Да что же здесь творится? Стоило бросать службу, чтобы и в Лютене угодить в Бездну?
Обход нашелся. У самого Ауэнта. На пути очередных карет.
Только место уже оказалось занято. Но ничего — эти потеснятся.
Стоят сомкнутыми рядами. Небольшой отряд бойцов в черном, выступивший на защиту несчастных женщин. Черная одежда — против черных душ и сердец. И черных карет.
Гуннор прибыл в Лютену, чтобы стать студентом. Начать новую жизнь.
Наверное, здесь очень не хватало порядочного боевого офицера.
А если бы Гуннор когда-то не уступил отцу — толку от него бы сейчас?
Прости, Академия. Грызть гранит науки в твоих стенах станут другие. И любоваться твоими величественными колоннами — тоже.
Глава 4
Эвитан, Лютена.
Это глупо. Совсем. Не умнее попыток Стивена спасти Ирию Таррент.
Глупо. И не слишком. Потому что Стив в итоге спас Иден. А вот Гуннор пока… да ну ее, эту Академию. Лично для него. В ней и так полно желающих учиться. И куда более способных.
И спасибо отцу — что все-таки сделал из сына бойца. Среднего, но всё лучше, чем никакого.
Михаилитов — много меньше, чем их врагов. Но и несколько львов порвут стаю шакалов. А просто смотреть, как шакалы и гиены волокут на съедение ланей, Гуннор тоже не станет. И как львы гибнут в неравной схватке, а он стоит в стороне. В студиозусы готовится. Бережет себя для будущей науки.
— За правое дело! — крикнул немолодой, но рослый и крепкий предводитель. Меч в его руке — естественное продолжение. Папа гордился бы таким воином. Или командиром.
— За правое дело, братья!
— За правое дело!
— Творец и святой Михаил!
— Святой Михаил!
— За правое дело! — неожиданно для себя заорал Гуннор. — Ормхейм и Водан!
Не обиделись бы служители Творца на древнего бога в союзниках.
Неа. Даже не поморщились. Некогда!
Напротив — ближайший (тоже немолод) обернулся и одобрительно кивнул.
Хмурое небо, старая площадь, слева — тюрьма, справа — враги.
Первого врага Гуннор встретил клинком. Второго, слева, попросту пнул в живот. От души. И отскочил в сторону, нехорошо оскалясь.
Движение сзади юноша уловил, но дернулся с опозданием…
Нет, свой. Михаилит. На сей раз — его сверстник. Спину прикрыл.
А ему самому — товарищ.
Может, потому чутье и запоздало. Может. А не потому, что его хозяин читал многовато, а тренировался — всё меньше. В Академию хотел. Вот тебе, парень, и Академия.
— Святой Михаил! За правое дело!