— А, вы об этом… — замялся Алексей Петрович.
Я подбадривать его не стала, просто молча сидела и ждала его ответ.
— Моя мама всё время хочет меня женить, — развёл руками он, — как-то зашел очередной разговор, и я сказал, что мне нравится одна женщина. Я имел в виду вас…
Здесь Алексей Петрович сделал театральную паузу, очевидно, чтобы я смущённо зарделась или радостно поохала. Но я охать и рдеть не стала. Всё также продолжала сидеть на лавочке с отстранённым видом и размышлять, как выкрутиться из этой ситуации.
Вариант номер один — просто послать его лесом, я отмела сразу. Это он сейчас говорит, что не хочет меня увольнять. Потому что лелеет надежду познакомить меня с мамой. А когда я категорически откажусь — то не проработаю в ЖЭКе и дня.
Оставался вариант номер два — что-то соврать. И вариант номер три — пойти. Ну, его я отмела сразу. Вот нечего мне больше делать, как только ходить по семейным ужинам и дегустировать рыбу-фиш. Терпеть не могу все эти семейные сходки с незнакомыми людьми.
Поэтому только вариант номер два — нужно что-то соврать? Вот только что? Сказать, что дети болеют? Но это легко можно проверить. Или, может, свалить, что мероприятие у меня в этот день? Но они же могут и перенести семейный ужин на другую дату.
Я опять вздохнула и спросила, просто потому что пауза стала совсем уж неприличной:
— А чем занимается ваша мама?
— Она на пенсии, — вежливо ответил Алексей Петрович.
— Но вы же говорили. Что у вас один отец только? — что-то такое попыталась припомнить я.
— Отец живёт у меня, — пояснил Алексей Петрович.
— А мама?
— Она живёт в пригороде. У неё частный дом.
— А как…
— Они в разводе, — вздохнул Алексей Петрович и махнул рукой, показывая, что эта тема ему неприятна.
— А кем работала ваша мама до пенсии? — спросила я из вежливости, просто, чтобы потянуть время, пока нормальная отмазка не придёт в голову.
— Мама — преподаватель английского языка, — с гордостью сказал Алексей Петрович, — и переводчик. Лучший в Калинове. Она в нашем НИИ в редакции научного журнала десять лет работала и переводила аннотации статей на английский.
— Так когда, вы говорите, планируется ужин? — заинтересовалась я и пояснила. — Я тоже хочу познакомиться с вашей мамой.
Я как раз заканчивала нарезать помидоры на салат к ужину, как в дверь позвонили.
Мельком взглянув на часы, я нахмурилась: Анжелика только что убежала в магазин — у нас внезапно соль закончилась. Деньги она точно взяла, вряд ли это она. На встречу с Ростиславом я вполне нормально успеваю — времени ещё вагон. Тогда кто?
Вздохнув, я отложила нож, вытерла руки кухонным полотенцем и пошла открывать дверь.
К моему изумлению, на пороге стояла… Ивановна. Соседка из квартиры через стенку. После того, как я спасла её от последствий уринотерапии и от алчности её племянницы Райки, нашла ей сиделок из секты, Ивановна относилась ко мне, как к родственнице. В последнее время мы виделись нечасто — меня захлестнули проблемы, а старушке Всеволод выбил путёвку в санаторий.
Очевидно, она как раз вернулась.
— Добрый вечер, — улыбнулась я, — как здоровье у вас?
Но вместо ответа, Ивановна вдруг зло прошипела:
— Квартиру я вам не отдам! Так и передай своим хозяевам! И пусть больше ко мне эти сектанты не ходят! Богохульники!
Выплюнув эти слова, она развернулась и зашагала к себе обратно, а я осталась стоять на пороге, изумлённо комкая фартук в руках.
По дороге в кафе «Нивушка» я всё размышляла. Нет, я не стала бежать вслед за соседкой, чтобы выспросить, почему же так внезапно изменилась её концепция и мировоззрение. Здесь либо кто-то насвистел в уши, либо у неё обострилась деменция.
Меня беспокоил другой вопрос — Всеволод начал выделять меня и давать преференции после того, как устроила, чтобы Ивановна отписала квартиру на секту. Теперь же, если она передумала, что отношение старейшины может измениться. И даже если не изменится (ведь я уже неоднократно доказала свою полезность), то другие члены секты непременно воспользуются этим и начнут мне «отдавать», хотя бы за то, что меня постоянно ставят им в пример.