Фрейя с ожесточением застучала по клавиатуре.
– Так, записей много. Целый месяц. Можете как-то сузить круг поиска?
– Да, – ответила Фиона. – Только ночь пятнадцатого июля.
– Откуда записи? – уточнила Фрея. – Надо подписывать соглашение о неразглашении?
– Это видеозаписи с той ночи, когда сожгли дом на косе Мадфорд-Спит, – сообщила Сью.
– Точно. И кое-что не сходится. – Фиона сомневалась, что Фрейя найдет то, что там не так. – Ничего подписывать не нужно, но было бы здорово, если б разговор остался между нами.
Фрейя с готовностью согласилась:
– Ну конечно. На сто процентов да. Так, посмотрим, сможем ли мы найти что-то подозрительное. Но это займет время. Хотите, пока ждете, покидать топор?
Сью дважды упрашивать не нужно: как прирожденный игрок в боулинг, она – и ее бросок правой рукой – приводили команду по крикету на школьные чемпионаты. Сью схватила топор, прицелилась и бросила. Лезвие вонзилось в мишень, расколов древесину.
Фрейя выбежала из-за прилавка:
– Вы только что попали?
– Да, но не в самый центр.
– Какая разница! Я пыталась попасть в нее всю неделю, но мне так и не удалось! Мое почтение. – Амазонка и программист по совместительству протянула Сью кулак, поздравляя с победой. На секунду Сью с любопытством замерла, присматриваясь – возможно, потому, что ей впервые в жизни предложили стукнуться кулаками. Она протянула руку в ответ, и их костяшки соприкоснулись. Фрейя широко улыбнулась и вернулась к работе.
Фиона отошла на безопасное расстояние, пока Неравнодушная Сью продолжала вонзать топор в мишень, безжалостно кромсая дерево. Она была в своей стихии.
– Это весело. Фиона, попробуй!
– Нет, спасибо, мне и так хорошо, – улыбнулась Фиона в ответ, хотя улыбаться ей не хотелось. Как и во всех расследованиях, которые они вели, ее терзало непроходящее чувство, что они тратят силы на то, что уже проверила полиция. Это же чувство у нее было, когда она думала о предстоящем допросе двух сотен человек, которые присутствовали в ночь пожара на косе. Зачем беспокоиться, если полиция уже всех проверила и ничего не нашла?
То же самое и с системой видеонаблюдения. Она уже какое-то время подозревала, что записи могли подделать, с тех самых пор, как они получили их. Но специалисты из полиции наверняка проверили записи за ту роковую ночь и ничего не нашли. Ничего стремного, как бы выразилась Фрейя. Был ли вообще смысл что-то делать, если полиция уже их опередила и вернулась с пустыми руками?
Но Фиона не могла довольствоваться предположениями. Надо было все тщательно проверить, убедиться самой.
Полчаса спустя Фрейя их позвала:
– Так, у меня хорошая новость и плохая.
– Какая хорошая? – Фиона направилась к прилавку, Сью за ней, но уже без топора.
Фрейя повернула к ним экран так, чтобы они сами все увидели. Нечитаемый код занимал все пространство сверху донизу.
– Часть видеозаписей обработали при помощи программы для маскировки видео – это видно в коде. Пытались скрыть, но получилось не очень. Видео с нескольких камер изменили и отредактировали, поэтому выглядит нормально.
Фиона почувствовала всплеск адреналина. Наконец-то они что-то нашли! Но она чувствовала, что их ждало «но». И немаленькое.
– Вы знаете, что было на видео до редактуры? – спросила Сью.
– Нет. Боюсь, все вырезали и удалили.
Фиона морально подготовилась к плохим новостям:
– Ну а какая вторая новость?
Фрейя вздохнула:
– Видео, которые изменили, – не с ночи пожара.