Как песок сквозь пальцы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

========== Предыстория ==========

- Папа, ты меня совсем не слушаешь! – недовольный голос сына вырвал Дэйчи из раздумий.

- Слушаю, слушаю, – омега устало вздохнул, – тебе не кажется, что ты сам привлекаешь к себе неприятности своим неформальным видом? Стоит тебе надеть форму и перестать краситься, то от тебя все отстанут - и учителя, и одноклассники?

- Я не хочу быть как все! - не унимался Рональд. - Форма обезличивает и лишает индивидуальности! Заставляя меня носить форму, они лишают меня конституционных прав на самовыражение!

- Не придумывай новых законов! – Дэйчи устало встал и загрузил грязную посуду в посудомойку. - Не путай свободу совести с собственным нежеланием носить школьную форму! Ты сам провоцируешь людей таким видом! Реши, что для тебя важнее - быть исключительным и время от времени получать по шее за это или стать таким, как все и жить спокойной жизнью? В жизни нельзя получить все и сразу. И надо быть готовым к тому, что за свои поступки и решения придется расплачиваться.

Дэйчи взял сигареты и вышел на узенький балкончик покурить. Сын пришел следом и, потоптавшись рядом, обнял со спины, уткнувшись носом в лопатки. Дэйчи накрыл руки Рона сверху и помахал свободной рукой соседу, курившему недалеко на таком же шаговом балконе. Серые узкие улочки малобюджетных домов на самой окраине города. Сыну приходилось добираться до школы больше часа, но жить в интернате при дорогом колледже Рон не хотел, а Дэйчи отчаянно скучал по сыну, поэтому безропотно выдавал деньги на дорогу, которые пробивали ощутимую брешь в их скромном семейном бюджете.

- Пап, а почему ты куришь? Чтобы не слышать запаха посторонних альф? – Рональд спросил в очередной раз, прекрасно зная ответ. – А ты сильно любил отца? И все же, почему дедушки не хотят с нами общаться?

Дэйчи только вздохнул. Ну, как объяснить ребенку, что те не одобрили выбор сына. Студенческая любовь, все как-то сразу закружилось: и поступление в университет, и красавец альфа, который смотрел восторженными глазами, говоря о любви, и поджатые губы его родителей, когда он привел знакомиться в богатый дом нищего студента, поступившего на бюджетное место по специальности «Библиотековедение» в престижном институте библиотечных и информационных технологий. Возможно, он действительно тогда был похож на искателя богатенького мужа. Именно поэтому прежде чем согласиться на брак, родители жениха заставили подписать брачный контракт, который он подписал, даже не читая. Тогда Дэйчи считал себя выше нелепых подозрений в его меркантильности.

А спустя полгода начались проблемы. Дэйчи забеременел, и пока он мучился от жесточайшего токсикоза, молодой муж стал погуливать на стороне, приходя домой пьяным с запахом посторонних омег, с расцарапанной спиной и засосами на теле. Омега был на шестом месяце беременности, когда к нему в дом позвонили полицейские и сообщили, что его супруг разбился на машине, которой управлял, будучи совершенно пьяным. Родители мужа обвинили во всем произошедшем его, посчитав, что он не смог стать для их сына единственным омегой и оградить его от неправильной компании.

После похорон Дэйчи остался один. Спустя месяц к нему зашёл управляющий домовладельца, где они снимали квартиру и предупредил, что оплата за жилье закончится в следующем месяце, и чтобы омега был готов выехать отсюда добровольно и без скандала, иначе его выкинут за дверь судебные приставы. Беременным омегам в общежитии жить не разрешалось, поэтому он взялся перечитать брачный контракт. По нему Дэйчи ни на что не имел права. Вопрос касался только детей, рожденных в браке, им полагались деньги на получение образования в любом учебном учреждении.

Дэйчи, распродав среди знакомых одежду и вещи, оставшиеся после мужа, таким образом, получил небольшую сумму, которой хватило на первый взнос за эту муниципальную малобюджетную халупу для малоимущих, за которую он будет расплачиваться еще ближайшие тридцать лет. Но тогда он был просто счастлив, когда переехал сюда из пентхауса, в котором жил, будучи замужем. Отсюда его забрали в муниципальную больницу, когда пришло время рожать. Родители мужа провели тщательный тест на отцовство, после чего предложили Дэйчи крупные отступные, если тот отдаст ребенка им, но омега наотрез отказался расставаться с новорожденным. Тогда родители, поджав губы, в очередной раз заявили, чтобы тот ни на что не рассчитывал. Они согласны оплатить образование ребёнку, но кроме этого омега не получит ни копейки.

После выписки из больницы Дэйчи с ужасом понял, что совершенно не готов к новой жизни. Выяснилось, что на ребенка надо много денег и времени. Дни слились в бесконечную череду поисков денег, работы и усилий, чтобы совместить учебу с работой. В те дни очень помогли соседи. Они поделились вещами для малыша, и кроме того, когда ему необходимо было отлучиться в университет, чтобы сдать очередной экзамен или зачет, с такими же, как он, безработными папашами всегда можно было оставить ребенка. А рассчитаться с ними можно было половинкой буханки хлеба, купленной на последние деньги. Настоящим счастьем было найти детский сад для «особо одаренных малышей». Родителям альфы пришлось оплачивать его, поскольку в проспекте было написано, что это учреждение является первым учебным заведением малыша, где будут заниматься развитием его способностей и подготовят к поступлению в школу. Тогда Дэйчи стало легче, он знал, что ребенок чист и накормлен, а у него появилось шесть дней в неделю, чтобы учиться и зарабатывать хоть какие-то деньги на переводах, которые время от времени ему подкидывали студенты-филологи, которые не хотели заниматься этим самостоятельно.

В это же время он серьезно увлекся арабскими поэтами времен династии Омейядов. Его просто завораживала арабская поэзия средних веков. Особенно ему нравился Лабид, которому принадлежало никем из древних арабских поэтов не превзойденное по своей живости и достоверности описание охоты. Природа в его творениях жила в неразрывной связи с настроением поэта: дождь в засушливой пустыне соответствовал чувству радости или радостного ожидания, палящее полуденное солнце или бесконечно длящаяся холодная ночь, “потягивающаяся”, подобно хищному зверю, выражала безысходную грусть. После окончания института с красным дипломом, ему предложили место в центральной библиотеке и грант для поступления в аспирантуру. Ее он тоже закончил с отличием, получив ученую степень кандидата наук, и теперь собирал материалы для докторской диссертации.

Сын учился прекрасно, его все хвалили, и родители альфы уже не могли возражать, когда омега отдал сына в самую престижную и дорогую школу-интернат. Вначале все шло хорошо. Дэйчи забирал сына на выходные, которые они проводили вместе. Но с возрастом в сыне проснулся бунтарь-подросток, и он начал изводить всех своими дикими выходками. Он постоянно спорил, пытаясь все время настаивать на своем. И, как результат, Рон стал изгоем в собственной школе. Он периодически дрался, хотя частенько все заканчивалось тем, что его просто били после школы, но это не мешало Рону продолжать задирать всех подряд, в том числе и старшеклассников.

Комментарий к Предыстория

Дэйчи https://vk.com/photo265570678_368612848

Рон https://vk.com/photo265570678_368612958

========== Вызов в школу ==========

Телефонный звонок в священной тишине книгохранилища прозвучал особенно громко и раздражающе. Дейчи поморщился и посмотрел на дисплей. Звонили из школы сына. Омега заранее скривился, опять Рон что-то отчебучил…

- Вы должны немедленно явиться в школу, - директор школы говорил тоном, нетерпящим возражений, - речь идет о возможном исключении вашего сына из нашей школы. Его поведение выходит за рамки понимания и здравого смысла! – голос директора задрожал от возмущения. – Если вы немедленно не приедете и не примете меры, то мы передадим это дело о хулиганстве в полицию! Мы и так долго терпели его выходки, но ЭТО уже недопустимо! – было слышно, как директор с трудом взял себя в руки и добавил уже более спокойным голосом, – даю вам десять минут на то, чтобы явиться ко мне в кабинет и попытаться уладить все мирно.

Дейчи только вздохнул. Именно сегодня ему должны были дать для изучения фрагмент старинного манускрипта. Это была одна из последних работ Лабида перед тем, как он отрекся от своей прежней веры и принял ислам. Дейчи раньше находил несколько переводов этой работы, некоторые из которых были совсем уж вольными. И поэтому у омеги дрожали руки от предвкушения увидеть оригинал и, насладившись звучанием слов, написанных давно умершим человеком, попытаться сделать перевод, наиболее точный по отношению к оригиналу. Чтобы добиться выдачи из хранилища оригинала, ему пришлось целый год ходить из одного кабинета в другой, добиваясь разрешения сделать копию ветхого листа, который остался от древней книги. И именно сейчас, когда добыча так близка, придётся уйти спасать неразумное дитятко. Дейчи хотелось заплакать от досады. Но он, сняв латексные перчатки и маску-респиратор, оставил извинительную записку на столе у «хранителя» и вышел из стерильного помещения.

До школы, в которой учился Рон, было примерно минут десять неторопливой пешей прогулки. И директор знал об этом. Если в младших классах Рональд получал грамоты и награды на различных олимпиадах, то теперь Дэйчи вызывали исключительно из-за неподобающего поведения сына. Не проходило недели, чтобы омега опять не открывал дверь директорского кабинета в ожидании очередного выговора. Рон каждый раз виновато просил у папы прощения и давал обещания, что он исправится, но все повторялось раз за разом.

У кабинета директора стояли двое. Сына трудно было не узнать, он, как всегда, был в черных джинсах и майке. На поясе позвякивали цепочки и неизвестно откуда взявшиеся наручники. Он был накрашен, а волосы на голове были в живописном беспорядке. Омега, быстро оглядев отпрыска, не увидел на нем новых синяков и ссадин, затем он бегло оглядел второго школьника. Если тот со спины был похож на альфу из выпускного класса, то, увидев наглый прищур желтоватых глаз и явно видимую щетину половозрелого самца, Дэйчи дал ему навскидку лет двадцать, может даже двадцать два. Он удивился про себя, что такой перестарок делает в школе. Но секретарь сообщил омеге, что его ждут, и Дэйчи открыл дверь кабинета.

- Здравствуйте, Сталински, – директор поджимал губы и почему-то очень волновался, – как вы знаете, младшие и средние классы нашей школы являются второй ступенью образования, а выпускные классы третей ступенью и приравниваются к колледжу. Рональд до недавнего времени был одним из наших лучших учеников, и мы не понимаем, что сейчас происходит в вашей семье и от чего его поведение так изменилось в худшую сторону. Сегодня на большой перемене в присутствии всех учеников он напал на студента колледжа! Это недопустимо!

- Вы сейчас говорите о том громиле-переростке, который, как слон, топчется у вас в коридоре? – Дэйчи удивленно посмотрел на директора. – Мой сын ниже его на полторы головы и в два раза меньше весом. Так о каком нападении идет речь?

- Он с другой планеты, – директор настороженно посмотрел на дверь, – поэтому он выглядит старше своего возраста, но мы протестировали его знания и зачислили в выпускной класс. Он на удивление прилежный ученик и очень вежливый молодой человек. Даже не представляю, почему ваш сын напал на него?

- Что вы от меня хотите? – Дэйчи непонимающе смотрел на директора.

- Понимаете… - директор вдруг замялся, - он инопланетянин. На нас давят со всех сторон. В соответствии с дипломатическим соглашением между нашими планетами, в наши школы поступили несколько молодых людей с планеты Сабах. Раньше она была закрытой, и эти дети, так сказать, первые ласточки мира. Их протестировали и по результатам распределили по нескольким учебным заведениям, в том числе в нашу школу, – директор замялся еще сильнее.

- Ближе к делу, – омега понял, что сейчас от него потребуют что-нибудь феерическое.

- К нам едут из дипмиссии Сабаха, - начал скороговоркой директор, нервно оглядываясь на дверь. – Они задержались, потому что в другой школе произошла драка, и они улаживают это недоразумение, но скоро приедут сюда. И было бы неплохо, если бы Салах подтвердил, что все в порядке, и он не имеет претензий к колледжу.