— Екатерина, — сразу же вспоминает меня, — добрый вечер. Что-то случилось?
Я сбивчиво начинаю ему рассказывать о том, что видела. Мужчина хмурится, потом устало говорит:
— Екатерина, я не могу задержать его только из-за ваших слов. Дело уже закрыли.
— Так откройте! — я вскакиваю. — Это он мог быть!
— Екатерина, у меня много других дел…
— Я молю Вас! У Вас есть дети? — мужчина молчит. — Пожалуйста, у мамы Дианы не осталось никого. Её дочь, ради которой она жила, мертва. И никто не скажет ей, кто отнял жизнь её ребёнка. Просто поговорите с ним.
Дмитрий молчит. Смотрит на меня тяжёлым и испытывающим взглядом.
— Хорошо. Я найду время.
23
Я выбегаю к машине Савелия счастливая и окрылённая. У меня появилась надежда, что что-то поменяется.
— Вижу, всё прошло хорошо, — парень улыбается и склоняет голову к плечу.
— Да. Огромное спасибо за то, что подвёз и ждал. И за то, что ты выслушал!
Парень ведёт плечом и улыбается.
— А ты подруге будешь говорить о своей находке? — задаёт неожиданный вопрос молодой человек.
— Я об этом не подумала, — признаюсь честно.
— Думаю, что следует. Она переживает, как и ты.
Я киваю согласно и отворачиваюсь к окну. Да. Стоит ей сказать.
— Ты мне не сказала свой адрес, — говорит Савелий, вырывая из тяжёлых мыслей.
Через пятнадцать минут я поднимаюсь по лестнице. И испугано пячусь, когда вижу опасного вида мужчину на лестничной клетке. Он оглядывается, заслышав мои шаги. Опаляет подозрительно знакомым взглядом.
— Здравствуй, Екатерина, — говорит мужчина, смотря на меня исподлобья испытывающим и пронизывающим до самых печёнок взглядом.
— Здравствуйте, — говорю дрожащим шёпотом, догадываясь, кто стоит передо мной.
— Всю прошлую неделю я был занят, поэтому не смог поговорить с Вами. Сейчас нашёл окно в своём графике, — улыбка мужчины вежливая, но очень холодная.
— О чём же? — я оглядываюсь, желая убежать.
— Пройдём со мной, Екатерина Токарева. Или мне следует называть Вас Екатериной Ягодкиной? — сурово спрашивает мужчина, склоняя голову к плечу.
Я снова вздрагиваю и обхватываю себя руками за плечи. Я понимаю, кто передо мной стоит. Отец Дамира.
Они похожи. Похожи, как две капли воды. Мужчина такой же широкоплечий и высокий. У него такие же жёсткие черты лица. И глаза. Тёмные, кажущиеся чёрными.
Моё сердце дрожит.
— Я всё объясню, — говорю тихим шёпотом, на что мужчина жёстко улыбается.