Анатоша Одуванчиков в стране краснокожих: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Над краем сена показалась голова дяди Феди:

— Ты что же это, одетым спал? — спросил он строго меня.

— Видишь ли… — забормотали, — я, собственно, не заметил…

— Ладно. Сейчас мы это кончим, раз и навсегда. Ну, будете вы вставать или нет? — гаркнул он на ребят.

Мы соскочили с сеновала и выбежали на двор.

— Трусики у тебя есть? — спросил меня дядя Федя.

Увы. В чемодане, в двух корзинках ив четырех узлах было все, до теплых фуфаек и лакричного порошка включительно, но трусиков там не было.

Тетя Лиза пришла мне на помощь, и через пять минут я гордо вышел на крыльцо в старых Юркиных трусиках и в Васькиной спортсменке, с открытой шеей и рукавами.

Юрка посмотрел на мои руки и на шею, сравнил их со своими и фыркнул:

— Эх, ты, презренный бледнолицый!

Крыть мне было нечем. По сравнению с ним и с Васькой, я действительно был бледнолицым.

С непривычки, холодная колодезная вода обожгла мне кожу, но кружка парного молока и здоровенный ломоть белого хлеба примирили меня с жизнью.

— Ну, ребята, живо собирайтесь! — скомандовал дядя Федя.

Путь предстоял долгий, и я решил запастись, по возможности, всем необходимым.

Метод же для этого я применил следующий: все содержимое чемодана, корзин и узелков вытряхивалось на пол в правом углу комнаты, а затем те вещи, которые надо было взять с собой, перебрасывались в противоположный угол. Таким образом, можно было наверняка избежать путаницы.

Через обеденный стол полетели: осеннее ватное пальто, на случай холодной погоды, башмаки, калоши, две фуфайки, запасная курточка и брюки, шесть пар носков, подушка, одеяло, две простыни, две книжки — Майн Рида и Густава Эмара, банка гуталина, сапожная щетка и множество других, с моей точки зрения, необходимых вещей. Я только что закончил эту тяжелую работу, как в комнату вошел дядя Федя.

— Это что? — спросил он, указывая на вещи в правом углу комнаты.

— Это ненужное, остается, — ответил я.

— А это?

— А это с собой.

— Так-с.

Дядя Федя подошел к куче вещей, отобранных на дорогу, и через стол полетели обратно: сапожная щетка, гуталин, Густав Эмар, Майн Рид, две простыни, одеяло, подушки, шесть пар носков, курточка, одна фуфайка, калоши, башмаки и осеннее ватное пальто.

Остались только брюки и одна фуфайка.

— Давай сюда покрывало, сандалии, полотенце, мыло, зубной порошок и щетку…

Я метался, как угорелый, отыскивая называемые им вещи.

— Кружка и ложка есть?

Таковых не оказалось.