— Да, — присоединился Джим. — Ты шпионил за моей сестрой, грязный извращенец!
— За кем ты ещё шпионил?
— Ни… ни за кем!
— Не верю, — сказал Джим.
— Да, — сказал я. — И ты думал, что пойдёшь с нами, и там ещё на Синди будешь пялиться!
Джим слез с него, схватил за ноги и потянул, пока икры не прижались к бёдрам. Разобравшись с руками, я обмотал верёвкой его лодыжки, натянул её и связал ноги.
К тому времени, как я закончил, Джордж орал во всю глотку.
— Лучше прекрати, — пригрозил Джим. — Тебя могут услышать.
— И прийти за тобой, — добавил я.
— П-п-п… Пожалуйста!
— Я бы на твоём месте вёл себя очень тихо, — сказал Джим.
— Теперь, — сказал я, — не думай с нами связываться.
Мы отошли. Джим выключил фонарь Джорджа и взял бутылку вина и пару упаковок «Твинки» из пакета. Я выкрутил пробку со штопора и положил нож на землю в паре футов от Джорджа. После чего поднял свой фонарик и сунул в карман.
— Если ты будешь здесь, когда мы вернёмся, — сказал я, — мы тебя развяжем.
— Если вернёмся, — добавил Джим.
И мы поспешили прочь. Джордж кричал всякое вроде «Пожалуйста!», «Не бросайте меня!» и «Вернитесь!». Но прекратил, когда мы поднимались по склону.
— Сюда, — сказал Джордж, когда мы шли по мосту, и предложил мне «Твинки».
Я покачал головой.
— Не надо мне от него ничего. Мы же его обманули, понимаешь?
Джо ухмыльнулся.
— Хорошенько обработали.
— Может, вернёмся и отпустим?
— Сдурел? Мы и так вон сколько времени потратили. К тому же, этот дебил всё равно может захотеть с нами пойти. Подумает, что мы пошутили, или ещё что-нибудь, и придётся начинать всё сначала.
— Да, ты прав.
— Ещё он, наверное, за пять минут развяжется и убежит.
— Не знаю. Я его хорошо связывал.
— Ну ладно, пусть десять. Даже не думай его жалеть. Сам напрашивался, вот и получил.
— Точно. Может, будет теперь держаться от нас подальше.
— И от наших окон. Если я увижу, что он шпионит за мамой или Джоан, он поймёт, что сегодня легко отделался, — сказал он с набитым ртом.
Смотря на него, я почти чувствовал этот вкус. Скоро я сказал: