Никогда не думала, что способна на это, но в душе творилось что-то невероятное, что-то такое, что выворачивало внутренности наизнанку.
— Это она, — выглянула из-за плеча мужчины тетушка Альтина.
— Приветствую вас, Ваше Высочество! — грубым басом сказал тот.
Он слегка наклонил голову и сложил руки на груди. Я с всхлипом расслабилась: начало общения обнадеживало. Тогда поклонилась в ответ, но руки с люльки не убрала.
— Вы поможете мне? — спросила его в лоб.
— Тетушка Альтина рассказала о чудесном ребёнке. Так ли это?
Я посмотрела на сына, но он уже улыбался во весь рот, демонстрируя беленькие зубки, которых стало еще больше, и сучил ручками и ножками, раскачивая люльку. Но на этот раз она стояла на земляном полу и не кружилась.
И вот малыш засмеялся в голос, и будто невидимые колокольчики зазвенели в воздухе. Этот тоненький звон завораживал, лишал воли. Хотелось бесконечно слушать его и наслаждаться.
Тут звон изменил тональность, завибрировал на высокой ноте, шурупом ввинтился в мозг.
— Слушаю и повинуюсь приказу! — вскричал мужчина и попятился к выходу.
Миг — и в комнате опять стало пусто и тихо.
— Как думаете, Ваше Высочество, он нам поможет? — шепотом, стараясь не потревожить моего ребенка, спросила Фиса.
Мне даже показалось, что она побаивается юного принца, способного во младенчестве совершать такие магические чудеса.
— Уверена, — я покосилась на люльку и продолжила: — Правда, волнуюсь: а вдруг гонца перехватят! Или староста отправит посланника в замок к принцу Денвею. Что мы тогда с тобой делать будем?
— Н-не знаю.
Фиса скривила губы, словно вот-вот заплачет, я обняла ее, прижала к груди. Слушала, как колотится ее сердце, и молилась, чтобы задуманное свершилась с плюсом для нас.
— Пойдем, прогуляемся?
— А как же маленький господин?
— Посмотри на него. Он сладко спит.
В люльку сынишка уже не помещался, и я положила его на свое ложе. Фиса свернула одеяло, подоткнула под спинку малышу. Теперь можно было и выдохнуть.
Кто был хозяин дома, живет ли еще кто-то в нем, я так и не поинтересовалась, а теперь решила осмотреться. Всегда нужно планировать пути к отступлению, раз застряла в таком сложном и опасном мире.
Мы вышли из комнаты и остановились, оказавшись в просторном холле. Здесь пахло сушеными травами. Я присмотрелась и сразу увидела, что одна стена закрыта плотной шторой. А за ней мы нашли длинные полки, уставленные мешочками и ящичками.
Я пропустила пальцы свозь одну порубленную смесь, потом сквозь вторую.
— Лучше не трогай.
Я чуть не подпрыгнула от скрипучего голоса за спиной. Обернулась: в холле стояла та старушка, которая наткнулась на нас на склоне горы.
— Простите. Это ваше хозяйство.
— Мое. Но здесь не только лекарства, но и яды. Ты принимала их с детства?
— Н-нет, — растерялась я.
— То-то же! Никогда не трогай вещи, тебе незнакомые.
— Ай, что это? — неожиданно взвизгнула Фиса.