Презумпция вины [litres]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ты. Ксеня. Нинка. Вова.

Чугуевы.

Чтобы рассказали своим детям правду.

Выяснить ее, Зоюшка, я прошу тебя.

Почему я? – спросишь.

Долго об этом думала. Нинке, решила, было бы слишком больно узнать, кто я такая. Она меня любила как могла. Как мать любила. Больше матери.

Ксене не до этого, у Ксени своя беда. Ей бы о себе понять, не обо мне.

Вова… Папка твой, Зоюшка, слабый. Жизнь его отколошматила и бросила посреди дороги помирать. Нечего ему на шестом десятке душу мочалить зря.

Ты одна остаешься.

Я тебя как увидела, сразу поняла: ты – Зоя. Не та, моя, а другая, новая, но Зоя все равно. Сказала Ленке, матери твоей, а той и понравилось. Редкое имя, говорит, необычное, звонкое. Так и стала ты Зоей, Зоюшкой.

Ты меня мало знала при жизни. Ты девочкой совсем была, я – старухой. Старое к молодому не тянется, не срастается одно с другим, если нарочно не сращивать.

Что бы ты ни узнала обо мне, больно тебе не будет.

Ни чужая бабка, ни своя.

Серединка на половинку.

Однажды я почти решилась, даже разузнала, где информацию дают. Сказали, нужно запросить копии документов в Военном архиве в Пахринске, это, Зоюшка, под Москвой.

Собиралась ехать – и передумала.

Испугалась.

Это как с раковыми больными, которые годами терпят боль и растят смертельную опухоль, потому что боятся пойти к врачу.

Боятся определенности.

Вот и я – боюсь.

Судить меня здесь не будут, там будут. Страшным судом. Батюшка на Слюдянке сказал, что правильно говорить не Страшный, а Последний или Всеобщий суд. Но как же не Страшный, Зоюшка?

Мне и сейчас страшно.

Смотрю из окна на сквер, как его заволакивает дождем, и думаю: а вдруг – я?

Вдруг – я?

Эпилог

Лиза сидит на крыльце, в прямоугольнике нежного карамельного света из открытой двери. Комары опять налетят, да и бог с ними, фумигатор справится. Слишком приятно смотреть на изящный Лизин силуэт. Руки ее спокойны, заняты делом, а не расчесами: в левой зажато яблоко, правая лежит на холке черной приблудной собаки. Веселая собака Тинка. Глаза янтарные, уши задорно торчат.

– Мам, тебе помочь? – спрашивает Лиза.

Едва слышно спрашивает, но здесь, в тишине после заката никакой шум не съедает звуки.

– Не надо, Лизочка, я справлюсь.

Тугая змея поливочного шланга не хочет скручиваться в бухту, но Ксения не злится: наклоняется, сгребает кольца руками, выравнивает.