— И что ты сказал? — вопросительно приподнимает бровь, но глаза уже загораются.
— Что он оказался самым худшим из твоих любовников, — не выдерживаю и тихо смеюсь от ее зависшего состояния. — Так что, когда он захочет реабилитироваться, постарайся не показать, что все совсем наоборот.
— Саш, а тебе это зачем? — улыбается.
— Ну, желаю я своему другу счастья или нет? — пожимаю плечами. — Вы друг друга стоите.
— Потрясающе, у меня свой шпион в тылу врага, — смеется.
— Не-а, — отрицательно качаю головой, — не обольщайся, я работаю на два фронта.
Чуть возмущенно толкает меня в плечо, но настроение у нее явно улучшилось. Чего, к сожалению, нельзя сказать обо мне. Пытаюсь на протяжении дня отвлечься от своих мрачных мыслей, и мне почти это удается. Ненормальная жизнь ненормального человека. Чего еще можно от нее ждать?
В конце рабочего дня меня толкает Ириша и взглядом указывает куда-то в сторону, пока говорит с кем-то по телефону. Перевожу взгляд и удивленно улыбаюсь блондинке, нерешительно стоящей у стойки.
— Привет, принцесса. А что ты здесь делаешь?
— Привет, Саня. Ты забыл полотенце в субботу, а Арсений забыл его вчера тебе вернуть, — София протягивает мой пакет. — Я его даже постирала. Ну, то есть не я, а стиральная машина…
— Спасибо, — забираю пакет из ее рук. — Не обязательно было лично заносить. Как-нибудь забрал бы сам. Тем более, это мое не единственное полотенце, — смеюсь. — Но все равно спасибо.
— Я просто была здесь поблизости и заодно решила отдать.
— Ты гулять куда-то собралась? — отмечаю легкий едва заметный макияж, множество тонких позвякивающих браслетов на руке, короткие джинсовые шорты и синюю обтягивающую майку на бретельках.
— Нет, уже домой.
Бросаю взгляд на часы.
— Если хочешь, можешь подождать пятнадцать минут, и я тебя подвезу.
— Хорошо, — улыбается. — Через пятнадцать минут у входа.
Разворачивается и идет к выходу.
— А это кто у нас? — подозрительно интересуется Ира, незаметно подойдя сзади.
— А это твоя главная соперница, Ириш. Сестра Арсения. София.
— Хорошенькая, — хмыкает. — Но они абсолютно не похожи.
— У них разные отцы, — снимаю жилетку с бейджиком, оставаясь в брюках и белой рубашке.
— Сколько ей, шестнадцать?
— Четырнадцать, — улыбаюсь, расстегивая пуговицы на манжетах и закатывая рукава.
— Боже, ну и дети пошли. Я в четырнадцать была дитё дитём.
— Когда ты говоришь, первый раз обжималась с парнем? — недоверчиво. Ира фыркает, а я смеюсь. Наслышан о ее поездке в пионерский лагерь и первом откровенном знакомстве с противоположным полом именно в этом возрасте. — Все, Ириш, до завтра, — обмениваемся поцелуем в щеку.
— Пока, Саш.
Забираю свою возвращенную пропажу и выхожу из приятно-прохладного холла гостиницы в раскаленную летнюю жару улицы. Замечаю Соню, присевшую на железное ограждение и что-то клацающую на мобильном телефоне.
— Ну, поехали?
Поднимает на меня глаза и улыбается.