200 дней на юг: автостопом из Москвы в южную Африку: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вдоль дорог расставлены бочки-урны. На постах санитарного контроля колёса машин опрыскивают химикатом, видимо, чтобы не провозить микробы. А людей заставляют выйти из машины, обуться и протопать по влажному дезинфицирующему коврику.

Ботствана в последние годы стала одной из стран элитного буржуйского туризма. Слоны, когда-то находившиеся на грани исчезновения, расплодились здесь толпами. Шикарные кемпинги и гостиницы привлекают сюда любителей буржуйского отдыха из богатых стран мира. А вот автостопный туризм здесь не развит. Не зря в ботсванском законе о туризме, который где-то накопал Костенко, были такие слова:

(Далее содержались методы сокращения популяции таких нежелательных туристов.) Как верно! Мы, скопившись на общественной дороге, действительно не приносили никакого дохода экономике Ботстваны, и более того: я подобрал и увёз в Россию собственность ботстванского государства — отклеившийся от асфальта, под действием солнца, оранжевый катафот.

Жара. На экваторе мёрзли, а в тропиках греемся, здесь не меньше +35 в тени, декабрь в Ботсване, как июнь в Судане. Да ещё и эта наша малярийная температура! К счастью, она рассеивалась помаленьку.

За день нам удалось пересечь всю страну; мы потратили на преодоление 1000 км всего десять ходовых часов. Ещё два дополнительных часа мы отдыхали на полдороги, в городке под названием Францисктаун — изучали город и магазинные цены. Они выше, чем в Замбии или в России; купили еды на $10 и тут же съели всё. Зато товары вкусные, красиво запакованные, и ничего тухлого.

А столица, Габороне — современный город, модерновые здания из стекла и бетона, и каждое в своём стиле. Приехали в Габороне поздно вечером, и с трудом нашли место для палаток — в самом центре, на стройплощадке, у стен ещё одного созревающего небоскрёба. Народ не злобный — сколько людей видели наши палатки в центре столицы, но никто нас не побеспокоил.

Во мраке габоронской ночи я выкинул всё то, что осталось от джинсов, в которых я выезжал из дома. Они уже тогда были не новы; в Латакии (Сирия) они были превращены в шорты; и только в Ботсване число дырок в них стало столь велико, что они стали непригодны для носки в аккуратной ботсванской столице. Индийские белые штаны давно выкинуты тоже. Любопытно, какие вещи уцелеют на мне к моменту возвращения домой? Узнаем и сие.

Утром осмотрели ботсванскую столицу. Интересный вид у неё: как будто ботсванским властям обрушились на голову большие деньги, и они решили заказать себе архитекторов из Европы и построить несколько, около десятка, суперсовременных офисных зданий из стекла и бетона. Если не считать этих зданий, Габороне весьма малоэтажный, зелёный город, чистый и дорогой. В Габороне 150 тысяч жителей (не больше Подольска), но город сей с обилием машин, супермаркетами, очень широкими улицами. Машины в городе есть у всех, городские автобусы не обнаружены, все люди такие современные, бомжей не встречаем, никто не попрошайничает и не копается в мусорных урнах. По-моему, и воровать здесь не принято — страна маленькая, все на виду. Много дорогих и вкусных соблазнов. Накупили много хлебностей, вкусностей и газированностей; разменяли несколько долларов на ботстванские копейки с птичками; отправили письмо.

Во всём столичном городе всего несколько посольств: Россия, США, Ангола, Нигерия, Ливия, Эфиопия, несколько стран Европы и африканцы-соседи. Посольство Российской империи проявило странность. Консул, в традициях КГБ, выведал у нас всё, что можно, и записал "в дело", а сам не ответил ни на один наш вопрос! Местонахождение посольства Зимбабве, методы получения виз в ЮАР и Малави он не знал; список посольств в Габороне он, якобы, не имел; оказию и письма на Родину передать не мог, так как из его посольства никто никогда в РФ не летал. И даже рюкзаки в его посольстве на полдня оставить было нельзя. Зато он отксерил наши паспорта, и, наверное, не прочь был бы снять и отпечатки пальцев, да эта мысль прийти в голову ему не успела: отвлекли его ботсванцы, стремящиеся получить визу РФ и поехать к нам на учёбу или для бизнеса. Единственное, что получили мы от соотечественников — Кока-колу баночную, по 340 миллилитров на нос. Но и та была без сахара, Coca-cola light называется, для лиц, боящихся калорий и ожирения.

Ботсванский народ отличается от замбийского и прочих.

1) Уже два человека признались нам, что не знают, что есть такая страна "Russia" (слово "Soviet Union" также им ни о чём не говорило). Подсказываю: какая страна в мире самая большая? — Не знают. (Впрочем, и в России, я думаю, большинство людей не знают, где есть такая страна — Ботсвана.)

2) Английский язык знают почти все, но между собой не говорят на нём, имея свой ботсванский язык. А вот в соседней Замбии большинство людей говорили даже друг с другом по-английски!

3) Бдительные "следящие за порядком" полицейские проявляют активность и любопытство довольно часто. На трассах ловят водителей, превышающих скорость 120, и штрафуют их.

…Вот ещё один англоговорящий водитель не мог понять, что за страна Russia. Я подсказываю: Moscow, Soviet Union, USSR. Никак не вспомнит, спрашивает меня: это Европа или Азия? Тут случился более "образованный" ботсванец и с надеждой вопрошает: Россия — это остров? Даже мои намёки, что, мол, крупнейшая страна в мире! — не приводят к просветлению их.

Большинство перемещающихся здесь людей совершают свои поездки на частных машинах. Не имеющие такой возможности — автостопят на специальных остановках. Выезжая из Габороне, мы видели десятки людей, стопящих кучно, и проходящие грузовики и легковушки разбирали их, кто сколько мог, правда, платно. Мы стояли вне "оборудованных автостопных позиций" и сперва долго не могли уехать, но затем один парень, нас подвозя, угостил газировкой и печеньем, а потом подобрала машина, в которой ехало четыре женщины: за рулём старушка лет 65-ти, в кузове — две её дочки и даже внучка, вот такая женская команда взяла нас, троих мужиков! А потом — кузова, кузова… И мы остановились на ночлег на некоем повороте, южнее южного тропика, там, где зелёная саванна уступает место пустыне Калахари, кою нам надлежит пересечь вскоре.

Мы поставили палатки где попало, прямо возле деревни. Ночью толпы каких-то ослов и овец съели все наши хлеба, купленные вчера в столичных супермаркетах, и чуть не обрушили палатки, но мы не огорчились.

Вот сидим втроём на позиции. Дорога очень хорошая, но машин нет. Жарко весьма. Сейчас мимо пролетел огромнейший жук, размером почти с вертолёт. Я погнался за жуком, но он оказался проворен и улетел вдаль. Тут, в Ботсване, всё живое очень велико. Попадаются гигантские муравьи. Сегодня видели страусов. Грузовики тоже здоровенные, есть такие экземпляры с прицепом — 9 осей по 4 колеса, тонн шестьдесят, не меньше.

Вокруг — лето. Вся пустыня в жёлтых цветах. Под деревцем неподалёку притаился местный стопщик. Поверхность шоссе вдали кажется зеркальной водной гладью — это воздух от асфальта нагревается и изменяет свои оптические свойства.

Интересно, что большинство людей, участвовавших в поездках АВП, участвуют только один раз. Не потому, что поездки плохие, а просто нормальному человеку в жизни достаточно одного путешествия. Потом человек переходит в мир обычной жизни, но святое путешествие пускает корни в его душе и как-то скрыто улучшает его последующую жизнь. Большинству людей только один раз приобщиться к величию окружающего мира достаточно, потом можно хоть всю жизнь вспоминать. И, может, какая польза выйдет из этого. И только некоторые фанаты путешествуют долго. Вот и я — весь уже в мыслях и планах о следующих поездках. Опять пролетел жук-гигант. Ещё тут есть гусеницы длиннее шариковой ручки, переползают дорогу. Они похожи на куски толстого чёрного кабеля. А вот с машинами нам пока не везёт.

Даже здесь, на довольно глухом повороте на Канг, стоит бочка для мусора. Буржуи они тут все! Играют в Европу. Я, правда, ещё не был в настоящих европейских странах, и вот мне Ботсвана кажется слишком богатой и цивильной.

Мы стопили сегодня довольно долго, но всё же уехали до поворота на Ганзи, а там нас подобрал весёлый мужик, ехавший из Йоханесбурга в Виндхук. Дорога, по которой мы ехали, называлась Транскалахарское шоссе. Пустыня Калахари оказалась не такой, как мы ожидали, не жёлтой, а травянистой. Вся её песчаная почва была покрыта редкими травинками, кустарниками и даже кое-где низкими деревцами. Хотя жарко и сухо тут было, как в настоящей пустыне.

На границе Ботсваны и Намибии таможенные формальности были просты. Всего семь минут понадобилось на то, чтобы отметиться и на той, и на другой стороне. И вот мы въезжаем в Намибию, единственную безвизовую для нас страну Африки.

Намибия

Намибия, ещё одна малонаселённая страна мира, получила независимость совсем недавно, в 1990 году. Сто лет назад эта территория, названная тогда "Юго-Западная Африка", попала в руки немцев, которые и построили первые намибийские города в европейском стиле, провели железные дороги и нашли месторождения алмазов. После Первой мировой войны колонию сию отобрали у немцев англичане; затем, после Второй Мировой, управление Намибией перешло к ЮАР по мандату ООН. Хотя в 1966 году ООН приняла решение отобрать у ЮАР мандат на управление Намибией, — ЮАРцы не отпустили свою колонию на свободу и продолжали управлять ею. Здесь действовали законы апартеида, заключающиеся в разделении белого и чёрного населения, а братские державы Ангола, Куба и СССР как могли, помогали намибийцам в их освободительной борьбе. В 1990 году, наконец, Намибия получила независимость, а граждане дружественных стран Анголы, Кубы и СССР получили право на безвизовый въезд на любой срок до 90 дней.

Белые люди, правившие страной до 1990 г., отстроили все основные дороги и несколько городов страны по европейскому образцу — столицу Виндхук, города на побережье Свакопмунд, Людериц, Уолфиш-Бей и др. Намибия и поныне привлекает многих буржуазных туристов, приезжающих сюда как на свою вторую родину: чем вам не Европа? когда в Европе зима, тут лето; продукты дешевле круглый год; а помимо городов, есть большие песчаные дюны, океан, а в национальном парке Этоша — звери всякие и слоны.

Нас высадили вчера поздно вечером в самом центре сияющего предрождественской иллюминацией Виндхука. Все магазины были уже закрыты. Мы обратились к полицейским, не знают ли они какой-нибудь супермаркет, работающий допоздна, чтобы там принимались кредитные карточки. Двое блюстителей порядка, бросив свой пост, минут тридцать шлялись с нами по городу, ища нам вечерний магазин, и в конце концов нашли его. Мы затарились продуктами и сели ужинать на свои рюкзаки — прямо у входа. К нам подошли белые люди, мужчина и женщина, и спросили, что мы туг делаем. "Едим", — отвечали мы, питаясь, и объяснили свою сущность. "А где будете спать?" — спросили белые люди. "Пока не знаем, — отвечали мы, — будем решать свои проблемы по очереди! Захотелось поесть — поели, захочется спать — поищем и место для сна". — "Поехали ночевать к нам!" — предложили они. Мы не заставили себя долго упрашивать, погрузились в их машину и отправились на вписку, весьма довольные таким развитием событий.

Так мы побывали в одном из частных виндхукских домов; в таких домах здесь живёт всё белое население города. Многоэтажных частных зданий нет, только несколько центральных гостиниц, банковские и офисные здания на главной улице многоэтажны. А здесь — огорожено забором с колючей проволокой, сад, бассейн, пальмы с искусственным поливом, в доме много комнат, очень просторно, есть горячая вода (прямо кипяток) и все блага цивилизации. Зарплата хозяина была по местным меркам средней — $1000 в месяц.

Утром нас накормили; хозяин вписки довёз нас на своей машине до ворот российского посольства. Консул РФ в Виндхуке был уже осведомлён о нашем существовании: ему уже сообщили сие наши другие консула, из Эфиопии, Замбии и Ботсваны. К счастью, никаких вредных свойств мы в посольстве не проявили, на вписку не просились и малярией не болели, хотя О.Костенко и восхотел увидать врача, так как по неизвестной причине у него болело ухо. Возможно, на высоте его роста (196 см) дули сильные высотные ветра, и в ухо надуло что-нибудь, но мы опасались, что это малярия, так как любая болезнь теперь напоминала нам малярию.

Мы посетили посольство Анголы — узнать о получении визы там на случай возвращения домой. Ангольцы находились в специальном Ангола Хаусе в центре города. Хотя они и могли выдать нам, по идее, визу, но не хотели даже разговаривать с нами без рекомендательного письма из посольства РФ, и мы покинули Ангола Хаус, несолоно хлебавши. Кстати, вчерашний водитель, довёзший нас до Виндхука, был в Анголе неоднократно. Говорит — нормальная страна, только дороги плохие и не во все места можно ездить, потому что воюют кое-где.

Также мы навестили главпочтамт, Интернет-кафе и супермаркет "Shoprite". Все эти заведения находились на одной главной улице — ул. Независимости (Independence Avenue). Эта Avenue и вела на север, на выезд из солнечного Виндхука. Мы решили не задерживаться в городе по двум причинам. Во-первых, нам надо было поскорее вернуться в Замбию, ибо если бы мы загуляли здесь надолго, то нам пришлось бы на границе покупать новую замбийскую визу. Во-вторых, мы знали, что ещё успеем насладиться Намибией и Виндхуком в частности.