Девочка на тонких крыльях[= Девочка][СИ]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Миоломиа!!! — отчаянно закричала Натали. Ответа не последовало. Девочка надрывно несколько раз позвала подругу. Тишина, зловещая, мертвая тишина.

Натали принялась кричать, что есть мочи, но вскоре ее крики сорвались на хрипы, сменяющиеся всхлипываниями, глухое пространство внизу не отвечало. Девочка с редкими перерывами, безнадежно сипя и давя из себя звуки, продолжала звать подругу то по имени, то умоляюще «сестренка», вскоре ее горло стало выдавать непонятные, захлебывающиеся звукосочетания. Так прошло некоторое время, луна все еще пряталась за тучами, скрежет у стены давно прекратился, и густая тишина разлилась вокруг, но это не было мягкой спокойной тишиной, дающей человеку отдохновение, то была тишина, скрывающая нечто неведомое и ужасное в своей утробе. Охватив руками стену с обеих сторон, Натали равнодушно лежала на ее узкой бугристой поверхности, как смертельно уставшая обезьяна, она уже никого не звала, ее голова покоилась щекой на камне, усталость и апатия овладела девочкой, постепенно ее веки опускались ниже и ниже.

Открыв глаза, Натали обнаружила себя лежащей на земле, высоко и ярко светило солнце, ко лбу пристало что-то липкое, как она сюда попала, девочка не помнила. Она потянулась к голове, рука двигалась непослушно, как онемевшая. Дотронувшись до липкой штуки на лбу, Натали посмотрела на пальцы — кровь. Страшно болела спина, а в грудь словно воткнули кривую рогатую палку. Она попыталась встать, сначала получилось на четвереньки, дошаркала до стены, там, придерживаясь за камни, приняла горизонтальное положение, мир слегка плыл и размывался; покачиваясь, девочка двинулась вокруг каменной развалины. С другой ее стороны она обнаружила Миоломию, лежащую с разведенными руками и в разорванной броне. Из голого живота торчали две волосатые коричневые шишки размером с кулак взрослого человека. Натали, присев возле ставшего ей таким дорогим человека, наклонилась и приподняла ей голову, та сразу же открыла глаза.

— Худышка, — произнесла она тихим и мягким голосом, — я не могу пошевелиться. Скажи, что со мной?

Натали, избегая смотреть на бугры в животе, отвернулась, и сквозь приступ душащей ее боли процедила:

— Это они.

— Убей их, — спокойно сказала Миоломиа.

— Как? Чем? — растерялась девочка.

— Найди свой кинжал.

Натали встала и принялась рыскать по сторонам, она очень боялась и не хотела смотреть на мохнатые шары в животе у подруги, поэтому яростно принялась исполнять просьбу, не особенно думая, к чему это может привести. Кинжал нашелся быстро — он лежал рядом с пикой.

— Нашла, что теперь?

— Сверху вниз, ты должна проколоть личинок, у них твердая кожа.

Сидя на коленях перед Миоломией и держа в руках кинжал, Натали растерянно замерла, эхо какой-то далекой мысли отразилось в ее голове.

— Но ведь ты умрешь.

— Они едят меня, Худышка, пожалуйста, не дай им меня съесть, — Миоломиа говорила это совершенно бесцветным голосом, едва шевеля губами.

Натали стало дурно, закружилась голова, и девочка закачалась, озноб прошёл по телу. Она попыталась поднять кинжал, но рука с оружием не шелохнулась.

— Я… я… не могу.

— Не бойся, сестренка, мне не больно.

Помогая второй рукой, Натали, после долгих мучительных усилий, занесла кинжал над Миоломией, но лезвие оружия заходило ходуном, девочка глубоко и часто задышала носом, собирая всю мощь, всю силу и волю воедино и концентрируя ее на кончике лезвия, глаза у нее расширились, тело наклонилось, уже готовясь пойти в судорожное пике, как вдруг что-то в ребенке надломилось, и она, с воплем выронив кинжал, завалилась, утыкаясь лицом в грудь подруги.

— Я не могу, я не мо-гу-у-у-у! — всхлипывала она. — Прости меня.

Натали сложила руки перед собой, словно на исповеди.

— Я плохая, я… очень плохой человек, ты даже не знаешь, какой плохой, слабая и глупая, я… такая плохая… я даже маму с папой своих не люблю…

Девочка перестала стонать и подняла голову. Глаза Миоломии, полные надежды и тоски, смотрели на нее пристально и пронзительно, но потом сдались и отвернулись, глядя в сторону на простирающееся озаренное солнцем поле.

— Я хочу к папе, — только и сказала она. Веки покойно сомкнулись.

Натали вскочила, как ужаленная.

— Я сейчас, я сбегаю и найду его. Может быть, он еще жив.

Эта шальная мысль сконцентрировала девочку, заставив собрать весь запас оставшихся сил и, поправив сандалии на ногах, побежать к месту сражения.

— Я быстро, я скоро… — закричала она на бегу, задыхаясь.

Натали торопилась, как только могла, но буквально через минуту, тяжело дыша и раздирая рубашку на груди, сбавила темп. Идти оказалось совсем недалеко. Вскоре перед ней возникла картина побоища: мертвые тела без рук и без ног, растерзанные, почти полностью в окружении кусков плоти и частей тел, брошенное оружие и черви, множество червей повсюду, разрубленных, с вывалившимися внутренностями, раздвинутыми в стороны тонкими лапками, как будто приглашающими Натали заглянуть вовнутрь. Сперва девочка жмурилась, отворачивалась: у нее не хватало духу смотреть на этот кошмарное торжество смерти, но вскоре она споткнулась об чье-то тело и упала, вляпавшись в жидкую лужу, вытекшую из живота червя. Она встала, с омерзением вытирая руки о рубашку, и двинулась дальше, смотря более внимательно.

«Глаза быстро привыкнут», — говорила она сама себе, стараясь успокоиться. Девочка пыталась найти место, где она последний раз видела Лаоли. Вдруг она заметила на земле оружие — копье с наконечником в виде капли, и лежащую рядом женщину, ей показалось, что женщина шелохнулась.