Мне нужно выяснить, кто моя пара, какой бы отвратительной ни была эта мысль.
Я не хочу этого делать. Но если я откажусь от чипа, последствия могут быть намного хуже.
Я должна сделать это ради своей собственной безопасности.
Тем не менее, я рыдаю всю обратную дорогу до нашей дерьмовой квартиры.
Остановившись у старой двери с облупившейся белой краской, я колеблюсь, прежде чем осторожно повернуть ручку. Как и предполагалось, она легко открывается.
Моя мать никогда не запирала дверь. К счастью, у нас не было ничего достаточно ценного, чтобы его можно было украсть.
Когда я открываю дверь, кажется, что я никуда и не уходила.
Окурки валяются на каждой поверхности. На полу разбросана одежда. Обертки от фастфуда лежат на потертом обеденном столе.
Моя мама лежит на диване в грязном халате, ее рот приоткрыт, когда она спит.
Я всегда ненавидела это место, но теперь я могу объяснить, почему.
Я заслуживаю большего, и человек, который должен был заботиться о мне, ужасно подвел меня.
Судя по ее состоянию, ей насрать, что меня не было.
Ее действия или их отсутствие подтверждают правду, которая жалит мою душу.
Моя мать меня не любит.
И это прекрасно, на самом деле. Так и должно быть.
У меня нет выбора.
Я вхожу в свою комнату, и мне хочется кричать.
Эта сука.
Все мои вещи в мешках для мусора, готовы к выбрасыванию.
Я нахожу свою небольшую коллекцию книг, свою любимую толстовку и несколько пар чистого нижнего белья, которые складываю в одну сумку.
Затем я бросаю последний взгляд на свою комнату, запечатлевая ее в памяти.
Это последний раз, когда я нахожусь в этой адской дыре, и спустя годы я смогу оглянуться назад…
— Какого хрена ты здесь делаешь?
Я оборачиваюсь, встречаясь взглядом с сердитыми, налитыми кровью глазами моей матери.
— Не волнуйся, — огрызаюсь я. — Я здесь ненадолго. Просто беру то, что мне нужно, прежде чем ты заложишь еще что-нибудь из моих вещей.
Она скалит на меня зубы. — Ты должна быть с ними! Поэтому они мне до сих пор не заплатили?
Я хмурюсь от ее слов. — Что?
— Я сказала им, в какую больницу ты обратилась! Ты не была здесь почти месяц. Где мои деньги?
Этого не может быть.
— Кто такие они, Шарлотта?