MoreKnig.org

Творение. История искусства с самого начала: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Стонард Джон-Пол



Шрифт:

Через три столетия после смерти Александра греческие скульпторы всё еще получали заказы на величественные статуи, хотя теперь это происходило на фоне растущего могущества Рима, а не афинского Акрополя. Динамичная, слегка скручивающаяся фигура Афродиты, прикрытая ниже пояса плотными складками ткани, позднее получит имя по названию острова Милос, где она будет найдена. Она вошла в историю как Венера — римская версия Афродиты. Ее сильная, героическая поза представляется дальним отголоском обнаженной статуи Книдского храма. Венера Милосская словно состоит не из плоти, а из хорошо прилегающей телесной брони. Она была создана примерно в 100 году до нашей эры, всего через двести лет после того, как Пракситель изваял утраченную Афродиту. Мы не можем напрямую сравнить эти две скульптуры, но догадываемся, что, поставленные рядом, они могли бы продемонстрировать, как невинность превращается в опыт, желание перерастает в крепкую любовь.

Афинский дух ваяния нашел себе новый приют в прибрежном средиземноморском городе, основанном одним из потомков Александра Великого в Малой Азии. Пергамская цитадель была построена, чтобы служить сокровищницей эллинистической династии Атталидов, и прославилась благодаря своей библиотеке и мастерским. Атталиды считали себя восточными афинянами — выделяясь любовью к искусству и продвижению греческого духа любознательности — в противоположность своим врагам «галатам», то есть кельтским галлам, западным варварам, мигрировавшим через Балканы. Однако Атталиды проявили к своим врагам больше уважения, чем афиняне: они установили в святилище пергамского Акрополя три статуи, из которых две изображали галла и его жену, убитую им перед тем, как совершить самоубийство, чтобы не попасть в плен. Третья статуя, названная «Умирающий галл», изображала воина перед смертью: усы и золотой торквес (толстое металлическое кольцо, которое носили на шее) указывают на его принадлежность к северным племенам, однако его благородная, картинная поза говорит о том, что он умирает героически, как герои Троянской войны.

«Умирающий галл» демонстрирует сознательное любование страданием и смертью, встречающееся только в греческом мире. Для IV века до нашей эры это не было чем-то новым: в раннем искусстве Древней Греции его позу предвосхищает фигура павшего воина на фронтоне храма на острове Эгина. Эгинский воин показан обнаженным, он страдальчески устремил взгляд в землю, не желая сдаваться, и тяжело оперся на щит, словно заставляя себя встать и продолжать сражаться. В греческой скульптуре за военным триумфом всегда угадывалась человеческая эмоция: эгинский воин был создан примерно в 500 году до нашей эры, еще до золотого века афинской скульптуры. Эллинистические скульпторы подчеркнули эту эмоцию, создав более чувственный образ смерти, которую побеждает не богатство и обещания загробной жизни, а искупление через страдание.

Агесандр, Полидор, Афинодор. Лаокоон и его сыновья. I в. н. э. Мрамор. Высота 208 см

На западе, в Лации, римлян не привлекали изображения страданий — за одним исключением. В ряду последних творений, вышедших из скульптурных мастерских Пергама, был образ борьбы и мучений, вызвавший (и продолжающий вызывать) страстное восхищение: сцена из Троянской войны, которая, кажется, ясно возвещала конец греческого мира. Перед нами сплетение тел: две толстые змеи обвивают бородатого мускулистого мужчину и двух изящных юношей. Кажется, будто вся мощь фриза Парфенона здесь направлена вовнутрь. Это троянский жрец Лаокоон, который вместе с сыновьями был убит посланными богами змеями за то, что пытался раскрыть хитрость греков, спрятавшихся в большом деревянном коне, чтобы пробраться в Трою (вероятно, это была самая скандальная тактика осады в истории). Лаокоон и его сыновья изображены в момент нарастающей паники, когда они понимают, что их борьба напрасна, что змеи слишком сильны и их не одолеть. Отчаянный жест юноши справа, наклонившегося, чтобы освободить ногу от пут змеи, которая уже обвила его плечо, эхом отражается в страдальческом крике его отца в центре: он запрокинул голову в тщетной мольбе к богам о пощаде. Римский поэт Вергилий создал самое знаменитое описание двух гигантских змей («Кровью полны и огнем глаза горящие гадов»), выползших из моря на берег и заставших Лаокоона и его сыновей врасплох.

Римлянам скульптура «Лаокоон» была известна по мраморной копии, созданной тремя греческими ваятелями с острова Родос — Агесандром, Афинодором и Полидором, — восхищавшей Плиния тем, что она была вырезана из цельного камня и изображала «причудливые сплетения змей»[85]. К I веку нашей эры людей скорее привлекала драматургия этого образа, нежели символика одного из основополагающих мифов Древней Греции. Для римлян же это был скорее знак упадка Греции, после того как греческие города были завоеваны и подчинены Римской империи. И всё же «Лаокоон» хранит в себе память о жестокости и героизме микенской эпохи, оживающей в образах и ритмах гомеровского эпоса, в воображении афинских скульпторов и художников времен Перикла и в сочувствии пергамских ваятелей к образу побежденного и к образу страдания и боли, которому они придавали огромное значение. В конце концов, Троя — великий символ благородного поражения — находилась совсем недалеко от цитадели Атталидов, на берегу Эгейского моря.

Достижения афинских художников времен Перикла не имели себе равных в Древнем мире, и всё же космополитизм эпохи после завоеваний Александра Великого помог их идеям распространиться далеко за пределы Греции. Образцы греческой скульптуры отправились в путешествие и на восток, и на запад — и в римский мир, и к персам, и в государства Малой Азии, — и на юг — в Египет. Следуя за лошадьми и повозками армии Александра, ясный греческий стиль прошел через всю Центральную Азию, и на этом долгом пути он видоизменялся, сталкиваясь с другими мирами, полными иных образов и верований. Формованные терракотовые фигуры, созданные в Китае для могилы императора Цинь, как мы видели, наиболее близки по мастерству исполнения к творениям греческих скульпторов V века до нашей эры. И всё же терракотовая армия была сделана с совершенно иной целью: быть погребенной в земле, а не стоять для всеобщего обозрения на акрополе, — и с использованием совершенно иного метода — метода формовки глины (хотя и с индивидуальной проработкой деталей), а не долгой резки и шлифовки мрамора.

Одна из самых поразительных встреч между греческим и негреческим мирами произошла по ту сторону Черного моря, где начиная с VIII века до нашей эры начали появляться греческие колонии. Греки уже познакомились с кочевыми племенами, жившими в степях на севере, скотоводами и воинами, составлявшими огромный ландшафт кочевых племен, населявших равнины, раскинувшиеся от Дуная на западе, через Центральную Азию до Монголии и Северного Китая и терявшиеся в снежных просторах Сибири. «У скифов нет ни городов, ни укреплений, — писал об этих племенах греческий историк Геродот, — и свои жилища они возят с собой»[86]. Скифам, у которых вся жизнь проходила в седле, были не нужны мраморные статуи или каменные храмы. Зато они создавали украшения из драгоценных металлов, обычно для конской сбруи, оружия и церемониальных принадлежностей. Эти орнаменты, в которых переплетались формы животных, напоминавшие одновременно древнекитайские таоте и кельтские металлические украшения, также наносились скифами прямо на тело в виде татуировок.

В своих странствиях скифы сталкивались с четырьмя оседлыми культурами, расположенными вокруг: Китаем, Персией, Ассирией и Грецией, — и тем не менее они оставались верны древним традициям анималистических изображений, общим для всех племен северных степей. Животные — вымышленные и реальные — представлены в борьбе или во время волшебного превращения: у барана рога составлены из зайцев; у оленя они становятся птицами; лапы пантеры и ее хвост складываются из мелких зверьков. Рога оленя запрокинуты назад, словно он бежит или плывет. Сам олень был спрессован из листа золота и, вероятно, когда-то располагался в середине щита одного из полководцев[87]. Мы можем провести прямую линию от этого могучего скифского оленя к плывущему оленю каменного века, созданному на тысячи лет раньше. Однако здесь есть одно важное отличие: тот древний олень был вырезан из бивня мамонта: образ животного был создан из другого животного — а скифский олень сделан буквально из чистого золота.

Нащитная бляха в виде фигуры оленя. Около 600 г. до н. э. золото, литье, чеканка. Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург. Фотограф — Теребенин В. С.

Глава 6. Все дороги ведут к империи

Если греки истоки своей культуры обрели в исчезающем мире богов и героев, то перед глазами римлян была живая модель самой Греции, и блистательные Афины стали ориентиром их цивилизации. Греки, как писал римский поэт Вергилий, были несравненными художниками, способными «создать изваянья живые из бронзы» и «обличье мужей повторить во мраморе лучше», чем римляне, которым оставалось лишь восхищаться[88]. Римляне обладали другим умением, считал Вергилий, связанным не с красотой, а с властью: умением повелевать, умением мирно подчинять земли римскому закону. Рассказ Вергилия об основании первой древнеримской династии, «Энеида», повествует о троянском царевиче Энее, сбежавшем из Трои, когда та пала под натиском греков, и отправившемся в путешествие, которое закончилось в Италии провозглашением Римской державы. «Энеида» стала для Рима тем же, чем «Илиада» и «Одиссея» Гомера стали для Древней Греции, — историей рождения государства из отзвуков войны.

Именно благодаря тому, что Рим искал господства через завоевания, греческая скульптура впервые попала в римский мир в больших количествах. Римское завоевание Средиземноморья окончилось падением в 146 году до нашей эры города Карфагена в Северной Африке и, спустя год, подчинением богатого греческого города-государства Коринфа. Луций Муммий, римский полководец, возглавивший поход на Коринф, вернулся на кораблях, груженных статуями, мебелью и другими ценными предметами. Эти трофеи заняли свое место в Риме рядом с греческими скульптурами, захваченными во время предыдущих кампаний: после того как в числе прочих военных трофеев статуи проносили в шумном триумфальном шествии, они устанавливались в храмах, на виллах и в публичных местах. Во время триумфального шествия в 189 году до нашей эры в честь победы Марка Фульвия Нобилиора над этолийцами в городе Амбракии на повозках и колесницах тащили 785 бронзовых и 230 мраморных статуй: это были великие произведения искусства — хотя, похоже, римлян они впечатляли не столько своим качеством, сколько количеством[89].

Долгое время считалось, что римляне не обладали врожденным талантом к изобразительным искусствам и все свои знания переняли от греков. Несмотря на то что они действительно испытали сильнейшее влияние греческих образцов, они также адаптировали эту модель, создав в итоге собственный «римский стиль» и римский способ обращения с художественным наследием. Они стали собирателями и знатоками греческой живописи и скульптуры, покупая произведения за баснословные суммы. Знаменитые шедевры выставлялись в пинакотеках — галереях живописи, — первых в своем роде. Коллекции скульптур и картин демонстрировались гостям частных вилл по всему римскому миру, а самые крупные собрания превращались в своеобразные музеи греческого искусства. Римские авторы, самый известный из которых — Плиний с его «Естественной историей», создали первые из дошедших до нас исторические описания греческого искусства и его продолжения в Древнем Риме. И хотя римляне не были изобретателями истории искусств (в этом их опередил Ксенократ), они написали первые основательные труды по этой теме. Богатые римляне заказывали копии греческих шедевров в основном у греческих же скульпторов, тем самым сохраняя их работы, большинство из которых позже были всё же утрачены. Спрос на копии был очень велик, и ремесленники множили бесконечные копии со знаменитых оригиналов — одни удавались лучше, другие хуже. Возможно, римлянам был важен сам факт обладания древнегреческой скульптурой, шармом и очарованием Афин.

Химера из Ареццо. Около 400 до н. э. Бронза. Длина 129 см

Римляне грабили не только греческие города, но также городки и поселения, существовавшие на Апеннинском полуострове до расцвета империи. Эти небольшие поселения на холмах, простиравшихся к северу от Рима, составляли цивилизацию Этрурии — страны этрусков, процветавшей начиная с VIII–VII веков до нашей эры. Для нас это загадочный народ, который оставил очень мало письменных свидетельств о своей жизни и верованиях, однако этруски наполняли свои погребения множеством богатой утвари, нередко привезенной с востока, и украшали саркофаги терракотовыми статуями покойных, как правило, в «пиршественной позе», на греческий манер. Погребальные терракотовые урны были сделаны так, что их крышки изображали человеческие головы, — скульптурное напоминание о том, чей пепел содержался внутри. Для этрусков, как и для многих древних культур, идея смерти служила лучшим стимулом воображения, и, конечно, благодаря надгробиям до нас дошли многие произведения их изобразительного искусства.

Уже в VIII веке до нашей эры греки оккупировали торговые поселения в южной части Италии — эту область римляне называли Великой Грецией (Magna Graecia) — и принесли с собой новые идеи, которые вскоре распространились до самой Этрурии. Бронзовая фигура рычащей химеры, созданная около 400 года до нашей эры, демонстрирует не только дань греческому бронзовому искусству, но и способность соперничать с ним, по крайней мере, в области анималистической фантастической скульптуры. Надпись «tinscvil» на передней лапе химеры говорит о том, что скульптура была подношением этрусскому богу Тинии, варианту греческого верховного бога Зевса, и, вероятно, являлась частью скульптурной группы, включавшей Беллерофонта — греческого героя, который, по легенде, убил химеру «лютую, коей порода была от богов, не от смертных: / Лев головою, задом дракон и коза серединой, / Страшно дыхала она пожирающим пламенем бурным» — так описал ее Гомер[90].

Бронзовая химера, которая, защищаясь, изогнула спину в исступлении, напоминает тварей, порожденных неукротимой энергией воображения жителей Древней Месопотамии и Ирана: достаточно вспомнить яростных туров и змееголовых драконов, изображенных на воротах Иштар, ведущих в Вавилон. Согласно греческой мифологии, химера наводила ужас на страну Ликию в Малой Азии: возможно, именно благодаря этой легенде этрусский мастер придал химере фантастическую форму в экзотическом стиле Западной Азии и Леванта — стран, которые этруски знали по рассказам греческих и финикийских торговцев.

Однако не все этрусские образы были обращены на восток: один из немногих этрусских художников, чье имя дошло до нас, — Вулка из города Вей, севернее Рима, — по легенде, создал для Капитолийского храма в Риме терракотовую статую Юпитера, окрашенную красной киноварью. Ее заказал последний царь Древнего Рима (центра Римского государства до установления в 509 году до нашей эры Римской республики) Луций Тарквиний Гордый, который сам был этруском[91]. Также Вулка из Вей создал статую Геркулеса и квадригу (колесницу, запряженную четырьмя конями), стоявшую на фронтоне храма.

Непосредственно римская скульптура, возникшая в последние годы республики, несла на себе печать этих ранних этрусских форм, а также греческих влияний, распространившихся по всему эллинистическому миру. И всё же она была отчетливо римской, прежде всего за счет сюжетов, демонстрирующих идеалы республики.

Образы патрициев и знатных людей вырезали на геммах, чеканили на монетах, а также — что производило наибольшее впечатление — ваяли из мрамора. Скульптурная голова богатого римлянина являет лицо, отмеченное заботами и тяготами жизни. Глубокие асимметричные морщины на щеках, под глазами и на лбу говорят об опыте и возрасте, столь ценимых римлянами[92]. Более разительный контраст с гладкой, идеализированной греческой скульптурой даже трудно себе представить.

Однако кажущийся реализм этих портретов обманчив. Нет никаких свидетельств того, что они были похожи на изображаемых людей, — скорее их расценивали как утрированные образы, подчеркивающие имидж грубой силы.

Кроме того, эти лица отмечены печатью смерти. Греческая одержимость жизнью и здоровым телом так и не смогла перебить этрусскую одержимость бренностью. Во времена республики была распространена традиция снимать посмертную маску с лица умершего в глине или воске — такие изображения назывались imagines. Эти маски несли во время похоронной процессии, их надевали плакальщики, а затем помещали в домашнее святилище, сохраняя тем самым память о славных предках, поскольку в ту эпоху семейные корни были главным пропуском во власть. Впалые, искаженные черты мертвых человеческих лиц, отпечатавшихся в этих посмертных масках, по-видимому, переносились и на мраморные портреты, отчего образ живого человека оставляет слегка тревожное, мертвенное впечатление.

Бюст римского патриция (деталь). Около 75–50 до н. э. Мрамор. Высота 35 см

Неменьшее восхищение и подражание вызывала у римлян греческая живопись, хотя история почти не сохранила нам имен авторов и названий произведений. Плиний посвятил целую главу своей «Естественной истории» греческим художникам и их римским последователям, снабдив их краткими фабульными описаниями истоков их славы. Как писал Плиний, живопись была доведена до совершенства еще на заре Римского государства, хотя, как правило, живописцы не занимали высокого положения в обществе. Исключением был Турпилий, венецианский всадник, известный своими работами в Вероне (хотя, что́ именно он изображал, Плиний умалчивает), а также тем, что он был первым из известных нам художником-левшой[93]. Плиния не интересовало, греческий перед ним художник или римский, главное — откуда он родом и каков его вклад в развитие живописи. В древние времена, возможно, где-то в эпоху Гомера, Эвмар из Афин стал первым художником, делавшим различие между женской и мужской фигурами, а Кимон Клеонский впервые стал изображать фигуры в ракурсе, создав зачатки перспективы. Возможно, это были вовсе не зачатки, а весьма продвинутый метод: не видя его работ, мы никогда этого не узнаем. В те времена живопись была монохромной, как пишет Плиний, и скорее относилась к области рисунка или тонированного наброска, совершаемого на специально подготовленных деревянных дощечках. Ко времени Полигнота из Тасоса, творившего примерно в 480–450 годах до нашей эры, живопись в цвете достигла больших высот. Полигнот искусно придавал своим фигурам выразительность и занял место в одном ряду с такими великими творцами, как Зевксис из Гераклеи и Паррасий, — знаменитыми соперниками, которые, как мы уже знаем, стремились превзойти друг друга в иллюзии жизнеподобия.

В конце своей длинной хроники, включавшей и великого Апеллеса с острова Кос, создавшего образ Александра Македонского, и менее известных художников вроде Пиреика, прославившегося своими изображениями цирюлен и сапожных мастерских, Плиний добавляет и краткий список женщин-художниц. Вначале он упоминает Тимарет, дочь Микона, известную своей «стариннейшей» картиной с изображением Артемиды, выставленной в Эфесе. Величайшей из всех художниц была Иайя из города Кизик на южном берегу Мраморного моря (в современной Турции), которая жила во II веке до нашей эры и «в Риме кистью писала», а также гравировала по слоновой кости. Согласно Плинию, ее персонажами были в основном женщины и славилась она быстротой руки и талантом портретиста. На деревянной панели она написала портрет пожилой женщины из Неаполя — вероятно, жены какого-то чиновника или торговца. Известно также, что она изображала саму себя с помощью зеркала: это первый зафиксированный случай создания женского автопортрета. Ее работы производили столь сильное впечатление, что цена за них превышала расценки других современных ей портретистов — Сополида и Дионисия, сообщает Плиний, «картинами которых полны пинакотеки».

[85] Плиний Старший. Естествознание. Там же.

[86] Геродот. История. Книга IV. Мельпомена, 46 / пер. Г. Стратановского. Л., 1972.

[87] Scythians: Warriors of Ancient Siberia. Exh. cat., British Museum / eds. St. J. Simpson, S. Pankova. London, 2017. P. 209.

[88] Вергилий. Буколики. Георгики. Энеида. Книга VI / пер. С. Ошерова. М., 1979.

[89] Тит Ливий. История Рима. Книга 39, 5.

[90] Гомер. Илиада / пер. Н. Гнедича. Хвост со змеиной головой были добавлены к бронзовой химере в XVIII веке.

[91] Плиний Старший. Естествознание. Книги XXV, XLV.

[92] Richter G. M. A. The origin of verism in Roman portraits // The Journal of Roman Studies. Vol. 45. 1955. P. 39–46.

[93] Плиний Старший. Естествознание. Книги XXXIII–XXXV.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
[ТИРАН]: Я у мамы Паучок
[ТИРАН]: Я у мамы Паучок
[Детская фантастика / Приключения / Фэнтези]
Переродился. Дождался освобождения акушером из заточения, но поиграть со стетоскопом не дали, да ещё снотворным заклинанием швырнули, даже не дав сказать своего первого "Агу!" А дальше я думал,
0
Новогоднее дежурство с миллионером
Новогоднее дежурство с миллионером
[Любовные романы / Современные любовные романы / Проза / Современная проза]
Новый водитель трамвая, с которым мне предстоит дежурить в Новый год, не тот, кем хочет казаться. Загадочный и притягательный. Вдруг он герой моего романа? Или тот, кто сделает больнее
0
Найденный наследник должен умереть
Найденный наследник должен умереть
[Современная проза / Приключения / Фантастика / Попаданцы]
В мир китайской новеллы о настоящем и поддельном наследнике попал кто-то что-то знающий. Ему достались знания о новелле. И он начинает решительно действовать...
0
Земский докторъ. Том 15. Мюнхенский узел. Книга 1
Земский докторъ. Том 15. Мюнхенский узел. Книга 1
[Документальная литература / История / Историческая проза]
Лето 1921 года. Иван Палыч Петров едет с советской делегацией в Мюнхен: там по давней договорённости должен вырасти завод по выпуску пенициллина. Только доктору не до заводов. В одной из
0
Регрессор 2
Регрессор 2
[Приключения / Фантастика / Фэнтези / ЛитРПГ (LitRPG)]
Регрессия Ранг: Легендарный Тип активации: Автоматический / Ручной Уровень: 3 Максимальная дальность возврата: 8 суток Частота автоматической установки контрольных точек: 5 часов
0
Перекрёсток. Том первый: Певерелл
Перекрёсток. Том первый: Певерелл
[Проза / Современная проза / Фантастика / Попаданцы]
Гарри Поттер прожил долгую жизнь. Он победил Волдеморта, вырастил детей, тридцать лет учил студентов защищаться от Тёмных искусств и пережил почти всех, кого любил. Он умер в ночь на свой сто
0
Дневник Оборотня
Дневник Оборотня
[Любовное фэнтези / Современная проза / Фантастика / Фэнтези]
Наконец, я осуществила свою детскую мечту, купила дом не далеко от лесного массива, в нем я начну новую жизнь, которая меня ждёт......
0
Вольный лекарь. Студент. Том 8
Вольный лекарь. Студент. Том 8
[Ужасы / Проза / Современная проза / Приключения]
Несмотря на козни одного профессора, я смог поступить в медицинскую академию. Однако мою радость омрачила дурная весть: Полина и Сергей пропали по пути в Москву. Я должен их найти, ведь только у меня
0
Чужая невеста – моя жена
Чужая невеста – моя жена
[Любовные романы / Современные любовные романы / Проза / Современная проза]
- Давно ты помолвлена с Саидом? - Ваня, - Рада отняла от его лица платок и посмотрела растерянно. - Отвечай. Я хочу знать! Рада с трудом сглотнула ком в горле и бесцветным голосом
0
Коллекция Эротических Фэнтези Артов
Коллекция Эротических Фэнтези Артов
[Любовное фэнтези / Эротика, Секс / Проза / Фэнтези]
Создано с помощью нейросети. История про Петю который очень хотел купить артбук. Сам артбук прилагается. В артбуке вы найдёте эротические арты по мотивам 18+ произведений автора Никита Кита.
0
Кольцо Судьбы. Том 6. Ткач снов
Кольцо Судьбы. Том 6. Ткач снов
[Приключения / Фантастика / Фэнтези]
Перевод: Крипт С.
0
Кольцо Судьбы. Том 5. Демонесса
Кольцо Судьбы. Том 5. Демонесса
[Ужасы / Проза / Приключения / Фэнтези]
Перевод: Крипт С.
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Развод. Я тебе ничего не должна
Развод. Я тебе ничего не должна
[Современные любовные романы]
- Скорее раздевайся, Ириша. Я до спальни не дойду. Прямо тут тебя сейчас... Охрипший от возбуждения голос мужа звучит в тёмной гостиной оглушительно громко. Не так я планировала начало
6
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
1
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Охота вслепую
Охота вслепую
[Боевик]
Знаменитый вор в законе по кличке Варяг после долгих кровавых передряг находит компромисс с властью. В обмен на обещание отойти от всех воровских дел он получает высокий государственный пост. Свои
0
43 таракана в твоей голове. Психологические и психиатрические синдромы, которые отравляют нам жизнь
43 таракана в твоей голове. Психологические и психиатрические синдромы, которые отравляют нам жизнь
[Основы психотерапии / Общая психология]
Если иногда кажется, что ваша психика – большая коммуналка, где втихаря поселились «паника», «самокритика» и «вечный спасатель», – эта книга для вас. Здесь вы найдете «досье» на каждого «оккупанта»,
0
Мир содрогнулся… Народ не заметил…
Мир содрогнулся… Народ не заметил…
[Классическое фэнтези / Социальная фантастика]
А в каком бы мире мы жили, если бы Владимир в Х веке принял ислам, а не христианство?.. А потом изобрели бы «машину времени», и отправился бы исследователь разбираться в причинах такого выбора… Во
4
Лучший друг. Простое пошаговое руководство по решению даже самых сложных проблем в воспитании собаки
Лучший друг. Простое пошаговое руководство по решению даже самых сложных проблем в воспитании собаки
[Домашние животные / Руководства]
Книга известного в мире дрессировщика собак и бихевиориста с 30-летним стажем поможет решить самые сложные проблемы с любой собакой. Пошаговое руководство от автора, который помог более 100 000
0
Мария Кюри
Мария Кюри
[Образовательная литература / Биографии и Мемуары]
Серия «Удивительные личности для детей» — это уникальный проект, который позволяет разнообразить и улучшить досуг родителей и детей. Книги серии написаны в захватывающей и доступной форме, что делает
0
Перерождение деда
Перерождение деда
[Попаданцы / Классическое фэнтези]
Человек, рожденный в начале двухтысячных, прожил свою жизнь до глубокой старости и вот готовится познать есть ли там что дальше. Он точно не мог представить, что его дальнейший путь будет зависить от
2
Черное дерево
Черное дерево
[Современная проза]
Себастьян Мур нарушил каждое данное ей обещание, но всякий раз, стоит закрыть глаза, Марфиль слышит в голове только его голос: «ОН МОЙ ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ. Я ЕГО ПОДОПЕЧНАЯ». Сможет ли Марфиль
0
Блокада Ленинграда. Хроника 872 дней и ночей народного подвига
Блокада Ленинграда. Хроника 872 дней и ночей народного подвига
[Историческая проза / Публицистика / О войне]
Великий подвиг и ужасная трагедия. Тяжелейшее испытание не только для солдат, но и для мирных жителей нашей страны, ставшее одним из ключевых событий Великой Отечественной войны. 872 дня голода и
1
Озброєні
Озброєні
[Юмористическая фантастика]
«Озброєні» — другий роман циклу «Варта» серії «Дискосвіт» Террі Пратчетта. Нічна сторожа знову переживає не найкращі часи. Капітан Ваймз планує одружитися і повернутися до цивільного життя, тож
0
Адвокат вольного города 7
Адвокат вольного города 7
[Неотсортированное (Жанр неизвестен) / Альтернативная история]
Обвешавшись статусами как новогодняя ёлка, Филинов ищёт слабое место у своего могущественного врага.
3
Внутренности жизни
Внутренности жизни
[Самиздат / Современная проза / Юмористическая фантастика / Социальная фантастика]
Книгу «Внутренности жизни» автор начал писать на гребне пессимистичной волны. В конце концов, получилась дикая ирония абсолютно на все проявления жизни людей, которые автор описал как скопище
0
Ведьма и её тень (СИ)
Ведьма и её тень (СИ)
[Любовная фантастика / Самиздат]
«У вас были ведьмы в роду?». Именно с этого вопроса началась черная полоса в жизни Полины: за ней увязался сталкер, идеальный брак рассыпался, словно песочный замок, а затем она и вовсе лишилась
1