Я даже не попытался скрыть злость в голосе:
— Я не думал, что ты прогнешься.
— Прогнусь?
— Снова прогнешься под грёбаные обстоятельства. Сдуешься. Я думал, что ты человек твердых убеждений, который верит в себя, может принимать смелые решения и стоять на своём. Но, видимо, я ошибался.
В его глазах моментально вспыхнул гнев, и Стюарт ткнул в меня пальцем.
— Не тебе меня судить. Ты не вправе указывать, что для меня лучше. Там, в Брисбене, вся моя жизнь. Люди, которые зависят от меня.
— Чушь собачья. Твой начальник заменит тебя еще до того, как высохнут чернила на твоем заявлении об увольнении. У тебя есть парни, с которыми ты встречаешься, чтобы сбросить физическое напряжение. Если у тебя не получится выделить время, они просто найдут кого-нибудь другого. Так же сделаешь и ты.
Его ноздри затрепетали.
— Ты хотел сказать, как я и сделал?
— Между нами было нечто большее, и ты это знаешь.
Он вскинул руки вверх, признавая поражение.
— Что ты хочешь от меня услышать? Что я уволюсь с работы и перееду сюда, чтобы быть с тобой? Ты думаешь, у нас получится какой-нибудь сказочный финал, и мы вместе уплывем в закат? Это не какой-то грёбаный диснеевский фильм, Фостер.
— Я прекрасно это понимаю, Стюарт. И я никогда не ожидал, что ты захочешь быть со мной. Я, блядь, не слепой. Ты — молодой преуспевающий финансист, а я — никому не нужный парень, который не смог выдержать эту гонку. Так что нет, я вовсе не ожидал, что ты захочешь меня, но надеялся, что сделаешь выбор.
— Сделаю выбор в пользу чего? — воскликнул он.
Боже, он что, совсем ослеп?
— Той жизни, которую ты хочешь. Не той, которую считаешь своим долгом прожить. У тебя только одна жизнь, и ты в ней несчастлив. Так измени её. Уволься. Тебе не обязательно переезжать сюда, хотя я был бы рад, если бы это случилось. Просто занимайся тем, что делает тебя счастливым.
Он долго пристально смотрел на меня. А его телефон все продолжал сигналить, сообщение за сообщением, и когда аппарат зазвонил, Стюарт посмотрел на экран.
— Блядь! — разочарованно прорычал Стюарт. — Я должен ответить.
— Да, хорошо. Я понял, — пробормотал я, мои силы иссякли.
Вся моя мысленно распланированная речь пошла наперекосяк, но, в итоге, это больше не имело значения. Все было кончено. Стюарт собирался уйти, и я собирался позволить ему это сделать. Я не мог заставить его остаться.
Он ответил на звонок:
— Стюарт Дженнер… Да, конечно. Не могли бы вы подождать одну секунду, а потом мое внимание будет полностью сосредоточено на вас… Спасибо. — Стюарт прижал телефон к груди и протянул мне руку для рукопожатия. — Фостер, мне нужно идти.
Рукопожатие? После всего, что между нами было?
Ну уж нет.
Я посмотрел на протянутую ладонь, даже не пытаясь скрыть, как меня это задело. Лицо Стюарта омрачилось, и он опустил руку.
— Я никогда не умел прощаться, — прошептал он.
Мне хотелось обнять его. Прижать к себе, почувствовать каждую частичку его тела рядом с моим, к которому оно подходило так идеально. Мне хотелось поцеловать его еще раз… Но вместо этого я сделал шаг назад, облегчая Стюарту задачу.
Он кивнул.
— Фостер… Спасибо за все. Это были лучшие две недели… в моей жизни. Я никогда этого не забуду… — Он тяжело сглотнул. — Спасибо. Мне жаль, что я не смог быть тем, кем ты думал…
Я кивнул в ответ, решив не показывать свои эмоции.