Дом у голубого залива. Крутой вираж. Токийская осень. Вытащить из петли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Гарри считает меня частным сыщиком и думает, что я хожу за этими людьми исключительно ради сбора информации. Чтобы избежать подозрений, которые может вызвать слишком высокий уровень смертности среди тех, за кем мы следим, я нередко посылаю его следить за людьми, которые мне совершенно не интересны, но служат в итоге своего рода прикрытием, продолжая и дальше вести счастливую, мирную жизнь.

Я придвинулся поближе к Кавамуре. Это самая тонкая часть операции. Если я сейчас напортачу, он меня заметит и мне будет непросто приблизиться к нему для второй попытки.

Рука моя нырнула в карман и коснулась электромагнитика размером с двадцатипятицентовую монету. Одна его сторона была оклеена синей тканью — из такой же был сшит костюм Кавамуры. Другая сторона магнита имела липкое покрытие.

Я извлек магнит из кармана. Оставалось дождаться, когда Кавамура на что-нибудь отвлечется. В конце платформы показался поезд. Кавамура вытащил из нагрудного кармана сотовый телефон и начал набирать номер.

Ладно, действуй. Я протиснулся мимо него, прилепив магнит ему на пиджак как раз под левой лопаткой, и продвинулся на несколько шагов дальше по платформе.

Несколько секунд Кавамура что-то говорил в телефон, затем опустил его обратно в карман. Интересно, кому он звонил? Впрочем, не важно. Через две, самое большее три станции все будет кончено.

Поезд остановился, двери открылись, извергнув поток человеческой лавы, и внутрь устремились ряды людей, ожидавших по обе стороны от дверей. Двери захлопнулись, поезд тронулся. Я медленно выдохнул — мы приближались к финалу. Кавамура стоял у последней двери вагона, шагах в трех от меня.

Все должно выглядеть естественно: такова моя специальность и такова причина, по которой мои услуги всегда в цене. Гарри раздобыл в больнице Университета Дзикеи медицинскую карточку Кавамуры, из которой следовало, что продолжением своего существования он обязан поставленному пятью годами раньше электрическому кардиостимулятору.

Я повернулся спиной к дверям — мне не хотелось, чтобы кто-нибудь, знающий английский язык, увидел сообщения, которым предстояло вот-вот появиться на экране моего карманного компьютера. Я установил на него программу, которую врачи используют для настройки кардиостимуляторов. Вся разница между мной и кардиологом сводилась к тому, что мое оборудование было миниатюрным и беспроводным. Ну, и еще к тому, что клятвы Гиппократа я не давал.

Я нажал клавишу «ENTER» и выбрал в меню «пороговое тестирование». Мне было предложено на выбор несколько параметров: частота и длительность импульсов, их амплитуда. Я установил кардиостимулятор на минимальную частоту: сорок ударов в минуту, до предела сократил длительность импульсов. Устройство было предустановлено на 8,5 вольта, и я начал понижать этот показатель на половину вольта за раз.

Когда поезд остановился на станции «Йойоги», Кавамура вышел. Черт, еще бы несколько секунд, подумал я, собираясь выскочить за ним на платформу. Но он лишь пропустил стоявших за ним людей и, когда те вышли, вернулся в вагон. Двери закрылись, мы поехали дальше.

На двух вольтах компьютер уведомил меня, что дальнейшее понижение напряжения опасно. Я убрал еще полвольта, глянув при этом на Кавамуру. Тот стоял, как стоял.

Когда я добрался до одного вольта и попытался продвинуться еще ниже, на экране замигала фраза: «Вы запрограммировали устройство на минимальное напряжение. Пожалуйста, подтвердите». Я ввел «Да». Задержка в одну секунду, затем на экране появилась надпись: «Неприемлемое значение напряжения».

Я закрыл крышку компьютера, оставив его включенным. Когда поезд подошел к станции «Синдзкжу» и, дернувшись, остановился, Кавамура привалился к стоявшей рядом женщине. Двери открылись, но Кавамура остался стоять, вцепившись одной рукой в вертикальную стойку рядом с дверью, а другой прижимая к себе пакет с фруктами. Пассажирам пришлось протискиваться мимо него. Я смотрел, как он поворачивался против часовой стрелки, пока не ударился спиной о стену вагона. Рот у Кавамуры был открыт, лицо казалось слегка удивленным. Потом он медленно сполз на пол. Я увидел, как один из вошедших на «Йойоги» пассажиров склонился над ним, чтобы помочь. Человек этот, иностранец, высокий и тощий, тряс Кавамуру за плечи.

— Даидзёубу десу ка? — спросил я, проводя левой рукой по спине Кавамуры, чтобы снять магнит. «С ним все в порядке?»

Я воспользовался японским в надежде, что иностранец меня не поймет и наше общение сведется к минимуму.

— Вакаранаи, — пробормотал тот. «Не знаю».

Он шлепал Кавамуру по синеющим щекам и тряс его. Значит, по-японски он говорит. Ну ладно. Я снял магнит. С Кавамурой было покончено.

Я задом шагнул на платформу, и из-за моей спины в поезд сразу устремился поток людей. Глянув в ближайшее к двери окно, я с изумлением увидел, что незнакомец шарит по карманам Кавамуры. Меня подмывало вернуться в вагон, однако я этого делать не стал. Да и в любом случае — было поздно. Двери уже закрывались. Что-то задержало их. Они слегка приоткрылись и сомкнулись снова. Когда поезд тронулся, на рельсы упало яблоко.

А я поехал на станцию «Огикубо».

В прежние времена, когда сотруднику разведки требовалось связаться со своим агентом, они использовали тайник. Агент оставлял микрофишу в дупле дерева, а шпион ее оттуда доставал. Эти двое никогда не оказывались одновременно в одном и том же месте.

Теперь с помощью Интернета это делается проще, да и безопаснее. Клиент оставляет зашифрованное сообщение на доске объявлений — электронном эквиваленте древесного дупла. Я сгружаю его и на досуге расшифровываю.

Из телефона-автомата на станции «Огикубо» я позвонил моему связнику — прислужнику Либерально-демократической партии, которого я знал только по кличке Бенни. По-английски Бенни говорил бегло, из чего я заключил, что какое-то время он провел за границей.

После обычного обмена кодовыми фразами я сказал ему:

— Сделапо.

— Рад слышать. Проблем не возникло?

— Ничего заслуживающего упоминания, — ответил я после паузы, вызванной воспоминанием об иностранце из поезда.

— О’кей. Вы знаете, как со мной связаться, если вам что-то понадобится.

— Мне нужно только одно, — ответил я, имея в виду деньги.

— К завтрашнему дню, как обычно.