Вскрикнув, она отшатнулась с пути, и всем весом — головой вперед — Эллиот полетел в провал окна. Тело ударилось поясницей о подоконник, торс канул в ночь, увлекая за собой ноги. Пластик мелькнул белым пятном в темноте и исчез.
Я остался на месте, Кэт же осторожно выглянула. Мне этого не требовалось — я слышал, как он рухнул оземь. Звук был мягкий, до омерзения влажный. И что мне не понравилось — следом раздался еще какой-то щелкающий хруст, будто раскололся кокос.
Кэт столкнулась со мной взглядом и усмехнулась.
— Сработало, — провозгласила она.
10
Пока я караулил Эллиота у дорожки, Кэт передислоцировала машину с учетом нового положения свертка с телом. Сделала она это тихо, без включенных фар. Увы, с габаритными огнями ничего поделать было нельзя.
Я следил за улицей. Выжидал, что в любой момент из-за поворота появится патрульная машина, или какой-нибудь собаколюб из местных вывел прогуляться своего старого облезлого Ворчуна. А большой и неопрятный кокон у моих ног вызвал бы подозрения у кого угодно, появись он сейчас неподалеку. Как минимум из-за того, что кокон имел отчетливые очертания человека, а пластиковый покров был весь в крови. В спальне Кэт я приложил много усилий к тому, чтобы все выглядело прилично, но удар о бетон отправил все мои усилия коту под хвост. Кое-где — пускай несильно, — пластик потрескался. И из трещин текло.
И, в те несколько мгновений, что ушли на подъезд к нам Кэт, кокон был очень хорошо освещен. В дополнение к габаритным огням вспыхнули стоп-сигнальные, бросив красные блики. Я представил себе, как буду объяснять полиции, случись той застать нас, наличие старательно увязанного трупа в двух шагах от себя: нет, офицер, вы все не так поняли; парня мы, конечно же, убили, но он же был вампир, а вампирам ведь вроде как не предоставляются гражданские права?
Автомобиль погрузился в темноту.
Пока Кэт выбиралась из салона, я продолжал внимательно следить за улицей.
Распахнулась пасть багажника.
— Давай его сюда, — прошептала она.
Мы уже не пытались тягать его за два конца — этот метод, уже опробованный в доме, действенным себя не зарекомендовал. Вместо этого мы оба разом ухватил его за плечи и усадили.
— Чего это он такой скользкий? — все так же шепотом спросила Кэт.
— Он слегка повредился, когда о землю шмякнулся.
— Хочешь сказать, это кровь?
— Возможно.
— Здорово, — пробормотала она. — Клади его обратно.
Мы отпустили Эллиота.
— Может, мне попробовать его заново упаковать? — спросил я.
Кэт издала горлом звук, похожий на рычание.
— Да это кучу времени у нас отнимет… и вся эта упаковка явно не так уж хороша.
Может, просто не стоило бросать с высоты второго этажа.
— Жди здесь, — заявила она. — Я пойду, добуду брезент. И смотри не запачкай кровью одежду. — Видимо, демонстрируя мне, что значит — быть по-настоящему осторожным, она, вытянув руки перед собой и аккуратно вышагивая, скрылась где-то за машиной.
Дальше она продвигалась вдоль стороны дома, и я понял, что цель ее — гараж.
Мы с Эллиотом остались наедине.
Ненадолго — так что вряд ли что-то стрясется в ее отсутствие.
Зря я так подумал: где-то в отдалении возник шум двигателя. Доносясь поначалу слабо, он становился все громче и громче.
— Вот дерьмо, — пробормотал я.
Свет медленно пополз вверх по улице.