Личико девочки с веснушками на носу было встревожено. Головенко не смог удержаться от улыбки.
— Сейчас пойду…
Паня кивнула головой и, сверкая голыми пятками, пустилась к конторе.
Станишин ждал Головенко в его кабинете. Там же скромно сидел на стуле, сложив руки на животе, Герасимов и третий, незнакомый Головенко человек, Станишин представил его; это был инструктор райисполкома Усачев.
Станишин начал без предисловий.
— Проваливаем с уборкой. Упускаем сроки. Ячмень течь начнет через пару дней, а ты тракторы остановил. Это как понимать?
— Коли я их не остановил бы, они через день вышли бы из строя.
Станишин перебил его:
— Но ты понимаешь, какую большую ответственность на себя взял?
— Понимаю.
Станишин долгим взглядом посмотрел ему в лицо.
— Ну-ну… Твое дело, конечно. А вот Подсекин, как специалист, утверждает, что тракторы остановлены зря. Так сказать, в пику ему, чтобы зачеркнуть его работу.
— Этого «специалиста» придется перевести в трактористы, — сказал Головенко, раздражаясь.
Станишин, удивленно подняв густые брови, воззрился на него.
— Этот «специалист» портит мне все дело, — добавил Головенко.
Герасимов, не вступая в разговор, почесывал пальцем свою бородку. Усачев с любопытством смотрел на Головенко. Он был черноволосый, гладко выбритые щеки отливали синевой. Большие карие глаза были строгими, требовательными. Станишин закурил папиросу и переменил разговор.
— Как идет дело с ремонтом?
Головенко ответил не сразу, ему было трудно признаваться в неудаче.
— Честно сказать, я рассчитывал, что в кладовой, доверху заваленной запасными частями, найдутся все нужные детали. А оказалось, самых ходовых частей нет. Придется некоторые оставить без замены.
— Вот как? — встревожился секретарь.
— Почти на всех тракторах ходовая часть требует ремонта. Скверно с поршневой группой. Поршни сносились. Трактористы мучаются. Нужно обязательно менять кольца. А их нет. Кое-какие виды на кольца имеются. Если удастся, выйдем из положения.
— Где кольца думаете взять?
— Саватеев предложил резать их из старых поршней. Уже пробуем.
— Получается?
— Есть надежда — получится. С подшипниками тоже неважно. Нужен баббит, а его нет.
Секретарь вынул блокнот и записал.
— Плохо с цепями, — продолжал Головенко.
— Как плохо? Весной вам давали цепи.
Головенко пожал плечами:
— В кладовой ни метра.