— Откуда взялась вся эта кровь? — прошептал Джим.
Зайдя мне за спину, он обошёл Джорджа. И застыл. Тусклый лучик света пошёл вниз между ног. Джим испустил ужасный стон, нетвёрдой походкой отошёл в сторону и сблевал.
Я направил луч Джорджу в пах.
И узнал, откуда шла кровь.
Кровь до сих пор капала из свежей щели на том самом месте, где должен был быть его «болт».
Я оцепенел и закачался. Пришла мысль, что я могу грохнуться в обморок, и я понадеялся, что не свалюсь на него. Потом меня кто-то схватил за руку. Я завизжал. Но это оказался всего лишь Джим.
Я зарыдал:
— Смотри, что мы наделали.
— Мы ничего не делали.
— Ему писюн отрезали, — всхлипнул я.
— Нет.
— Отрезали! Смотри! Ты что, не видел? — я посветил на окровавленное отверстие.
— Никто ему ничего не отрезал, идиот. У него там и отрезать нечего. Джордж — девчонка. Никто ничего не отрезал. Её трахнули.
— Что?
— Она — девчонка. Джорджина, или что-то такое.
— О, Боже!
— Не знаю, зачем она шпионила за Джоан, но…
Я вздрогнул так, что аж все кости затрещали. Джим подскочил и закричал. Потом мы посветили Джордж на лицо. Её глаза были открыты. Один открыт — второй заплыл.
Она приподнялась на локтях.
— За вами, мальчики, — сказала он. — Это я за вами шпионила. За вами двоими, а не за девочками.
— Ты… ты жива!
— Ага.
— А чего притворялась мёртвой? — сердито спросил Джим.
— Хотела послушать, что вы скажете.
— Блядь!
— Рад, что ты жива, — сказал я.
Я протёр глаза краем рубашки, но никак не мог перестать плакать. Я плюхнулся на колени перед ней и положил руку на плечо.
— Всё хорошо, — сказала она.
— Нет! Боже, прости меня! Если бы мы знали…
— Больно? — спросил Джим.