Сто имён одной воровки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Кое-что всё-таки можно сделать, — словно бы тщательно подбирая слова, сказала Лаккия, — алхимия здесь бессильна, а вот магия… Знаю я, что некоторые чародеи умеют делать такие зеркала, в которых своё прошлое увидеть можно.

— Я только про зеркала желаний слышала.

— Нет, то другое. Вроде бы, те зеркала из человека могут любой момент его жизни вытянуть, вплоть до самого рождения. Правда, мой университетский приятель-чародей рассказывал, что больше всего их заказывают богатенькие старцы, желающие на исходе лет раз за разом переживать самые волнующие приключения юности. Если что тебе и поможет, так только такое зеркальце.

Мия осторожно подула на горячий чай и сделала маленький глоток. Нёбо слегка обожгло, зато неприятный привкус во рту наконец-то пропал. При упоминании о чародеях она скривилась, словно разжевала лимонную дольку. Вот уж точно с кем она никогда больше не хотела иметь никаких дел, так это поганые колдуны. Мия непроизвольно потянулась к груди, нащупала под корсажем амулет и сжала его. Но всё-таки, если только магия может ей помочь… Желание узнать, что скрывалось в её прошлом, разогнать тьму в этой пещере и взглянуть в глаза притаившемуся там хищнику, становилось всё сильнее, разрасталось подобно лесному пожару.

— Может, обратиться к твоей Саффи? — спросила она и сделала ещё один глоток. Пальцами она поглаживала острые грани бронзовой оплётки амулета. Её это безотчётно успокаивало.

— Нет, Саффи не умеет. Ворон рассказывал, что это очень трудоёмкая магия и мало кто из чародеев ею владеет. Дай-ка подумать… Кажется, мэтр Яррендиль умеет, но он ещё в мою бытность в Мидделее был со странностями, и не думаю, что время пошло на пользу его рассудку. Ещё эта… Как её… Не помню, но я, если честно, не уверена, что она жива, ей наверно уже лет сто, если не больше.

Мия мелкими глотками пила чай, от которого по телу разливалось приятное тепло, и слушала, как подруга вспоминает то одного чародея, то другого. С каждым произнесённым именем её порыв всё больше угасал. Кажется, ни один из ныне живущих чародеев, из тех, кто не погрузился в старческое слабоумие и не уехал из Тарсии в поисках лучшей доли, эти клятые зеркала делать не умел! Тут Лаккия вдруг хлопнула себя по лбу и весело рассмеялась:

— Мими, вот я дура! Так Ворон же может! Он мне сам рассказывал. Я ему напишу, он, кстати, пару лет как поближе к Портамеру перебрался. Правда, мы с университета почти и не общались… Но поверь, он мне не откажет.

— Что за Ворон?

— Так приятель мой университетский, я тебе разве о нём не рассказывала? Гиллеар его зовут, мы вместе… Ты в порядке? Поперхнулась, что ли?

— Не в то горло попало… — пытаясь откашляться, просипела Мия.

Расплескавшийся чай намочил одеяло, и Мия отставила кружку на прикроватный столик, чтобы ещё больше не облиться. Руки её дрожали. Она уставилась на подругу, не в силах поверить в то, что только что услышала. Лаки что, и впрямь знает эту тварь? Более того, они ещё и друзья? Пожалуй, земля ушла бы у неё из-под ног, если бы только Мия не сидела на кровати.

— Так вот, мы все вместе учились, я, Саффи, Гиллеар и его невеста…

— Невеста? — почти выкрикнула Мия и закашлялась ещё сильнее.

Ей показалось, что глаза её сейчас из орбит вылезут. Невеста? Серьёзно, то есть этот урод ещё и женат? И трахал её на супружеском ложе? Чай настойчиво попросился обратно, и Мия еле смогла сдержать рвотные позывы.

— Да, подруга Саффи. Её звали… — Лаккия задумалась, нахмурила брови, а потом растерянно улыбнулась, — знаешь, а я и не помню уже. Кажется, Мелисса или как-то так. Мы звали её просто Мэл. Она… умерла, я, правда, так и не поняла, что тогда случилось. Я же в университете всего год училась и то только вольнослушательницей была. А потом в Лорнар уехала на стажировку к другу отца, а они остались продолжать учёбу. Тогда-то и… Саффи мне никогда не рассказывала, что именно произошло.

— Так он её и убил, — злобно сказала Мия, — ещё и имячко какое поганое, в самый раз для душегуба.

— Кто, Ворон-то? Я тебя умоляю, Мими. Да, он смурной вечно был и угрюмый, и выглядел всегда так, словно у нас у всех свадьба, а у него одного похороны. Но при мне и мухи не обидел.

Да, мухи может не обидел, а её вот смог… Да и понятно, какие там мухи в этом Мидделее вокруг него вились, все сплошь чародейки да благородные девицы. Куда уж ей до них, уличной девке из порта, у которой за душой пара портков да долг перед Гильдией в три сотни золотых, её-то можно насиловать, она не… Ядовитая горечь обиды разлилась по венам, а на глаза выступили слёзы. Мия вцепилась в амулет так сильно, что его бронзовая оправа до боли впилась в ладонь. Хотелось перебить Лаки, всё щебетавшую о чудесных годах учёбы, хотелось выкрикнуть, что никакой он не Ворон, а самый настоящий мудак и заслуживает только того, чтобы ему голову и ещё какие части тела оторвали.

— Мы как-то на пикник отправились, на водопады. Мы-то с Саффи в мужское обрядились, чтоб удобней было, а Мэл, как добропорядочная благородная девица, в платье да туфлях… Туда-то она дошла и даже не жаловалась, а вот обратно её весь путь Ворон на руках нёс, а там идти немало. Он её, Саффи её туфли, а Мэл всю дорогу плакала, что у неё ножки болят и её муравьи покусали. Она вся такая была… Словно из зефира слеплена. Поверь, Гиллеар в ней души не чаял.

Мия не ответила, но ни на секунду подруге не поверила. Может, он просто хорошо скрывался. Никто не подозревал, а он по ночам в этом Мидделее припозднившихся девиц насиловал, а потом душил. И Мэл эту потом прикончил, когда она о том пронюхала. И мужики те не зря сказывали, что он едва ли не всех деревенских девиц в округе оприходовал. Мерзкий кривомордый урод!

— Я ему напишу, и он тебе поможет, — Лаккия опять подсела на кровать и взяла Мию за руку, — я и сама буду рада его увидеть, после стольких лет. Поверь, Мими, он тебе понравится. Он добрый и отзывчивый человек, хоть на первый взгляд так и не скажешь.

Ах вот, как это называется, когда связывают и насилуют всю ночь напролёт! Доброта и отзывчивость! Мие захотелось плюнуть, причем лучше всего прицельно в кривую чародейскую морду, хотя, по правде, видеть её больше никогда в жизни не хотелось. Если только…

— Нет, Лаки, не стоит, — Мия положила ладонь поверху на руку подруги и постаралась вложить в свои слова всю силу убеждения, — не сейчас. Может, мне, и правда, не нужно того знать.

— Ладно, как скажешь. А сейчас давай-ка поспи, проснёшься — легче станет.

Да, видеть чародея не было никакого желания. Ну если только валяющимся у неё в ногах, в крови, дерьме и соплях, и молящим о пощаде. Мия на секунду прикрыла веки. От некоторых картин, пронёсшихся перед глазами, сладко потянуло в груди. И тут в её голове, пока что медленно и зыбко, но с каждой секундой всё яснее и определённее, начал зарождаться план. Она открыла глаза, поднесла к лицу амулет и стала присматриваться к вспыхивавшим в его глубине искоркам, словно пытаясь найти в них ответ или поддержку.

— Лаки-и-и, — протянула она, — я совсем забыла. Можешь мне кое в чём помочь?

— Конечно, в чём именно? — уже подошедшая к двери Лаккия обернулась.

Очень хотелось сказать, что помощь Мие нужна в том, чтобы отомстить этому подлецу, который смог и её дорогой Лаки так голову задурить, что она ни секунды в его благонравии не усомнилась.

Но она сдержалась.