Иркутск - Москва: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Позже Дубасов, отправляясь в сопровождении Мортона изучать нюансы учебного процесса Военно-морской Академии Аннаполиса, поинтересовался у Хилкова, почему приоритет был отдан именно общению с Рокфеллером, а не с Морганом, чьи заводы весьма интересовали нашего Морского министра. На что князь мог лишь с улыбкой заметить, что «стараться наладить контакты с мистером Морганом нам Высочайшая воля не позволяет. Только подробностями я, к глубокому сожалению, не обладаю, а Петр Аркадьевич не спешит их открыть…»

На самом деле, Столыпин, присутствовавший на секретном совещании в Царском селе за два дня до начала своего кругосветного вояжа в Европу, САСШ и Японию, просто не имел права с кем-либо поделиться нюансами принятых тогда решений. А вызвал царь его, Зубатова и Коковцева после того, как ознакомился с меморандумом Макарова и Руднева, на титуле которого было начертано: «Роль нефти для промышленного и военного развития на ближайшую и отдаленную перспективы». Понятно, что кроме Петровича, к рождению этого документа особой государственной важности приложил руку и Василий Балк, изложивший ему свое мнение по данному вопросу примерно так:

— Если ты, Нельсон наш фигов, всерьез думаешь, что самое главное оружие в предстоящих войнах это «калаши», а также еропланты, да субмарины, несущие всякую взрывохрень, включая ядерную, стало быть, ни черта не смыслишь в войне. Вааще. Главное оружие лет на двести вперед — это нефть… Нефть, Петрович! Заруби себе на носу. А не только «деньги, деньги и еще раз деньги». К сожалению, кое-кто здесь и сейчас это уже начал осознавать. Почему «к сожалению»? А потому, мой дорогой, что «здесь» — это не у нас, в России, увы…

Никогда себе не прощу, что с моей бронепаровозной затеей упустил из вида этого юркого живчика Жору. Ведь он как раз тогда был во Владике! Сидней Рэйли, он же Педро Рамирес, он же Карл Хэн, он же фон Таубе, он же Георгий Розенблюм. Это именно он, умничка, пока мы тихо разбирались с товарищем Литвиновым в Лондоне, в Каннах охмурял мсье Д’Арси. И Джек Фишер заполучил для своего Адмиралтейства дешевую персидскую нефть, прокинув парижского Ротшильда. Ибо принципиально не желал переплачивать за топливо для своего нового флота…

На, прочитай-ка скоренько мой опус. Обязательно покажи Макарову, перепиши все начисто и срочно отправляй Николаю. Промедление с этим делом — смерти подобно. Эти мои листки потом сожги. И чтоб никаких копий. Должен остаться один экземпляр, только для него.

Требуется, чтобы самодержец все правильно понял. И Нобелям мозги прочистил. С Ротшильдами у Каспия надо кончать немедленно. Их прицел понятен. Значит, придется выпускать «заслуженного кракена империализма», сиречь мистера Джонни Рокфеллера. Без его заинтересованного соучастия нам одним их удавку, боюсь, не скинуть. Да, он себе кусочек нехилый потребует, но и перед искушением мировой «нефтяной короной» вряд ли устоит. Повторения же той мерзости, что устроил нам господин Витте с Ротшильдами, уже не будет. Условия выставим иные. И время, и ресурсы для маневра у нас останутся. Из двух зол те, которые не дураки, выбирают меньшее. Согласен?

Кстати, я тут коснулся и прочей штатовской проблематики, в том числе отношений в любовном треугольнике «Карнеги-Морган-Рокфеллер». С прицелом на поездку в Штаты Столыпина, о которой нас Вадик предупредил. Ситуация там сейчас интересная. Но, сперва, скажи-ка ты мне, друже, чем финансист отличается от промышленника?

— Э… ну… финансист, он же банкир, торгует деньгами. И его не особо волнует, куда и в кого он их вкладывает, главное — получить запланированную маржу. А промышленник, он живет лишь тем производительным бизнесом, в котором сам действительно разбирается, как профессионал.

— Допустим, в целом верно. А цели?

— У обоих — максимальная прибыль.

— Это внешняя сторона. А если копнуть глубже?

— Ну…

— Баранки гну. Ясное дело, что «Империализм, как высшая стадия капитализма» от товарища Ульянова-Ленина тобой не конспектировался. Кстати, книга дельная, с кучей справочных данных. Только вождь мирового пролетариата со своим отрицанием роли личности в истории упустил, что капиталисты — тоже люди. И в основе их мировоззрения и многих поступков лежит уровень притязаний. Финансист, как максиму, может таскать у себя в черепушке мечту о полной власти над государством, а затем, по возможности, и над всем нашим Шариком, посредством овладения финансовой системой. Промышленник же жаждет овладеть лишь той отраслью экономики, в которой он профи.

Теперь рассуди-ка сам, у кого опаснее брать деньги стране, нуждающейся в притоке иностранного капитала и технологий для длительной и масштабной модернизации?

— Понятно, что не у Ротшильдов.

— Это хорошо, что тебе понятно. А Николаю? А Столыпину? Ведь ДжиПи Морган — тоже финансист, пускай и конкретно американский, в отличие от глобалистов Ротшильдов, которые уже встали на путь к овладению мировыми финансами. Для этого они на проект «Пакс Американа» и скинулись. Для этого создание ФРС в Штатах начинают готовить. И то, что Морган, как беспринципный деляга, с ними через Варбургов и Шиффов вступил в картель, в итоге его и сошвырнет с пьедестала.

Рокфеллер на такое не пошел. Он предпочел четыре года назад, когда принимал историческое решение переключиться с руды на нефть, продать все активы в черной металлургии мистеру Джону Пирпонту, главному противнику и конкуренту в течение пятнадцати лет! И принять брошенный Ротшильдами вызов мирового масштаба. Согласись, не всякий на такое способен.

Но, возможно, у его великой сделки было и второе дно. Зная, что Морган повыгреб свои закрома чуть не до самого донца, выкупая бизнес у Карнеги, Рокфеллер умно сыграл в долгую. И подвел азартного бычару под долговой хомут ротшильдовских дружков. Из которого Пирпонт так никогда и не вырвался. Хотя чисто внешне он был на коне. Когда постаревшего Карнеги менеджмент уговорил уйти в кэш, сдав свои заводы Моргану, ахнула вся Америка. Когда же это по собственному почину сделал Рокфеллер, и моргоновская «Ю. С. Стил» в одночасье стала супер-монстром, обалдел уже весь мир…

Ты ведь понимаешь, что огромный бизнес — это еще и масса людей, и обязательств перед ними? Еще и поэтому старый Джон разыграл свой «отход от дел», а за «сделкой века» с его стороны были умно выставлены сын и Арчболд. При этом сам оцени тот куш, что он умудрился сорвать: вертикально интегрированная структура бизнеса, де факто целая отрасль! Причем именно та, что обречена спуртовать десятки лет. И никаких крупных партнеров. И никаких соинвесторов, а по факту — соперников и конкурентов.

Попытаться обскакать его на «хромой троянской кобыле» теперь можно либо связав госограничениями, для чего начнут юзать Рузвельта, либо финансовыми спекуляциями. В том числе и с этим прицелом ротшильдовцы будут лихорадочно лепить свою ФРС. И в итоге, через много десятилетий, пускай не самого старика Рокфеллера, а его наследников, но глобалисты правдами-неправдами осилят. Почти… И главной причиной этого будет то, что до русской нефти в первой половине двадцатого века долговязый Джон так и не сумел дотянуться, хотя очень надеялся добиться этого, спонсируя самураев, а после них наших доморощенных карбонариев. Но… не срослось. Мировой «интегралки» у него так и не получилось…

— Слушай, откуда все это?

— Эхо войны, — печально вздохнул Балк, вспомнив сцену из любимого фильма «Брат-2» — Мой красавчег Антонович бывал порой общителен и громогласен. После удачной сделки и хорошей дозы бурбона, в особенности. А эти ребята — кумиры его юности. Он и английский-то в совершенстве осилил, читая книжки про них и их делишки.

— Война, говоришь? «Интегралка»? Делишки?.. В принципе, понятно. Но, кстати, а не ее ли ради эти самые Рокфеллеры организовали обе мировых бойни?

— Не читайте советских газет натощак, сэр. В схватке с финансистом промышленник — обороняющаяся сторона. Всегда. Финансист — он вершина буржуйской пищевой цепочки. Между прочим, ты не забыл, кто громче всех кричит: «Держи вора!»? То-то и оно…

Да, Рокфеллеры оба раза поддержали тех, кто реально наносил физический удар по голове и сердцу пытающегося подмять их финансового клана — по Сити и Букингемскому дворцу. Но все это лишь очередное подтверждение аксиомы: враг моего врага — мой друг. На самом же деле обе мировых войны были тщательно срежиссированы ротшильдовцами, упорно добивавшимися господства над мировой финансовой системой. И преуспевшими, в итоге. Что и было закреплено юридически в курортном городишке Бреттон-Вудс, в 1944-м. В противном случае, к моменту моего и твоего появления на свет нефть Ближнего востока и Персии уже принадлежала бы наследникам старины Джона. Вся. И без остатка.

С российской стороны в переговорах с Рокфеллерами кроме Столыпина принимали участие князь Хилков и Эммануил Нобель. Никаких письменных документов в ее итоге не появилось. Но обе стороны остались весьма довольными друг другом. Путь к созданию картеля Рокфеллеров и Нобелей, со временем охватившего в качестве поля деятельности весь Азиатско-Тихоокеанский регион, был открыт именно в этот день. Так же, как и дорога к реализации ряда громких инвестпроектов на территории России и сопредельных с нею государств, начиная с металлургического гиганта в Маньчжурии, ряда заводов в Омске, Хабаровске, Тагиле, Иркутске, и заканчивая Трансперсидским трубопроводом и Великим Каналом от Решта до Хоремшехра. Но это лишь вершина айсберга: за скобками остались утилитарные проекты по освоению новых месторождений, постройке нефтеперегонных заводов, верфей в городах на сибирских реках, а также многое, многое другое.

«Стандарт Ойл» приходила в Российскую империю всерьез и надолго. Так родилась «любовь с интересом», проверенная временем и обстоятельствами.

Между прочим, по окончании Великой войны некоторые западные историки долго склоняли на все лады прелюбопытный факт, что ни одна бомба, ни российская, ни германская, ни разу не угодила в сколь-либо значимый объект, владельцем которого был клан Рокфеллеров. Однако, как известно, право писать историю имеют победители. Так что… это была лишь случайность. Счастливая для империи «Стандарт Ойл» случайность. И не более того.

Глава 3

Хотеть не вредно

Литерный экспресс «Порт-Артур — Москва», 23 апреля 1905-го года