– Нет. Для этого нам бы пришлось торчать наверху до полудня. Я бы предпочел пройти еще пару часов. Ты сможешь получить пару линий положений по солнцу, одну в 09.00 перед погружением, а вторую. скажем, в 15.00, когда мы специально всплывем для этой цели. День проведем на грунте, чтобы дать компасу придти в меридиан, а затем всплывем на поверхность, чтобы взять вторую линию и получить место на 15.00.
– Зер гут, герр капитан-лейтенант! А я займусь сверкой часов, – сказал Шпар, глядя на краснеющий диск солнца. – И пока мы здесь, проверю нашу долготу.
– Товсь – ноль! – начал замер Шпар.
07.02. Он отметил время в маленьком блокноте и взял бинокль. Внимательно осмотрел весь горизонт. И вдруг ощутил шок. Пальцы сжали бинокль. Один, два, пять, десять черных шариков, ощетинившихся рожками, появились в поле зрения, расположившись в несколько рядов.
Вопль Диттмера заставил его подскочить:
– Минное поле прямо по курсу, дистанция 600 метров!
– Стоп левый! Лево на борт! Стоп правый! – гремел Прин.
Нос тут же качнуло влево. Лодка накренилась, а затем выпрямилась.
– Курс – 0!
– Оба дизеля малый ход!
Взревели дизели, и лодка медленно двинулась вперед.
– Ей-богу! Спаслись чудом! – заметил Прин хриплым голосом.
– Ночью поле было бы нашим. Когда мы шли на север, этого заграждения здесь не было. Похоже, ребята не теряли времени зря.
– Нам повезло, что они, похоже, спешили, неправильно выставив заглубление мин. Иначе мы бы его не заметили.
Прин на мгновение задумался и замурлыкал:
– Все равно, я не собираюсь идти вправо, и обходить это чертово минное поле. Мы пройдем под ним! – добавил он с решимостью.
Шпар озадаченно повернулся, чуть не свернув шею, но ничего не сказал.
– Лево на борт! Оба дизеля средний ход!
Нос развернулся в направлении минного поля.
– Курс – норд!
Вахтенные опустили бинокли, готовые прыгнуть в люк.
– Глубина под килем? – спросил Прин.
– 43 метра.
Твердой рукой он нажал клаксон. Ровно через 15 секунд над его головой захлопнулся люк, и обеими руками он привычно повернул маховик кремальеры.
– Погружаться на 38 метров. Оба мотора самый малый вперед! – выкрикнул он.
Вессельс раздавал приказания. Пульсирующий рев дизелей сменил мерный гул электромоторов, а вода с шумом заполняла цистерны. Лодка погрузилась в рекордное время, с небольшим дифферентом на нос. Прин спустился в ЦП.
– Десять метров. 15 метров. 20 метров. 25 метров. 35 метров. 38 метров. – докладывал инженер-механик, не отрывая глаз от шкалы глубиномера.
– Курс 180 – скомандовал Прин.
Люди, онемев от страха, представили мины, доверху заполненные 350 килограммами мощной взрывчатки, которые, покачиваясь на минрепах, протягивали свои хрупкие рожки в черной холодной воде. Все молчали. Лодка шла настолько медленно, что даже привычный шелест воды в надстройке был неслышен. Время от времени к глухому мурлыканью электромоторов и слабому шуму винтов примешивался шум электроприводов горизонтальных рулей.
Прин подошел к эхолоту. Отметка показывала 3-4 метра под килем. Внезапно непривычно новый звук кольнул их уши. Он шел снаружи. Все затаили дыхание. Кррр. кр. кррррр. ррр. кркрррр.