— Ну здравствуй, Иван Дмитриевич. Думаю, что Василий Кузьмич тебе уже поведал, некоторую тайну. Я рад с тобой познакомится в воочию. И думаю нам следует серьёзно поговорить.
Молодой Багратион ничего не сказал, только кивнул головой. Князь позвонил в колокольчик и велел, заглянувшему лакею, принести что-нибудь покрепче чая. Михаил Николаевич пригласил молодого офицера к столику, возле которого стояли два кресла. Некоторое время Великий князь продолжал рассматривать офицера. Своим чутьём военного он чувствовал перед собой молодого человека, от которого веяло решительностью и силой. «Да, пожалуй настоящий воин, неудивительно, что такой смог спасти министра и фрейлин императрицы» подумал он. Далее разговор потёк в свободной форме. Поговорили о службе молодого Багратиона. Иван рассказал в подробностях, как выручили министра путей сообщений.
— Хорошо получилось, — одобрил Михаил Николаевич.
— Просто оказался в нужное время в нужном месте, — ответил Багратион.
— Как ты сказал? В нужное время в нужном месте? Хорошее выражение, надо запомнить. Сегодня я сообщу императору о твоём приезде, через три дня будь готов к вручению наград. Да, да именно наград. Хилков расстарался. Золотое оружие и георгиевский крест 3-ей степени. Как никак ты организовал практически боевую операцию и сам же её осуществил. Ну и фрейлины за тебя хлопотали перед Александрой Фёдоровной. А уж ей-то Николай Александрович ни за что не откажет. Хотя скажу споров было много. Шашку твою надо сдать для изготовления золотой рукояти. Сегодня оставишь у меня. Вручать будет император в Зимнем дворце, в Георгиевском зале. Будет тебе и предложение остаться в столице. Не торопись, подумай. Служить здесь очень престижно.
— Хорошо я подумаю. Хотя если честно, хотелось бы на старое место службы. Тактику новую нужно отрабатывать.
— Слышал и даже читал. Прислали мне экземпляр. Скажу больше, в связи с этим у вас и организован особый дивизион. Если что-то выйдет путное, будут увеличивать до полка. Павел Карлович фон Ренненкапф, тоже в курсе. Собственно, по его настоянию Алексеев и распорядился о создании особого дивизиона. Тем не менее поживи в столице. Введём тебя в высший свет, это необходимо сделать. Посети Дмитрия Петровича, он будет рад, как не крути он твой отец.
— Хорошо, до конца августа, не дольше.
— Ваш дивизион переподчинят напрямую Павлу Карловичу. Пора кончать с хунхузами. Тебя пока что прикомандируют к дивизиону, если не решишь остаться в столице. Звание останется по табелю о рангах кавалерийских частей. Правда с разрешением носить казачий мундир, в том числе черкески, это, кстати, касается весь дивизион. Как будет дальше пока не знаю, может к Терскому казачьему войску подчинят, а может нет. Время покажет. И ещё, Валов у вас ненадолго, переведут его. К вам поставят Великого князя Михаила Александровича. Получит очередное звание и к вам. А то он всех забросал своими прошениями об отправке в войска. Вы с Рытиковым опытные офицеры, так что подружитесь. Если что подскажете ему.
Молодой князь подумал, что в принципе неплохо, что у него появится возможность сойтись с младшим Романовым. Они выпили по очередной рюмке коньяка, и Михаил Николаевич сходил и достал из рабочего стола каму, горский кинжал. Он вручил клинок молодому человеку, сообщив, что это в пару к шашке. Молодой Багратион осмотрел кинжал. Оголовье был выполнено также в виде головы волка, серебряный орнамент повторял рисунок, как на шашке. Багратион поблагодарил Великого князя. Далее их разговор вернулся к тактике глубоких рейдов в тылу врага. Михаил Николаевич живо интересовался размышлениями молодого князя.
— Скажите, Иван Дмитриевич, откуда у вас такие мысли?
— Всё просто, Михаил Николаевич, большинство концепций придуманы до нас. Это труды Суворова «Наука побеждать», трактат военной стратегии и политики Сунь-Цзы «Искусство войны». Дело в том, что основная масса генералов — это генералы прошлой войны. То есть военачальники используют опыт прошлой войны, порой не задумываясь, что технологии прогрессируют, вооружение меняется. Соответственно требуется рассматривать новые способы ведения боевых действий. Взять, к примеру залповая стрельба по противнику. Сегодня это совершеннейшая глупость.
— От чего же такое мнение, прошу пояснения? — улыбаясь спросил Великий князь.
— Солдаты стреляют залпом с большого расстояния при открытом прицеле. Я понимаю, что дальность убойной силы пули больше версты, но стрелок почти не видит цель. Залп происходит практически наугад, а значит вероятность попадания навряд ли выше десяти процентов. И то случайно.
— Но, если подпустить противника ближе, он сможет прорваться в расположение войск.
— Всё верно. Для этого нужны пулемётные команды на флангах. А прицельная стрельба сможет нанести гораздо больший урон с расстояния в полверсты. А если, к примеру, в ротах поставить особо метких стрелков, да ещё с оптическими прицелами, которые, кстати, уже есть даже в продаже оружейных магазинов. Дать команду метким стрелкам отстреливать командиров вражеских цепей. В результате противник потеряет руководство наступающих. Такую атаку и отразить легче. Да много чего не хватает в наших боевых уставах. Пришло время перемен, если мы хотим одерживать победы на полях сражений. Мирное время не должно расхолаживать ни генералов, ни нижних чинов. Необходимы манёвры и постоянные тренировочные стрельбы. Я, например в своей полусотне стрельбы провожу пару раз в неделю, на начальном этапе, а в дальнейшем не реже раза в неделю.
— Но это же увеличенный расход патронов. Командование не приветствует такое, — резюмировал Михаил Николаевич.
— Потому и происходят во время боёв невосполнимые потери. Набирают новобранцев от сохи. И дальше по кругу. Если и происходят победы, то достаются они большой кровью.
Во время этой беседы в кабинет вошёл сын Михаила Николаевича. Великий князь представил молодых людей друг другу. Это был Александр Михайлович, в форме морского офицера, в звании капитана второго ранга. И он тоже включился в разговор. Беседа перескочила на флот.
— Любопытно. А может у вас, Иван Дмитриевич, есть мнение по состоянию на флоте? — вроде как скептически спросил Александр Михайлович.
— Можно и о флоте. Стрельбы и манёвры не проводятся. А значит уровень тех же командоров низкий. По статистике процент попадания в цель очень низкий. Например, в Английском флоте всего один процент, в германском флоте не превышает двух процентов, во французском то же самое. Ну а в нашем я стесняюсь даже сказать. Отношение офицеров хоть в армии, хоть на флоте к нижним чинам отвратительное. Хотя Суворов в своих трудах отмечал, что с солдатом нужно говорить на одном языке. И он знал своё дело. Участие более чем в девяносто сражениях, Суворов не проиграл ни одного. Процветает пьянство офицеров и ленивое отношение к службе нижних чинов. Разве можно выигрывать сражения с такой постановкой службы?
— Думаю, вы преувеличиваете, — не согласился Александр Михайлович.
— А вы проведите манёвры и стрельбы. Готов биться на любой заклад. Моя точка зрения, что сегодня в армии и на флоте всё очень печально. К примеру, возьму боеприпас. На флоте используются снаряды с неприемлемым взрывателем. Очень большая задержка. Об этом я слышал от флотских офицеров. Прибавим низкий уровень стрельбы, в итоге получим отсутствие пораженных целей. Если разбираться, то много разных причин можно найти, которые незамедлительно требуется исправлять. Если мы хотим иметь боеспособные армию и флот.
Александр Михайлович поморщился, было видно, что флот его больная тема. Они переглянулись с отцом, что, впрочем, не укрылось от молодого Багратиона. «Семь пудов августейшего мяса вам мешают» подумал Иван. Тема была скользкая и Михаил Николаевич поспешил перевести разговор на другую тему.
— Я наслышан, что Зинаида Николаевна Юсупова даёт бал. Думаю, тебе Александр стоит взять Ивана. Пора вводить его в свет, знакомить со значимыми людьми, — заметил Михаил Николаевич, внимательно посмотрев на сына.
— Да, мы приглашены, Ксения сказала мне что приглашены Михаил с Ольгой. Высылали приглашение и императору с императрицей, но они отклонили приглашение. Хорошо, мы с женой заедем за вами Иван Дмитриевич, а Юсуповой я отправлю сообщение, что нас будет три персоны. Оставьте адрес гостиницы, где остановились.
Побеседовав ещё час Багратион откланялся и ушёл. Михаил Николаевич, решившись посвятил сына в семейную тайну. Правда предварительно взяв с него слово чести о молчании. Александр был поражен такой вестью, которую держали в тайне больше двадцати лет, но он любил сестру. Сандро, так называли Александра близкие родственники, пообещал отцу, что окажет содействие в пользу молодого Багратиона, если потребуется.
Июль 1900 год. Столица Российской империи Петербург.
Итак, у меня было время заняться своими делами. Знания теперь приходили в мою голову как озарение, хотя сильных головных болей уже не было. Для пометок я постоянно носил с собой блокнот и карандаш. Добравшись до Питера, зашёл в ресторан и решил перекусить, время от времени делая записи в блокноте. Здесь мне несказанно повезло. За соседним столиком сидели два молодых человека и молодая женщина. Они громко разговаривали, а женщина всем своим видом показывала, что она центр этой небольшой компании. Один из молодых людей показался мне знакомым, хотя я точно знал, что никогда его не видел, правда не могу поручиться за предшественника. Прислушиваясь к разговору, я понял, что один из молодых людей Фёдоров. Когда они закончили обед, и видимо расставались, я подошёл к их столику и представился. Предложил Фёдорову поговорить на оружейную тему, он мне не отказал. И вот мы с ним беседуем уже за моим столом. Когда нам принесли кофе разговор более-менее сложился.
— Иван Дмитриевич, утолите моё любопытство, откуда вы узнали обо мне?