Потом промчались одиннадцать мотоциклов с колясками - немцы были в пилотках, без касок, ехали спокойно, по сторонам не глядели. Больше никого они на дороге не увидели.
Лёшка плохо помнил, как они добрались до стога на лесной поляне, как забрались в него. Он уснул сразу.
Сергея беспокоил Матвей. С самого начала видно было его нежелание выполнить приказ командира и вести их в Сотников бор. Однако он вёл. Но чем больше становилось расстояние между командиром и Матвеем, тем, конечно, сомнительней делалась сила приказа. И Сергей внимательно следил за Матвеем.
Тот вывел их из леса на приречную луговину, опустился на траву и сказал, мотнув головой: - Пришли.
Впереди темнел лесной остров, а за ним тянулся по горизонту сплошной лес.
- Сотников бор, что ли? - спросил Сергей. - Ну.
Сергей представил себе карту этого места, он её помнил до мельчайших подробностей.
- А Веригово в какой стороне? - спросил он. Матвей показал правильно.
- А Кропшино, значит, туда? - Сергей для проверки показал совсем в другую сторону.
- Не. Во-он, от бора влево, и там трактом километров пять будет.
Всё правильно, Матвей не обманывал. Перед ними был Сотников бор.
- Ну, спасибо тебе, - Сергей протянул Матвею руку, тот поглядел на неё и вяло пожал. - Тебе далеко, до базы идти?
Матвей вдруг вскочил и взмахнул руками.
- Три дня топать! Понял ты? Три дня! Да по открытому, да два моста! Мосты я как перейду? По воздуху? С этим… Он пнул ногой свою винтовку, отвернулся и шумно выдохнул воздух.
- А ты чего в партизаны пошёл? - резко сказал Сергей. - Руками махать? Наше дело одно - приказы выполнять. Или не так?
- Да так! Что я, не понимаю? Но на мостах-то полицаи стоят, вот чего.
- Лодку ищи. Ночью - на бревне… Не мне тебя учить.
- Ладно, - Матвей опустил голову, - чего плакать заране. Пойду. Он закинул винтовку за спину, и Сергей тихо сказал:
- Мы ведь тоже не в гости к бабушке.
Матвей вдруг засмеялся, посмотрел на Лёшку и Сергея и покачал головой.
- Да-а… Жили не тужили, а тут… В своих же лесах как волки шастаем. Ну, бывайте. Ни пуха вам.
- К чёрту! И тебе того же.
Они смотрели ему вслед, пока он не скрылся в мелколесье.
До бора дошли засветло. Сергей сориентировался: от юго-восточной оконечности бора, от того места, где тихая речушка делает изгиб, в полутора километрах в направлении на северо-запад должна быть просека. Столб, отмечающий угол восьмого лесного квартала, - главный ориентир.
Места были пустынные, за весь день они никого не встретили, видели только трёх женщин, косивших на том берегу. Вышли на просеку. Лёшка еле шёл. Он уже не пытался скрывать, насколько устал. Но до землянки Потапа оставались какие-то сотни метров, и Сергей не останавливался. Через полчаса они улягутся на лапнике, и будет горячая еда, отдых, сон. И связь с Центром. Надо сообщить о неудачной высадке и о том, что до места всё же добрались.
Столбик с номером 8 нашли неожиданно легко - на нём был свежий затёс, заметный издали. Сергей усадил Лёшку под разлапистую ель и наказал никуда не двигаться. А сам, определив направление, быстро пошёл в глубь леса. Через каждые двадцать шагов он покрикивал сойкой. Крик этот громкий, довольно противный, но вполне обычный в таком лесу. Условного ответа не было. Землянка надёжно замаскирована, но охранение у них должно быть постоянное, а если группа куда-нибудь переместилась, то кого-то должны оставить. О вылете им сообщили, они ждут. Сергей остановился и снова прокричал сойкой. Тишина, только вершины елей шумят под ветром. Сергей стоял, наклонив голову, и слушал. В хвое под ногами блеснуло что-то. Он нагнулся. Гильза! Ещё и ещё! Целая россыпь. Немецкие автоматные гильзы. "Всё! Засада!" - подумал он. Он стоял нагнувшись и ждал, что сейчас из-за деревьев раздастся короткий окрик… Или просто очередь? Нет, будут брать живым. А Лёшка?! Сергей медленно разогнулся и посмотрел по сторонам. Потом сделал шаг вперёд. Перед ним была небольшая прогалина, заросшая по краю орешником. Он вгляделся. Перебитые ветки, сбитые на землю зелёные листья. Стреляли туда. А теперь притаились и ждут? Вряд ли. А, была не была!
Сергей вышел на прогалину, и ему открылся развороченный взрывом лаз в землянку. Он опустился на колени, заглянул вниз и спрыгнул в яму. Потолок частично обрушился, засыпав нары. Грубо сколоченный столик иссечён осколками. На нём, верно, стояла рация. Обрывки бумаги, смятый котелок…
Сергей представил Мишу Панова, как он сидит на этих нарах и ест из котелка кашу. Спокойный, добродушный парень и верный товарищ - Миша Панов по кличке Потап. С шорохом осыпалась земля, поползла ручейком. Да, произошло это совсем недавно, может быть, сегодня утром. Третьего дня Потап выходил на связь - всё было в порядке.
Сергей ещё раз осмотрелся. В дальнем углу он увидел автомат ППШ с исковерканной ложей. Вытащил диск, открыл его. Не больше десятка патронов оставалось там. Значит, отстреливались, значит, у них было время оставить для него сообщение о самом важном. Например, где взрывчатка. Если бы они хранили её здесь, после взрыва гранаты от этого места вообще ничего бы не осталось. Взрывчатка спрятана где-нибудь в лесу.