«Инспектор считает, что мистер Хейгейт был убит до того, как был разожжен костер», — сказал Лиминг. «К тому времени, как пламя добралось до него, он был уже мертв».
«Это подтверждается нашими выводами», — сказал Стил. «Причиной смерти стал удар по голове — фактически несколько ударов. Череп был размозжен до состояния месива».
Честно говоря, я был поражен. Джоэл Хейгейт был человеком, у которого, казалось, не было настоящих врагов. Он был институтом в Эксетере».
«Так нам сказал таксист».
Колбек встал. «Мы найдем дорогу в таверну «Экленд», — сказал он, прижав шляпу к бедру. — Прежде чем мы это сделаем, суперинтендант, я хочу задать вам три простых вопроса. Во-первых, сколько людей у вас в распоряжении?»
Стил поморщился. «У меня их слишком мало — меньше сорока».
«Во-вторых, вы когда-нибудь руководили расследованием убийства?»
«Нет, инспектор», — признался другой, — «не видел. У нас тут много преступлений, но они в основном ограничиваются кражами, беспорядками, пьянством, мошенничеством и проституцией. Последнее убийство в Эксетере произошло более пятнадцати лет назад, и это было до меня».
Лиминг заинтересовался. «Кто был жертвой?»
«Это был человек по имени Беннетт, работавший в страховой компании.
«Посетив ярмарку Бонхей, он связался с какими-то неприятными личностями в таверне «Котл Маркет». Кто-то последовал за ним до самого дома. Позже его нашли плавающим в реке около плотины Трюс».
«Удалось ли поймать убийцу?»
«Да», ответил Стил, «но дело против него основывалось на словах сообщника, который передал показания Королевы. Общее мнение было таково, что сообщник был большим злодеем, чем человек на скамье подсудимых. Невероятно, но убийца был признан невиновным в убийстве, но виновным в менее серьезном обвинении в краже. Вместо того, чтобы быть повешенным, его приговорили к пятнадцати годам».
транспорт.'
Колбек был впечатлен тем, что он потрудился изучить детали дела. Стил показался ему честным, прямым, старательным человеком, который
гордился своей работой и был справедливо расстроен прибытием двух детективов из Скотленд-Ярда. Колбек мог понять, почему Квиннелл описал его как неловкого. Стил был сам по себе и не позволял другим его запугивать. Если бы они смогли заслужить его одобрение, он мог бы стать полезным союзником.
Стил, со своей стороны, был ошеломлен, когда впервые встретил их.
Лиминг напомнил ему хулиганов, которые смотрели на него из-за решетки в его камерах, а Колбек был похож на кого угодно, только не на опытного детектива.
Однако пять минут разговора с ними убедили суперинтенданта, что ему, возможно, следует поверить им на слово. Колбек был умен и проницателен, в то время как его сержант был явно человеком, привыкшим к суровой и суровой работе полиции. Между ними было взаимное уважение, и они, казалось, дополняли друг друга. Некоторые из опасений Стила по отношению к ним исчезли.
«Вы сказали, что было три вопроса, инспектор», — вспомнил он. «Мне кажется, я могу угадать третий. У нас есть подозреваемые?»
Колбек улыбнулся. «Вы, должно быть, читаете мысли».
«Ответ — да. У нас есть один конкретный. Это человек, которого мы хорошо знаем, и его уже арестовывали. Хотя он много путешествует, в последнее время его видели поблизости, а это всегда тревожный знак».
«Почему вы думаете, что он способен на убийство?»
«У него вспыльчивый характер, и он теряет над собой контроль, когда пьян. Он также таит обиду, и мы знаем, что у него была обида на Хейгейта».
«Мне показалось, ты сказал, что у начальника станции нет настоящих врагов».
«Я думал о людях в Эксетере, — сказал Стил, — а Бэгси Браун здесь не живет. Он просто время от времени заражает город».
«Почему его зовут Багси?» — спросил Лиминг.
«Бог знает, его настоящее имя — Бернард».
«Расскажите нам об этой обиде, которую он затаил», — попросил Колбек.
«Это больше, чем просто обида, инспектор. У них время от времени бывают проблемные пассажиры в Сент-Дэвиде, но начальник станции обычно справляется с ними. А потом однажды прикатился Бэгси Браун, пьяный в стельку, и стал буйным. Когда Хейгейт попытался его выгнать, Бэгси набросился на него с ругательствами и разбил несколько окон в кассе. Он нецензурно ругался с пассажирками, а затем напал на одного из носильщиков.