– Они?
– С ним был еще один.
– Рассказывайте.
– Я не видел, с чего у них всё началось, – сразу оговорился Питерсон. – Повернулся уже на крик. Смотрю, эти двое наседают на того, с гусем. А он отмахивается палкой. Они сбили с него шляпу и прижали к витрине. Вдруг слышу звон. Стекло, значит, разбилось. Похоже, это тот палкой его задел. Я уже хотел звать полицию, как вдруг все разбежались. Тот бедняга бросил гуся и исчез в проулке за Тоттенхэм-Корт-роуд, а этот человек со своим приятелем подобрали добычу и помчались по Гудж-стрит.
– Добычу – то есть гуся?
– Да.
– Получается, это и было целью нападения?
– Получается. Хотя… – Питерсон смутился и пожал плечами. – Говорю же, я не слышал, что там у них вышло.
– Мистер Питерсон. Вы сказали, что запомнили и второго нападавшего.
– Да.
– Более того, с ваших слов было составлено его письменное описание. Вот оно, прочтите. Всё верно?
Питерсон в присутствии Кьюсека перечитал бумагу, которую уже и так перечитывал, и подтвердил.
– Спасибо, мистер Питерсон, мы вам очень признательны. Вы еще успеете отметить Рождество в семейном кругу.
Посыльный вышел. Кьюсек, наблюдавший всю сцену с усмешкой, медлить с комментарием не стал:
– Ну и что? Он же сам сказал, что ничего не знает! Причем тут гусь?!
– Но вы ж его забрали.
– Потому что тот тип его бросил.
– То есть вы признаете, что ограбили его?
– Это не то, что вы думаете. Этот негодяй оскорбил меня. Я возмутился. Могу я постоять за свою честь, в конце концов?! Между прочим, вы же слышали, он меня чуть палкой не прибил!
При необходимости Кьюсек мог осилить любую роль, и сейчас его лицо всамделишно побагровело от негодования, будто оскорбление не только на самом деле имело место, но и оставило кровоточащую рану в его самолюбивой душе. Ловкач, что и говорить.
– Стал бы он связываться с двоими, Кьюсек?
– Тот другой джентльмен был не со мной.
– Откуда ж он взялся?
– Обычный прохожий. Шел рядом и услышал, как тот мерзавец оскорблял меня. Поносил последними словами, клянусь вам!
– И вмешался? Заступился за вас?
– Наконец-то вы всё поняли, инспектор! – Тому факту, что я не совсем еще безнадежен, Кьюсек возрадовался с тем же чистосердечием, что отличало все его слова и дела.
– То есть оскорбление вам было нанесено в том самом месте, а до этого вы человека с гусем не видели?
– Абсолютно так. Случайная встреча, и только. Если уж я в чем-то неправ, перегнул, как говорится, готов заплатить штраф. Гуся мы, конечно, взяли зря.
– Опишите, откуда вы шли и где вышли на Тоттенхэм-Корт-роуд.
Кьюсек рассказал. Затем помолчал и, явно почуяв подвох, добавил: