Публика одобряет юмор дочери премьер-министра. Та выдерживает паузу, чтобы закрепить произведенный эффект.
– Мой отец принадлежит к партии лейбористов, но я всегда считала это этикеткой без реального смысла. Противопоставления «консерваторы – лейбористы» не существует, просто одни играют белыми, другие черными. Часто они меняются местами. Не надо быть наивными. Все политики кончали одни и те же престижные факультеты, все они – выходцы из семей крупной буржуазии, никогда ни в чем не испытывали недостатка, просто в какой-то момент сказали себе: «Я скорее взойду на вершину по северному – или по южному – склону». Кто-то принадлежит к партии консерваторов, кто-то – к партии лейбористов. Но это одни и те же альпинисты, стремящиеся к власти, и одна и та же вершина. Еще одна аналогия с шахматами: всегда есть два политических направления. Одни ставят на рабочих, то есть на пешки, другие – на хозяев, то есть на ладьи[6].
Снова смех в зале.
– Даже в партии моего отца есть разделение между теми, кто считает, что надо вкладывать больше денег в народ, и теми, кто склонен отдавать предпочтение промышленникам, создающим рабочие места.
В зале оживление.
– И все же я считаю, что самая сильная фигура – ферзь. И последнее, что я бы хотела здесь сказать, это… – И она выкрикивает: – GOD SAVE THE QUEEN. Боже, храни королеву!
Некоторые затягивают британский гимн, но таких немного. В зале разброд, поэтому приходится вмешаться президенту британской федерации.
– Благодарю за речь, дорогая Маргарет, – пискляво говорит он. – Не сомневайтесь, когда вы решите заняться политикой, мы вас поддержим. А теперь – вручение призов трем победительницам.
Принимая из рук организатора турнира бронзовый кубок, Моника уже думает о том, где водрузит его в своей квартирке.
Джессика не скрывает гордости за дочь, не вырвавшую победу, но все равно добравшуюся до пьедестала победителей.
– Ты гений! – говорит она ей. – Ни секунды не жалею, что приехала и нахожусь здесь.
– Спасибо, мама. Я бы предпочла, конечно, золотой кубок, но эта русская слишком сильна.
– Мне понравилась твоя победа над австралийкой, ты играла очень оригинально.
– Часто решение состоит в том, чтобы пожертвовать фигуры, это открывает дорогу.
– Я была уверена, что она у тебя выиграет, как тогда в Рейкьявике, – сознается Джессика.
– Сила ума в том, чтобы не совершать дважды одну и ту же ошибку. Или найти решение, не найденное в первый раз.
– Очень надеюсь, что эта победа побудит тебя вернуться за шахматную доску. Вижу, у тебя настоящий талант.
Еще не стихли аплодисменты, когда к организатору подходит человек в форме полицейского и что-то шепчет ему на ухо. Тот с недоуменным видом направляется к дочери премьера и что-то ей говорит. Выражение лица Маргарет Джей Каллаган резко меняется. Бросив последний раз взгляд в зал, она хватает сумочку и торопится к двери.
– В чем дело? – удивляется Моника.
– Какие-то семейные проблемы, – предполагает ее мать.
У организатора чрезвычайно встревоженный вид. Посовещавшись со своим окружением он, сбиваясь, говорит в микрофон:
– Леди и джентльмены, прошу вас сохранять спокойствие.
Этим он внушает всем беспокойство. Нет лучше способа породить тревогу, чем попросить спокойствия.
– Мы думаем… – лепечет он. – Наверное, это розыгрыш, но лучше поберечься, рисковать ни к чему…
Волнение в зале возрастает в разы.
Президенту шахматной федерации становится все труднее говорить связно.
– Мы получили предупреждение о подложенной бомбе.
Поднимается оглушительный крик.
– Сообщение якобы исходит от ИРА. Поскольку среди нас находится – вернее, находилась – дочь премьер-министра, мы вынуждены принять эту угрозу всерьез. Прошу всех организованно покинуть зал.
Появляются полицейские, чтобы помочь эвакуации, но это не предотвращает всеобщей паники. Люди толкаются, чтобы побыстрее добраться до единственного выхода из зала.
[6] По-английски шахматная ладья – rook. Это же слово означает «обманщик», «плут», «аферист». – Прим. пер.