Рысюхин! Дюжину шампанского – и в школу не пойдем!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но в следующий раз опять пришлось добираться по суше, на сей раз — на фургоне, потому что с Машей, Ромкой и нянькой с детьми. Оставалась всего четыре дня до дня рождения Мурлыкина, ожидающего в мае новые погоны, приказ на которые уже был подписан в столице, но ещё не доехал до Могилёва. И эту неделю я решил провести в городе, готовясь к походу в гости и изображая бурную деятельность по исправлению дипломного проекта. Проект принёс куратору во вторник, двадцатого, и уже вечером мне его дали с разрешением нести в переплётную мастерскую, мол, замечаний у него больше нет, а в обед двадцать первого я сдал всё это хозяйство в рабочую комиссию по приёмке проектов. Причём был из всей группы первым, как ни странно.

Жили мы эти четыре дня у себя в доме, я и работал, и ночевал в кабинете, благо, диван там поставили новый, которые раскладывался в полноценную кровать, а прежний — язык не поворачивается назвать его старым — отдал в полицейский участок, тот самый, на основе которого местная служба извоза по вызову работала. А то у них там стоял такой жуткий топчан… А, главное, изношенный как бы не сильнее, чем перевозка для заключённых в Смолевичах. Маша с Ромкой заняли бывшую супружескую спальню, нянька — гостевую. А тёща просто приходила ежедневно, посидеть с внуком.

Подарили мы Василию Васильевичу то, что давно хотели, а сейчас вот рискнули: кабинетный столик для телефона и письменного прибора, стилизованный под когтеточку. Точнее, его ножка таковой и являлась, будучи обёрнута шнуром из конопли. А к нему — подушку в виде большого пузатого кота с генеральскими погонами. Подарили — и поняли, что зря. Зря так долго тянули и сомневались — тесть хохотал в голос добрых минут десять и заявил, что обязательно поставит в своём рабочем кабинете столик, а кота будет сажать на стол в своё отсутствие, чтобы принимал посетителей. Да и в целом — хорошо посидели, даже тёща, наконец, успокоилась. Во всяком случае, поползновений пригласить Машу пожить у неё денёк-другой не делала.

Ну, а потом было самое скучное дело — ждать дня защиты. Ждать сидя на месте я, понятное дело, не стал — отвёз своих обратно в имение, готовиться к поездке в столицу, а сам за день до назначенной защиты вернулся в Могилёв на своём дельталёте, открыв тем самым очередной лётный сезон. Нет, всё же нравится мне добираться из имения в Могилёв за полтора часа, а не за пять или даже семь, как на моих авто!

Глава 14

Разумеется, между визитами в академию я не проводил время так, как помещики в смешных романах, где они целыми днями сидят на веранде в халатах и пьют «кофий». И дело даже не в том, что в марте-апреле в халате на веранде отморозишь себе всё, что можно и нельзя, включая интерес к семейной жизни, а от такого количества кофе сердце через горло вылезет — посмотреть на придурка хозяина. Ну, заодно и прощения попросить, мол, извини, что я без стука. Просто дел хватало, даже более чем.

Помимо рутины и контроля за тем, как на изнанке готовятся к весне и сезону заготовки икры — лично объехал все изнаночные поселения, посмотрел, чем и как там народ живёт, какие планы и есть ли для них основания. Ну, а наибольшее количество времени и усилий ушло на возню с миномётами. Началось с того, что мы всё же решили сделать свою осветительную мину, не дожидаясь, пока кто-то там сочиняет летающие абажуры. Понятное дело, первые эксперименты пошли не так, как хотелось бы.

Например, самый простой вариант — запустить цельную болванку из магния, нёс в себе целый чемодан проблем. Этот кусок металла полыхал так, что просто уничтожал парашют, после чего падал на землю, нередко разваливаясь на куски. И, как выяснилось, погасить его настолько сложно, что проще дождаться, пока сам выгорит. Благо, что на зимнем полигоне на изнанке гореть было особо нечему, но первый «осветитель» не только проплавил большую проталину, но и обратил в пепел всё, что на ней было. Кажется, мы изобрели новый вариант зажигательного боеприпаса, не просто высокотемпературный взрыв с увеличенным временем теплового воздействия, а именно поджигающий и выжигающий всё, что попадёт под накрытие. Особенно, если взять несколько кусков металла весом граммов по двести и обеспечить гарантированный поджиг каждого[1].

Заменили болванку на прессованные опилки — полыхнуло так, что потом долго не могли проморгаться, тем более, что запускали уже в темноте, чтобы оценить осветительные свойства.

— Эта штука годится только наблюдателям вражеским глаза выжигать!

— Ага, если заставить их посмотреть в нужное время в нужную сторону.

В итоге перестали пытаться изобрести свой уникальный велосипед с квадратными колёсами, и взяли за основу конструкцию сигнального патрона для ручной ракетницы. Только выбросили из состава краситель и добавили всё того же магния, в виде стружки, чтоб дольше горел. Потом возились с конструкцией парашюта, который в итоге соединялся со стальным колпачком на шашке при помощи стального тросика. Ну, а кроме того требовалось определиться ещё и с моментом подрыва. Слишком рано — загорается низко над своими позициями (условными, разумеется), освещая их для условного противника, а потом ещё и падает, не догорев, на условные головы условной своей пехоты. Слишком поздно — получаем яркую звёздочку высоко в небе, которая на земле вообще ничего толком не освещает. Сделали регулируемый по времени исполнительный механизм, потом потребовалось составить таблицу стрельбы осветительным снарядом. Но тут, каюсь — схалтурили, не стали стрелять на каждом градусе возвышения с каждой установкой взрывателя, потратили три десятка мин для «ключевых» точек, остальное всё рассчитали на основе полученных данных. Но, правда, честно написали, сами для себя, что данные — расчётные, кроме выделенных полужирным шрифтом.

Зажигательную мину старого образца с подачи деда переименовали в «термобарическую», хоть он и уверял, что это на самом деле не оно, а новой конструкции, с двумя дюжинами магниевых брусочков, сделали три штуки, испытали — и пришли к выводу, что военные в чём-то правы: страшная вещь получается. Решили на всякий случай сделать сорок штук, по десятку на ствол, положить в дальний угол склада и забыть до самого-самого крайнего случая. Потому как если закинуть десяток таких внутрь любого редута, замка, городища, а миномёт это позволяет сделать наилучшим образом, то минут через пять там будет гореть всё, что в принципе может это делать, а выживут только те, кто в эти пять минут успеют и сумеют так или иначе выскочить наружу. В общем, когда мои дружинники, включая офицеров, представили применение этого по реальному противнику — побледнели и решили, что ЭТУ идею лучше не выпускать на волю. А сделанный запас если и применять, то разве что против Волны или сопоставимого бедствия. И пусть лавры изобретателя получит кто-то другой, я даже готов буду при необходимости лицензию выкупить.

Ещё сделал два почти одинаковых мотора, точнее, комбинации Черепанова-Марлина для двух наших судёнышек. Оба получились по восемьдесят пять сил мощностью на валу, при этом мультипликатор был всего лишь пятиступенчатым, что позволяло без особых усилий увеличить крутящий момент. Разница между моторами получилась в том, что у одного из них постоянная времени и скорость вращения инициатора составляла триста тридцать восемь оборотов в минуту, а у второго — триста сорок шесть, соответственно и обороты на выходе разнились. Но эта разница не была принципиальной, тем более, что строем ходить нашим лоханкам не придётся. Снятый с одной из них двадцатипятисильный движок на четыреста оборотов запросили сразу двое: Козелевич для сооружения подъёмного крана в гараже и артельщики, выращивающие черепах для какого-то своего оборудования. Нужды механика были мне ближе и понятнее, но артельщики собирались мотор выкупить. Копейки, конечно, по сравнению с годовыми оборотами, но то для меня, а сама готовность показывает, что он им на самом деле нужен. Так что дело не прибыли, а в необходимости.

Ну, и ещё два дня ушло на расконсервацию и проверку дельталёта. Собрать крыло, вставить предварительно проверенные распорки, осмотреть его на трещины, пролежни, потёртости. Убедиться, что нет дыр в пропитке, что ткань не сгнила и не обветшала. Силовой каркас, кабина, рулевые тяги со всеми тросиками, шкивами и блоками. Винтомоторная группа, в конце концов! В общем, работы хватало. Потом ещё и облёт аппарата, как перед первым полётом: пробежка, рулёжка, подлёты — на это ушла половина третьего дня.

— Знаешь, Юра, если взять всё то время, что ты тратишь на обслуживание и подготовку аппарата и разделить на разницу между длительностью поездки и перелёта, то…

— Хочешь сказать, так на так получится?

— Зависит от количества поездок, конечно, но…

Я вмешался в диалог моих жён:

— Значит, Маша, катать по небу тебя больше не надо?

— Так, это что за инсинуации такие⁈ При чём тут вообще одно к другому⁈ Конечно, катать! И уже сегодня!

Я вспомнил этот разговор уже в Могилёве, когда перегружал привезённое с собой на извозчика и представлял себе, сколько потрачу времени на дорогу в академию и обратно. Вполне вероятно, что поездка на моей «жабке» отбилась бы по времени только за счёт маршрута Могилёв–Буйничи.

«Ага, ты ещё приди к выводу, что надо держать отдельный выезд в Могилёве. Чтоб прилететь — а тут авто ждёт!»

«Нет, смысла нет — учёба заканчивается. Умаю, в Могилёве если и буду появляться, то только в гости к родителям жены, одной или другой».

«Ага, и это единственная причина?»

«Нет, конечно! Расточительно это, и просто так на стоянке возле аэропорта не бросишь, нужен кто-то, кто отгонит к месту хранения, а потом пригонит обратно. Но что-то в этом, конечно, есть…»

«Это говорит тот самый человек, который и от одного автомобиля отбивался всеми четырьмя, мол, ненужная и дорогая игрушка!»

«Ну, так одно дело рискнуть первый купить, не зная толком, что это и зачем — и совсем другое докупить ещё один, когда из у тебя уже… эээ…»

«Вот ты, Юра, зажрался! — дед буквально заржал у меня в голове. — Не знаешь даже, сколько у тебя автомобилей! Более того — даже посчитать не можешь!»

«Я просто не знаю, считать ли те, которые разобранные в виде запчастей лежат!»