Сага о йомсвикингах: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Наиболее популярные украшения у скандинавов составляли обручья (hringar), ожерелья, шейные обручи, бусы, кольца и разнообразные подвески на цепочках. Большая часть дошедших до нас украшений сделана из серебра. Женщины носили на груди в качестве застежек большие овальные броши – фибулы, а мужчины – броши-полумесяцы, которыми скрепляли плащ. На шее и те и другие носили подвески в виде молота Тора (так называемые молоточки Тора); позже, с распространением христианства, их сменил крестик (Роэсдаль: 2001. С. 33–39; Симпсон: 2005. С. 73–77; Ewig: 2006; Falk: 1919).

Незамужние женщины – девушки и вдовы – носили волосы распущенными; замужней женщине полагалось заплетать волосы и убирать их под головной убор. Мужчины, по свидетельствам источников, аккуратно подстригали волосы и бороды. Срезание у мужчины волос было актом унижения, а лысина вызывала насмешки. Однако в заключительных эпизодах «Саги о йомсвикингах» выясняется, что волосы у героев настолько длинны, что их можно намотать на палку. Возможно, в данном случае мотив этот связан с тем, что ими принесены обеты, – именно такое символическое значение имел обычай отращивать волосы у германских народов. Тацит, в частности, говорит, что у племени хаттов юноши не стригли волосы и бороду до тех пор, пока не убьют первого врага, а норвежский король Харальд Прекрасноволосый по легенде поклялся не стричь и не расчесывать волосы, пока не станет единовластно управлять страной. Впрочем, обычай наматывать волосы на палку при отсечении головы упоминается в сагах и вне такой связи (Круг Земной: 1980. С. 337; Ewig: 2006. Р. 127; Phelpstead: 2009. Р. 761–762; Speidel: 2004. Р. 175–180).

9. Деньги и меры веса

Деньги (fé) – чеканка монеты в Скандинавских странах была затруднена из-за отсутствия собственных запасов драгоценных металлов. Первым регионом, где она стала производиться, была Дания: в начале IX в. в Хедебю стали чеканить монеты в подражание фризским скеатам, однако продолжалось это недолго. Около 900 г. чеканка возобновилась скорее всего снова в Хедебю, но при этом монеты чеканились уже по каролингскому образцу. И только при Харальде Гормссоне около 975 г. появились подлинные датские монеты с изображением креста. Чеканку датской монеты продолжил Свейн Харальдссон, снабжая ее надписями. В конце X – начале XI в. объем чеканки резко возрос, особенно в период правления сына Свейна, Кнуда Великого, когда в Дании было создано несколько монетных дворов, важнейшие из которых располагались в Лунде и Роскилле. В Швеции чеканка монеты началась на 200 лет позднее, чем в Дании, – в конце X в. (печатный двор располагался в Сигтуне). В Норвегии постоянная чеканка монеты началась при короле Харальде Суровом (1047–1066), а в Исландии своя монета вообще не чеканилась.

Недостаток местных денег в Скандинавских странах, однако, восполнялся притоком иноземных. Из 250 тысяч монет эпохи викингов, найденных в Скандинавии, 35 % составляют арабские дирхемы, 45 % и 17 % немецкие и английские соответственно. Иноземные монеты переливали, перечеканивали или использовали в качестве весового серебра. При расчетах скандинавы взвешивали на весах то или иное количество серебра или золота. В ход шли не только иноземные монеты, но и всевозможные украшения, прежде всего обручья, шейные обручи и цепочки. Поэтому в сагах часто говорится, что тот или иной человек отвесил столько-то марок серебра. При расчетах в случае надобности драгоценные вещи ломали на куски, а монеты рубили, чтобы получить нужный вес (поэтому на языке скальдической поэзии (см. Скальд) конунг именовался «ломающим запястья»).

Основными денежно-весовыми единицами у скандинавов были следующие: марка (mark) (216 гр.), эйрир (eyrir) (27 гр.), эртуг (örtug) (9 гр.) и пеннинг (0,9 гр.). Пеннинг одновременно являлся монетой и имел широкое хождение в скандинавских странах раннего Средневековья.

В Исландии важнейшим продуктом и главным предметом экспорта была шерстяная ткань (вадмаль), и с ее помощью велись расчеты за ввозимые товары. Так, в X–XIV вв. один эйрир чистого серебра соответствовал куску ткани длиной от 12 до 48 локтей (в зависимости от того, как менялась ее стоимость) и шириной в 2 локтя.

На протяжении XI в. скандинавы переходят на национальную валюту и отказываются от практики весового серебра и иностранных денег (Роэсдаль: 2001. С. 102–103; Сванидзе: 2014. С. 752–756; Gelsinger: 1981. Р. 37; Malmer: 1997).

Весы (skálir) – один из наиболее часто встречающихся предметов в скандинавских погребениях эпохи викингов, – в них нуждались не только купцы, но также бонды и ремесленники, поскольку в скандинавской экономике расчеты велись в денежно-весовых единицах. Судя по археологическим данным, диаметр чашечек весов составлял 5–7 см. Найденные гирьки в основном равны эртугу и эйриру; встречаются также гирьки весом в двойной эйрир и в полмарки (Симпсон: 2005. С. 131–132).

10. Язык и культура

Датский язык (dönsk tunga) – обозначение общескандинавского языка «эпохи викингов», а также географической области, где на нем говорили. Впервые этот термин появляется в «Викингских висах» (ок. 1015 г.) исландского скальда Сигхвата Тордарсона (ок. 995–1045 г.). Некоторые авторы полагают, что его появление было связано с той большой ролью, которую датчане играли в раннее Средневековье в истории Балтийского региона. Возможно, первоначально его стали использовать соседи скандинавских народов – англосаксы или немцы, а потом уже и сами скандинавы (Круг Земной: 1980. С. 180, 633; Поэзия скальдов: 2004. С. 165; Kedar, Westergård-Nielsen: 1979. P. 197–198, 203–204; Lund: 1994. S. 14; Poetry I: 2012. P. 555–556; Skautrup: 1961. S. 662–664).

Скальд (skáld) – человек, владеющий мастерством стихосложения.

Скальдическая поэзия с историко-литературной точки зрения представляет собой особый тип поэтического творчества. Период наивысшего ее расцвета совпадает с «эпохой викингов». Древнейшим исторически засвидетельствованным скальдом был норвежец Браги Старый (1‑я пол. IX в.). С конца X в. центр скальдической поэзии перемещается в Исландию. На протяжении двух, трех, а то и четырех веков произведения скальдов существовали только в устной традиции; записаны они были лишь в XII–XIII вв. – период необычайного культурного подъема, который выразился также в оформлении эддических песней, создании письменных саг, появлении таких выдающихся историков, как Ари Торгильссон и Снорри Стурлусон. Последний является автором «Младшей Эдды» – своего рода учебника скальдического искусства.

Исследователи предостерегают от того, чтобы проводить прямую аналогию между мастерством скальдов и творчеством поэтов Нового времени. Слово iþrott, которым обозналось сочинение стихов, означает «искусство» в смысле «мастерство, навык». В раннесредневековых Скандинавских странах способность эта воспринималась в одном ряду с такими умениями, как верховая езда, игра в шашки, стрельба из лука и т. п. Так, норвежский конунг Харальд Суровый в дошедшем до нас стихотворном фрагменте перечисляет «искусства», которыми он владеет, – сочинение стихов, наездничество и плавание. Более удивительным, учитывая сложную технику скальдического стихосложения, представляется, однако, что в глазах современников искусство скальда не предполагало учености или какой-либо специальной подготовки. По крайней мере, именно такую картину можно вынести из саг – в том числе тех, что целиком посвящены знаменитым скальдам. Этим скальды разительно отличаются от современных им провансальских трубадуров или от ирландских филидов. Еще одной характерной чертой скальдического искусства в саговой традиции является то, что им владеют люди самых разных занятий и разного общественного положения – от конунгов и епископов до бондов и простолюдинов. Так, согласно «Гнилой коже», все тот же Харальд Суровый встретил однажды в море рыбака по имени Торгильс и, «пребывая в веселом настроении», вступил с ним в поэтическое состязание (в саге приводятся стихотворные строфы, которыми они обменялись).

Наряду с этим сама по себе способность слагать стихи чрезвычайно высоко ценилась в обществе, сохранявшем многие архаические черты, в частности – убежденность в магической силе слова (заметим, что «зашифрованность», «темнота» скальдического стиха вполне согласуется с магической функцией). Близкое родство скальдического искусства и рунической магии, происхождение которой также возводилось к Одину, нашло отражение в саге, посвященной Эгилю Скаллагримссону (910–990) – самому знаменитому из исландских скальдов. В ней герою приписана способность отводить от себя гибель или налагать на других проклятие с помощью рун. Неудивительно, что в представлении древних скандинавов хвалебные стихи должны были оказать положительное влияние на судьбу человека, к которому они были обращены, и, наоборот, хула, облеченная в стихотворную форму, могла иметь самые серьезные последствия. Поэтому сочинение хулительного стихотворения – нида (nið), согласно исландским и норвежским законам, влекло суровую кару.

В сагах сочинение героями отдельных поэтических строф – вис (vísur) всегда носит характер импровизации – непосредственного отклика на внешний импульс. Взятая в данном аспекте, виса как бы являет собой прообраз современного лирического стихотворения. Важно, однако, что этот жанр никоим образом не предполагает лирическую исповедь, не открывает «внутренний мир» автора. Виса – это всегда описание конкретного события, передача насущной информации. Информация эта может быть и чисто бытовой, весьма заурядной, хотя чаще виса содержит предсказание будущего или знаменует переломный момент в судьбе героя. При этом в сагах – в том числе в контексте отнюдь не сказочном, но вполне «реалистическом» – приводятся висы, сказанные при таких обстоятельствах, когда импровизация представляется совсем уже неправдоподобной (так, зачастую герой, получив смертельную рану, произносит вису перед тем, как упасть замертво). Учитывая, что любая виса, независимо от ее содержания, несет формальные признаки скальдического стиха, подобные сюжеты не могут, конечно, претендовать на историческую достоверность. Часто саговые висы напрямую связаны с элементами фантастики. Так, в одной из «саг об исландцах» вису произносит мертвец, погребенный в кургане, и даже – висящий на стене плащ. Все это позволяет предположить, что и в других случаях, когда тот или иной герой «сказал вису», мы имеем дело с литературным приемом. Таким образом, однозначно решить вопрос о подлинности той или иной висы или принадлежности ее конкретному историческому персонажу в принципе не представляется возможным.

Что касается такого жанра, как нид, то он дошел до нас в немногих образцах исключительно в составе саг; при этом либо приводится одна-единственная строфа нида, либо он заменяется прозаическим пересказом. Исследователи полагают, что поскольку в сознании людей той эпохи нид представлял собой магическое заклинание, точное его воспризведение могло быть табуировано. Высказывается предположение, что дошедшие до нас образцы являются заместителями «оригиналов», дословно с ними не совпадая, так как нид мог быть процитирован лишь при условии подобной «десакрализации». Насколько можно судить по этим образцам, нид отличается от остальных жанров скальдической поэзии тем, что его содержание – стандартные обвинения в женоподобии и мужеложстве – заведомо лишено правдоподобия. Вербализуемая в ниде ситуация воспринималась не как реальная, а как волюнтативная (см. также статью Нид в разделе «Обряды и верования»).

Знатные люди – конунги и ярлы – старались привлечь к себе на службу лучших скальдов, которые, как правило, становились их дружинниками. На пирах они занимали почетное место напротив вождя и получали щедрые дары за свои хвалебные песни – драпы (drápur) и флокки (flokkar). Лишь немногие их образцы сохранились полностью – большинство дошло до нас в виде фрагментов в составе саг о норвежских конунгах. Эти жанры характеризуются значительным объемом и усложненной композицией; в отличие от вис, они не импровизировались, а готовились заранее и предполагали многократное исполнение. При этом в них соблюдается общий для скальдической поэзии принцип: их содержанием является не «художественный вымысел», но описание конкретных событий – например, сражений, в которых воспеваемый участвовал непосредственно.

Если для конунга посвященные ему хвалебные песни означали умножение «славы», то для скальдов они были даром в обмен на который полагалось вознаграждение. Существовал, впрочем, такой жанр, как щитовая драпа, которая слагалась в качестве «отдарка» за полученный щит, – содержанием ее были изображенные на щите мифологические или батальные сцены. Так или иначе, отношения между скальдом и его патроном полностью вписывались в систему дарообмена (см. Дар). Если, по мнению скальда, ответный дар не соответствал достоинствам его произведения, он считал себя вправе покинуть службу и перейти к другому покровителю. Некоторые скальды на протяжении жизни разъезжали по дворам королей и высшей знати. Также скальдическая песнь могла рассматриваться как выкуп за жизнь скальда, когда ей угрожала опасность; известно несколько драп, именуемых «Выкуп головы», самая знаменитая из которых принадлежит Эгилю Скаллагримссону (Гуревич, Матюшина: 2000. С. 299–311; Поэзия скальдов: 2004. С. 77–128; Сванидзе: 2014. С. 671–691).

Аннотированный список упомянутых в книге средневековых памятников

Англосаксонская хроника (Anglo-Saxon Chronicle) – древнеанглийская хроника, охватывающая период c I в. до н. э. до середины XII в., составление которой началось при короле Альфреде Великом в конце IX в. Сохранилось девять значительно отличающихся друг от друга редакций этой хроники на древнеанглийском и латинском языках.

Беовульф (Beowulf) – древнеанглийская эпическая поэма; создание которой относят к концу VII – первой трети VIII в.

Битва при Брунанбурге (Battle of Brunanburh) – древнеанглийская поэма, прославляющая победу английского короля Этельстана над объединенным войском скандинавов, ирландцев и шотландцев в 937 г.; дошла в составе Англосаксонской хроники.

Большая сага об Олаве Трюггвасоне (Saga Ólafs konúngs Tryggvasonar en mesta) – составлена около 1300 г., по-видимому, аббатом монастыря в Мункатвере (Исландия) Бергом Соккасоном (? – ок. 1350); сохранилась в двух редакциях, из которых более полная представлена в Книге с Плоского острова (относится к «сагам о королях»).

Викингские висы (Víkingar vísur) – условное название цикла вис исландского скальда Сигхвата Тордарсона (995–1045), в которых рассказывается о военных походах норвежского конунга Олава Святого (1016–1028) в различные страны Балтийского региона.

Выкуп головы (Höfuðlausn) – драпа, сочиненная знаменитым исландским скальдом Эгилем Скаллагримссоном между 947 и 954 гг. в честь правителя Нортумбрии и норвежского конунга Эйрика Кровавая Секира. Сохранилась в виде двадцати строф в составе различных исландских памятников.

Генеалогия датских королей (Genealogia regum danorum) – латиноязычная датская хроника, составленная в 1193–1194 гг. настоятелем аббатства Эбельхольт Вильгельмом (ок. 1125–1203).

Деяния архиепископов Гамбургской церкви (Gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum) – немецкая латиноязычная хроника; составлена около 1076 г. бременским клириком Адамом, получившим в историографии прозвище «Бременский». Основное внимание в хронике уделено истории Гамбургско-Бременской церкви с момента ее основания в VIII в. до середины XI в., однако в ней также содержится много важных сведений по истории скандинавских и славянских народов.

Деяния архиепископов Трира (Gesta Treverorum) – немецкая латиноязычная хроника; велась в трирском архиепископстве с начала XII в. на протяжении семи веков.

Деяния данов (Gesta danorum) – латиноязычное сочинение, охватывающее историю Дании начиная с легендарных королей и заканчивая событиями 1187 г.; составлено с 1185 по 1216 г. секретарем датского архиепископа Абсалона священником Саксоном Грамматиком (ок. 1150 – ок. 1220).