Я ничего не говорю, поворачиваюсь спиной и иду на кухню, ставя грязные тарелки у раковины. Как она могла быть такой циничной? Я знаю, у меня были сомнения на наш счет с самого начала, но мы зашли так далеко. Зак — это всё, чего я хочу, но почему она этого не видит?
— Луна. Мне жаль. Я знаю, это не то, что ты хочешь услышать, но я просто пытаюсь защитить тебя как твоя мама.
Я возвращаюсь в гостиную и вижу, что она снова переключает каналы.
— Я просто думаю, что кто — то вроде Люка мог бы лучше подойти тебе. Кто — то, кто больше подходит тебе и твоей жизни.
— Зак не такой.
Мама смотрит на меня с сомнением на лице.
— Они все такие, милая.
Моё разочарование выплескивается наружу. Я понимаю. Папа причинил ей боль. И у неё было больше неудачных отношений, чем у большинства, но очернять мужчину, которого я люблю, даже не дав ему шанса — это больно, особенно, когда это делает моя собственная мама.
— Мне пора домой. В следующий раз купи продукты сама, — огрызаюсь я и, бросив всё, что делала, направляюсь к двери.
— Луна! — кричит мне вслед мама, но я устала.
За последние несколько дней она зашла слишком далеко. Чувство вины из — за того, что я не вернулась из Сиэтла, а теперь еще и цинизм из — за Зака. Я зла, и мне нужно уйти, прежде чем я скажу что — то, о чем действительно пожалею.
Она зовет меня ещё раз, прежде чем я захлопываю дверь и направляюсь к своей машине. У меня куча школьных заданий, которые нужно выполнить, но вместо того, чтобы ехать обратно к себе домой, я направляюсь в пляжный домик. Может быть, безмятежность предложит мне побег, в котором я нуждаюсь. Находясь там, я чувствую себя ближе к своему парню, и даже спустя четыре месяца с тех пор, как он ушел, я нахожу небольшие следы его присутствия тут и там. Он оставил флакон своего одеколона на бортике в ванной, и я задаюсь вопросом, было ли это сделано намеренно. В любом случае, это заменила мой обычный лавандовый спрей.
Вытаскивая свои тяжелые школьные сумки из машины, я поднимаюсь на крыльцо и тянусь за ключом, когда из умного дверного звонка раздается очень знакомый голос, и я чуть не падаю вниз по лестнице в шоке.
— Привет, детка.
Я всматриваюсь в камеру.
— Ты шпионишь за мной?
— Да.
Я смеюсь и вставляю ключ в замок.
— Эй, подожди.
— Хммм?
В чем дело? — голос Зака срывается.
— Я…я в порядке.
Мгновение спустя в моей сумке начинает звонить телефон, и я бросаю всё в коридоре, чтобы достать его.
— Привет. Честно, я в порядке.
— Ракета, не лги мне. У тебя опухшие и красные глаза. Скажи мне, кто тебя расстроил?
Я захожу на кухню, кладу ключи на столешницу, а затем направляюсь к раздвижным дверям, выходящим на веранду. Солнце село, дует свежий ветерок, и на дворе декабрь.
— Просто мама кое — что сказала, — я поджимаю губы, чтобы сдержать любое проявление эмоций.
— Не делай вид, что это ничего не значит, — выдыхает он в трубку.
— Эй, разве у тебя сегодня вечером нет игры?
— Нет ничего важнее тебя.