— Фу, ты меня напугал, — Ясмин выдохнул, успокаиваясь. ‒ Ну, и что в этом такого страшного? Подумаешь!
— Ты не понимаешь, — Салах грустно покачал головой. — Альфа распускает гарем только тогда, когда знает, что скоро умрет…
========== Возвращение домой ==========
‒ Лайнер улетел совсем недавно, поэтому я связался с корпорацией «Стилл» и объяснил, что мне надо срочно попасть на планету. Они отправляют грузовой корабль и сказали, что могут взять с собой двоих. Надо выезжать уже сейчас. Они специально задержали отлет…
‒ Я с тобой! ‒ Ясмин крутанулся вокруг своей оси. – Так, книга здесь, мой ноут тоже. АЗИЗ! ‒ закричал Ясмин, задрав голову. По лестнице сбежал бета с перепуганным лицом. ‒ Присмотришь за Роном, пока Салах не вернется! Скажи ему, что я его люблю, но нам надо срочно улететь!
‒ Я, вообще-то, хотел тебя оставить здесь, ‒ растерялся Салах. ‒ Это грузовой корабль, у них не предусмотрены места для пассажиров, так что придется просидеть в маленькой комнате двое суток.
‒ Милый, не нервируй меня! Мне сейчас нервничать нельзя! Где мой паспорт? ‒ Ясмин подхватил мужа за руку и потащил к двери. ‒ Вещи Азиз соберет и привезет домой позже. Давай быстрее, пошевеливайся, не стоит, чтобы нас дожидались!
‒ Но, Ясмин… ‒ Салах пытался вяло сопротивляться. ‒ Там нет подходящих условий для омег, там жесткая койка и сухпаек вместо еды.
‒ Милый, это ты мне говоришь? ‒ Ясмин улыбнулся. ‒ Я никогда не был особенно избалованным, а последние одиннадцать лет и вовсе жил впроголодь, Если бы Алан меня не подкармливал, приговаривая «ты приготовь, а то я не умею», то не знаю, как бы вообще сводил концы с концами. Знаешь, когда у тебя ребенок учится в богатом колледже, ты просто вынужден покупать ему школьную форму «как у всех», и сумку, и учебники, и прочие мелочи. Поверь, сухпаек не может быть хуже подсохшего хлеба и горячей воды. И главное, ‒ Ясмин остановился у двери и сурово посмотрел на альфу, ‒ в моем состоянии главное спокойствие, а ты можешь себе представить, как я накручу себя с моей богатой фантазией?
***
Грузовой порт в лунной гавани был совершенно другим, чем пассажирский. Серые, безликие коридоры, с нумерацией и стрелками указателей на перекрестках. Пилот грузового корабля тяжело вздохнул, когда увидел четверых людей, стоявших возле его корабля.
‒ У меня есть каюта на две койки. Хотите лететь вчетвером, тогда не жалуйтесь на тесноту.
‒ Не переживайте, мы не привередливые! В тесноте, да не в обиде, ‒ Ясмин гордо кивнул головой и жестом показал охране, чтобы те следовали за ними.
Альфы немного растерялись. Они рассчитывали, что проводят Салаха и Ясмина только до корабля, но домой хотелось всем и поэтому, увидев подтверждающий кивок от Салаха, разулыбались. Они были согласны лететь даже стоя, лишь бы быстрее оказаться дома. Салах быстро связался с остальными и объяснил, что они улетают вчетвером, и поэтому Аббас с помощником не вернутся. Он назначил старшего и распределил обязанности между оставшимися и передал коммуникатор Ясмину, чтобы тот поговорил с Роном.
Сын, конечно, расстроился, что улетают без него, но папа сразу напомнил, что Рон немного наказан и поэтому остается дома! И, вообще, хватит ему уже путешествовать, а то на учебу совсем времени не остается! Обиженно надутые губы сразу же приняли обычный вид, и ребенок уверил, что «все будет хорошо» с таким азартом, что у Ясмина отчего-то сразу появились дурные предчувствия.
Пилот показал внутреннее устройство корабля. Он был совсем крошечным. Маленькая рубка управления с двумя креслами. Крошечная кают компания, она же столовая, она же в случае необходимости становилась медотсеком. И три каюты. Отдельная, капитанская, в которой находилось дублирующее управление кораблем, и две крошечные каюты, рассчитанные на одного человека. Одна койка, стол и стул – вот и вся роскошь! Как выяснилось позже, вместо стола и стула можно выдвинуть из-за стены еще одну кровать, такую же жёсткую и узкую, как и первая.
Команда из трех человек потеснилась и уступила попутчикам одну из таких кают. Вскоре, усевшись на эти жесткие койки, друг напротив друга, они почувствовали толчок, ускорение и еще один толчок. Салах объяснил, что грузовые корабли не имеют самостоятельных маршевых двигателей для дальних перелетов и поэтому пристыковываются к большой платформе, которая, как маршрутный автобус, развозит их по начальным точкам маршрутов следования. В каюте было очень тихо, только шелестел кондиционер. Поняв, что путешествие началось, все расслабились и уселись комфортнее. Альфа-охранник отстегнул от руки чемоданчик и поставил на пол рядом с сумкой Ясмина.
‒ Я бы немного поспал, ‒ Ясмин, сняв туфли, улегся на койку и дождавшись, что муж сядет рядом, взял его за руку. Аббас стал рассказывать Салаху, что произошло за день. А Ясмин закрыл глаза совсем на минуточку и под этот бубнеж провалился в глубокий сон.
Когда он проснулся, первое, что он понял, это то, что остался в каюте один. Под головой была небольшая подушка, а его самого укрыли серым тонким одеялом. Откуда-то издалека послышался дружный мужской смех. Похоже, кто-то весело проводил время.
Все обнаружились в кают-компании. Альфы с Сабаха сразу встали, когда увидели Ясмина на пороге, следом встали, а потом сразу сели обратно, три альфы, пилоты-техники транспортной компании. Старший по нашивкам представился капитаном корабля и предложил всем еще раз поужинать. Оказывается, Ясмин проспал почти сутки. Омега сел между мужем и Аббасом, при этом Аббас постарался отодвинуться, чтобы случайно не коснуться бедром омеги. В ответ Ясмин постарался придвинуться как можно ближе к Салаху, чтобы всем хватило за столом места.
Еда, действительно, оказалась стандартными военными сухпайками, упакованными поверх казенного пластика в пакеты с эмблемой «Стилл». Консервы разогрели, сок открыли, галеты и сухофрукты ссыпали в общую тарелку, и принялись за еду. После еды Ясмин зевнул, прикрыв рот ладошкой, и сказал, что он еще бы покемарил немного. Салах сразу вышел из-за стола, чтобы проводить супруга и побыть рядом с ним, пока тот не заснет.
‒ Салах, объясни, почему ты считаешь, что отец при смерти? ‒ Ясмин улегся обратно на койку и старался найти удобное положение. ‒ Разве альфа не может просто распустить свой гарем?
‒ Нет большего позора, чем объявить всему миру, что у тебя нет сил удовлетворить свой гарем! ‒ Салах выглядел расстроенным. ‒ Как будто ты уже не мужчина, а ветхий старец. Такое бывает, если эмир умирает, а наследника нет. Потому что если есть наследник, то после смерти эмира он наденет его халат и войдет в гарем повелителя. Те омеги, которые захотят жить с ним просто возьмутся за его полу в знак послушания. Всех остальных вернут туда, откуда они родом. Или поселятся в гостевых комнатах до конца жизни. Но, как правило, все переходят к наследнику. У Саида так и было. Он принял гарем эмира, чьим наследником стал.
‒ Но ведь у твоего отца есть двое сыновей? ‒ Ясмин поднялся на локте и заглянул в печальные глаза мужа.
‒ Если бы у Саида не было Шади, а у меня тебя, то мы бы просто предоставили бы омегам выбирать к кому идти. Но когда есть супруги, то именно они принимают решение, нужен ли альфе еще один новый наложник или нет. Эмир правит в эмирате, а в гареме правит его супруг. Шади давно уже заявил, что ему новенькие в гареме не нужны, ты тоже категорически против. Вот и … Или, может, ты передумаешь?
‒ Нет! ‒ Ясмин сразу улегся и скрестил руки на груди. ‒ И даже не уговаривай, мне еще только этого балагана под названием гарем не хватало! А мне нельзя нервничать!
‒ Я тебя не уговариваю, а пытаюсь объяснить, ‒ Салах погладил Ясмина по животу. ‒ Не волнуйся, будет все, как ты захочешь. ‒ Салах, помолчал немного, продолжил. ‒ Наверное, поэтому и объявили, что гарем распустят. Я очень волнуюсь что могло случиться. Мы совсем недавно уехали, и все было в порядке.
‒ Ты думаешь, что с Хани что-то случилось? ‒ теперь Ясмин стал переживать.
‒ Нет, что ты, Хани в гареме в полной безопасности. Ну что с ним может случиться?
Салах погладил омегу, не решаясь даже поцеловать. Ясмин стал таким лапочкой, альфа боялся, что, начав, не сможет остановиться. Он посидел рядом, наблюдая, как веки у омеги потяжелели, и он заснул. Так бы и затискал лапочку, но надо потерпеть пока не доберутся до дома. Салах повздыхал немного, стараясь не думать о страшном, чтобы по связи не напугать супруга. Например, о том, что Хани мог погибнуть, а отец, предчувствуя собственную смерть, решил распустить гарем. Но почему тогда Айюб не потребовал, чтобы он вернулся?