… Не представляю, что ей пришлось пережить в эти секунды…

Если бы Теона не поступила так, как поступила, если бы та Блуждающая не укусила меня, если бы мы изначально находились в безопасности Рудника и не спасались бегством через Европу – миллионы вариантов “если бы”, – я бы не стал тем, кем являюсь сейчас – Титаном. Металлов Рудника вообще не было бы, если бы не те первые часы Стали, которые мы пережили вместе: я, Теона, Спиро, Клэр и позже присоединившаяся к нам Тринидад…”.

“…Своё обращение в Металл я не забуду никогда: ощущение, словно тело погружается в лавину, которая не способна расплавить тебя, но способна причинить тебе такую боль, которая слабого духом может в считанные минуты довести до сумасшествия…”.

Я резко закрыла дневник, подошла к столу и положила блокнот в верхнюю полку. Но моё внимание сразу же привлёк дневник в белом переплёте, на котором было чёрными чернилами выведено всего лишь одно звучное слово: “Камчатка”. Важный отрезок истории, о которой мне известно меньше всего…

Я взяла этот дневник в руки и открыла его наугад, почти в самом конце…

“01.02.2099г.

…Полеля Чарова заставляла меня сомневаться. Нет, я не был влюблён, но я чувствовал, что со временем испытываемая мной эмоция может обратиться именно во влюблённость, а после и во что-то большее, и даже невообразимое. Она совсем не походила на Теону, о которой я всё ещё страдал и которую лишь недавно начал отпускать из своего сердца. Полеля была совсем другой. Не дерзость, но смирение, не смелость, но робость… Я опасался слишком пристально всматриваться в неё, чтобы однажды не соблазниться этой кристальной чистотой…

Я не успел спасти её от последствий своих действий. Эта мысль гнетёт меня. Если бы я не вмешался в жизнь Замка или если бы всё же вмешался, но по итогу смог уберечь её – как бы сложилась моя жизнь? Кем бы я был и была бы она рядом со мной?..”

Больше его дневники я не читала. И только этим же вечером спросила, сколь многих он любил до того, как полюбил меня. Ответом было: “Растворившихся влюблённостей было две. Настоящая любовь случилась только одна – ты”.

Я в своей жизни была влюблена и любила лишь один раз, всё только с одним человеком, и сразу же прыгнула в этот омут с головой. Прыжок веры в то, что дно избранного мной омута не причинит мне вреда. И вот… Я не просто зациклена – я одна из двух неразлучников.

Глава 14