— Несомненно. Подбирайте людей, а я окажу помощь на начальном этапе, в том числе и финансовую. От вас потребуется составить программу действий и полномочий данного департамента. Потом это обсудите со мной.
— Я могу взять письмо?
— Нет. Это письмо не должно покидать мой кабинет. Хотя вы можете сейчас сделать нужные выписки. Уже через три дня соблаговолите быть готовым к нашему следующему разговору.
Через тридцать минут Зубатов покинул кабинет Марии Фёдоровны. Сергей Васильевич направился в редакцию газеты «Петербургские ведомости». Нужное объявление в печать должно выйти на следующий день.
Июль 1900 год. Департамент полиции. Санкт-Петербург.
Сергей Эрастович Зволянский сидел в своём кабинете, в раздраженном до крайности состоянии. Сегодня утром его вызывал Император Николай Второй. И получил директор Департамента полиции нагоняй до дрожи в коленях. «Чёртовы анархисты и чёртовы эсеры» думал он. После убийства адмирала Рожественского, все меры по сыску преступников ничего не дали. Он прямо почувствовал, как под ним «закачалось» его кресло. Результаты облав были, конечно, выловили столько преступников, сколько за последние три года не ловили. Из Москвы ему уже шепнули, что для каких-то целей в Санкт-Петербург вызвали Зубатова. «Выскочка» подумал он о Зубатове. И кто это ловкач, который застрелил адмирала? А каков наглец, среди белого дня, в присутствии гуляющего народа. Да и стрельнул два раза, а обе раны смертельные. Хоронить теперь бедного Зиновия Петровича будут в закрытом гробу. Слыхано ли, пуля разнесла половину лица, даже городовые блевали от такой картины. Чувствовал Сергей Эрастович, что основная клизма у него впереди. Вот ноет «душа», хоть ты что делай. Надо поговорить с министром внутренних дел Иваном Логиновичем Горемыкиным, может замолвит словечко перед Николаем Вторым. Надо будет дела оформить, по пойманным преступникам. Преподнести как кропотливую работу полиции, может и пройдёт гроза мимо. В кабинет заглянул помощник и сообщил, что следователи собрались в зале собраний. «Накручу хвосты, может ещё кого-то отловят» подумал Зволянский, направляясь вставлять клизму подчиненным.
Июль 1900 год. Санкт-Петербург. Бал княгини Юсуповой.
Александр Михайлович с Ксенией Александровной заехали за мной на новомодном авто германского производства «Mercedes 35PS». Мне в диковинку были автомобили этого времени. Но данный болид понравился. Чёрного цвета, открытый верх, который можно было закрыть в случае непогоды. Две огромные фары впереди, колёса как мотоциклетные, правда потолще и по массивней. Обивка сидений из чёрной шикарной кожи. Я уселся рядом с водителем, на заднем сидении сидел Сандро с женой, и мы тронулись на бал к княжне Юсуповой. Подъезжая ко дворцу Юсуповых, обратил внимание, что суета здесь главенствует во всю. Извозчики подвозят пассажиров и тут же отъезжают. Автомобили, на которых привезли господ, ставятся вдоль набережной. Нас высадили у парадного входа. Представительный лакей уже в фойе поинтересовался моей персоной, что-то себе отметил и отошёл. Александр Михайлович был в мундире флотского офицера, а Ксения Александровна в светло-бежевом шикарном платье, длиной до щиколотки, с веером в руках. Я огляделся, с веерами были все женщины и девушки, видимо это аксессуар неотъемлемый в данной ситуации. Мы поднялись по широкой лестнице и через минуту оказались в большом зале.
На встречу к нам поспешила хозяйка данного мероприятия, княгиня Зинаида Николаевна Юсупова. Это была шикарная женщина, не зря про неё говорили, что она одна из красивейших женщин Империи. В свои неполных сорок лет, она могла состязаться с красавицами Петербурга. В ушах у княгини блестели бриллианты, на шее в виде кулона красовалась огромная жемчужина, величиной с орех. Белое платье с декольте, в котором был виден верх прекрасной груди, на руках кружевные перчатки и веер под цвет платью. Она не подошла, а подплыла к нам, как прекрасный лебедь с достоинством княгини.
— Александр Михайлович, Ксения Александровна я безумно рада, что вы приняли моё приглашение. Будьте моими дорогими гостями. Александр Михайлович, не откажите в любезности, представ те этого молодого красавца, — слова княгини звучали как музыка.
— Княгиня Зинаида Николаевна Юсупова, прелестнейшая красавица и душа любого бала в Петербурге, — представил мне Сандро княгиню.
— Вы всё такой же галантный офицер, как и в молодости, — кокетливо отреагировала княгиня Юсупова.
— А это, князь Багратион Иван Дмитриевич, штабс-ротмистр особого дивизиона казачьего войска, прошу любить и жаловать, — представил меня Александр Михайлович.
Я слегка склонил голову, чтобы прикоснуться поцелуем к поданной мне ручке княгини.
— Счастье познакомиться с сияющей княгиней. Вы можете затмить звёзды на небосводе, — добавил я.
— Льстец и сказочник, — улыбаясь кокетливо ответила Юсупова, но было заметно, что мои слова понравились княгине.
Я тоже улыбнулся на ширину всей своей доброй души. Далее княгиня взяла под руку Ксению и двинулись в глубину зала. Ксения и Зинаида тут же начали обмениваться свежими сплетнями высшего света. А Сандро подхватив меня под локоток повёл к группе молодых людей. И это были Великий князь Михаил, брат императора, и Великая княгиня Ольга, его сестра. Михаил был ростом выше среднего, худощав, на нём был мундир лейб-конвойца. Темноволосый, овальное лицо, с жиденькими усиками. Взгляд его был любознательный и смешливый. Ольга Александровна была интересной девушкой, красавицей её не назовёшь. Курносый носик, чуть овальное лицо. Было в ней что-то симпатичное. А вот глаза, глаза поражали молодым задором и нетривиальным умом. Она как бы заранее оценивала собеседника. Сандро представил нас друг другу в первую очередь. Михаил крепко пожал мою руку и с восхищением посмотрел на мои ордена. Он был старше меня всего на год. Ольга же хоть и бросила взгляд на ордена, тем не менее дольше задержалась взглядом, смотря мне в глаза.
— У вас необычный цвет глаз, очень редкий цвет, — заметила она, слегка розовея.
Свитских у Великих князей я сразу не запомнил. Сандро был в этой компании своим. Разговор продолжился, который мы прервали своим появлением. Я не особо вникал в суть разговора, больше разглядывая собеседников, и заметил, что Ольга время от времени бросает на меня взгляд, прикрываясь веером. Из задумчивости меня вывел вопрос поручика лейб-гвардейца.
— Не расскажите, где можно заработать столько орденов, да ещё и получить в награду золотое оружие, — спросил лейб-гвардеец.
Мгновение я постарался понять, где видел этого поручика, и вспомнил. Видел его в Зимнем дворце, видимо он был там на службе. Значит он также служит в конвое Его Императорского величества. После его слов о золотом оружии, компания внимательно посмотрела на меня.
— Да-да, господа. Я видел князя на церемонии вручения наград в Зимнем дворце, буквально на днях, — не унимался поручик.
— Всё просто, господа. Воюй храбро и проливай кровь за Престол и Отечество, — ответил я, сделав серьёзное выражение лица.
Михаил рассматривал меня с каким-то восторгом. Ольга хотела что-то сказать, даже набрала воздуха, но промолчала, прикрыв рот веером. А вот поручик сморщился, раздосадованный что не удалось удачно пошутить надо мной. Но одна из девушек, та, что была с Ольгой, пискнула.
— А разве Россия воюет с кем-то?
— Да. В Маньчжурии ведутся вполне боевые действия по усмирению восстания боксёров, — пояснил я этой девушке.
Далее разговор потёк на прежнюю тему, собственно, никого не интересовала военная тема. Вскоре заиграла музыка. Сандро ушёл на танец с женой. Этот любопытный лейб-гвардеец пригласил на танец Ольгу. Остальные тоже рассыпались в поисках партнёрш, сопровождающих девушек Ольги тут же пригласили на танец. Танец был модной мазуркой. Я танцевать её не умел, поэтому перехватив с подноса официанта бокал с шампанским, скромненько встал в сторонке. Разглядывая гостей, я понимал, что меня тоже разглядывают и оценивают.
Когда закончилась музыка кавалеры повели дам в разные места, кто на ужин, а кто в буфет. Ольгу и её подруг повели к соседним залам, где стояли диванчики полукругом. К ним присоединились ещё группа лейб-гвардейцев с дамами. Михаил отвел свою даму к её знакомым, а сам мимоходом увлекая меня, направился к группе, где была Ольга. Компания сидела на диванах, но было видно, что ещё не натанцевались. Почти одновременно со мной и Михаилом, к компании подошёл штабс-капитан лейб-гвардии. Он поздоровался со всеми, видимо его знали в этой компании. А вот Ольга заметно поморщилась. Нас с ним тоже представили. Это был герцог Пётр Александрович Ольденбургский. Худощавый, с тонкими чертами лица. Выглядел он лет на десять постарше меня. И я подумал, что этот «заднеприводный» крендель женится на Ольге против её воли, но по воле матери и брата.
— Ольга Александровна, ангажирую вас на следующий танец, — заявил, этот тип.
То, что я про него знал мне не нравилось, как и не нравились такие люди в прошлой жизни. В глазах Ольги заметалась растерянность. Но молодые офицеры молчали, Михаил же криво усмехнулся. Эх размахнись рука, да развернись плечо. Я почему-то подумал, что эту девушку требуется выручать.