– Надевай платье.
– Платье? – Я подбираю скомканное одеяние и встряхиваю. – Погоди, что это такое? Зачем?
Жнец картинно вздыхает. Для такого злобного мудака он здорово перебарщивает с театральщиной.
– Обязательно нужно каждый раз допытываться? – говорит он. – Потому что я так сказал.
Я откладываю одежду в сторону.
– Не надену я это чертово платье, разве что силой на меня натянешь.
По правде говоря, платье можно бы и надеть – оно, вероятно, выглядело бы не так нелепо, как широченная ночная рубашка, да еще замызганная после долгого путешествия, – но шел бы он к черту, этот всадник, со своими указаниями.
Голод испускает еще один страдальческий вздох.
– В последний раз прошу по-хорошему. Надень.
– Нет.
Клянусь, я вижу в темноте его злобную ухмылку.
– Ну ладно.
Ладно?
Я продолжаю недоумевать, даже когда он уже приближается ко мне. Но тут он снимает с пояса кинжал.
– Что ты?..
Он хватает мое платье за ворот и… кр-рак! Голод проводит лезвием по ткани, рубашка разлетается на две половинки, и мое тело остается обнаженным.
Я почти шокирована.
– Это была твоя единственная одежда на смену, так ведь? – говорит этот мерзавец. – Жаль, что она испорчена. А теперь надевай это долбаное платье.
– Думаешь, меня волнует, что я голая? – спрашиваю я. – Да я лучше с грудью наперевес буду ходить, чем…
– Следующими будут твои сапоги.
Он тянется к ним с лезвием наготове.
– Ладно-ладно! – говорю я. В конце концов, в наше время еще поди найди приличную обувь. – Ненавижу тебя, но ладно, – бормочу я себе под нос.
Я хватаю платье, а Голод смотрит на меня стальным взглядом. Я знаю, что из комнаты он не выйдет, и не собираюсь просить его об этом. Я сегодня уже достаточно проигрывала в этом состязании.
Соскользнув с кровати, я скидываю обрывки ночной рубашки, а затем вытряхиваю платье и пытаюсь сообразить, на что оно похоже. Кажется, оно винного цвета, но в сгущающихся сумерках точно определить трудно. На нем столько блестящих украшений, что я понимаю: это что-то парадное.
По спине тянется ряд пуговиц, и мне приходится довольно долго их расстегивать. Как только отверстие становится достаточно широким, я ступаю в него ногами. Натягиваю, ощупываю расшитый бисером лиф и юбку с оборками, короткую спереди и длинную сзади. Платье мне немного свободно, но в целом сидит неплохо.
Сразу вспоминаются ночи в борделе, когда я надевала платья с застежкой сзади и корчила рожицы перед зеркалом на туалетном столике.
Я снова обретаю привлекательный вид, и меня это не слишком радует.
– Доволен? – угрюмо спрашиваю я, поворачиваясь к всаднику.
– М-м-м… – неопределенно мычит он.
– Тебе придется застегнуть его на мне.