— Ты сможешь сделать это, — грубо говорит он. Я чувствую, как Илай начинает посасывать мой клитор. Моя голова запрокидывается назад от вздоха, мой рот приоткрывается, и Коул мягко толкается внутрь. Я обхватываю губами головку его члена, чувствуя, как он вздрагивает, когда я начинаю слизывать его теплый соленый вкус, постанывая от удовольствия.
Ривен внезапно щиплет меня за соски, сильно дергая их. В то же время Илай проводит языком по моему клитору. Я вскрикиваю, содрогаясь. Дрожь пробегает по моему позвоночнику, пронизывая меня насквозь. Я больше не могу с этим справляться. Я запускаю руки в волосы Илая, закрывая глаза, когда начинаю кончать, каждый мускул в моем теле беспомощно дрожит от освобождения, когда волна за волной удовольствия сотрясает меня.
— Дэйзи?
Я резко просыпаюсь, в поту, с рукой между ног. По моей коже пробегают мурашки. Мне жарко, я дрожу, и низ живота дико ноет. Несколько секунд я пытаюсь осознать, где нахожусь. Я оглядываюсь вокруг с широко раскрытыми глазами, рассматривая деревянные стены, потолочные балки, большой дубовый обеденный стол. В конце концов, мой взгляд останавливается на Илае, и мой желудок переворачивается. Он выглядит так же сексуально, как и в моем сне, в белой футболке, облегающей его бицепсы, и свободных спортивных штанах. Его кудри влажные и прилипли к шее, будто он только что вышел из душа.
Он улыбается мне.
— Ты в порядке, милая? Ты немного ерзала во время сна. Я подумал, что тебе, возможно, снится кошмар.
Я смотрю вниз. Слава Богу, я укрыта одеялом. Я убираю руку от промежности. Черт, я на самом деле мокрая. Я чувствую, как холодная липкость прилипает к моим бедрам.
Я даже не помню, когда в последний раз мне снился сексуальный сон. Не говоря уже о том, чтобы от него я проснулась мокрой. Я сглатываю, незаметно вытирая руку о бедро.
— Нет. Нет, я в порядке.
Он хмурится.
— Ты раскраснелась, детка. Неужели ты простудилась? — Он протягивает руку, и его кончики пальцев касаются моего лба. Я буквально отпрыгиваю назад, сердце бешено колотиться. Я не думаю, что смогу вынести его руки на себе прямо сейчас. Образ его головы между моих бедер заслоняет мое зрение, настолько ярко, что мне приходится сморгнуть его.
Он поднимает руки вверх.
— Прости, прости. Не хотел тебя напугать. — Он указывает большим пальцем за спину, на кухню. — Я готовлю блинчики. Будешь?
Я прочищаю горло.
— Да. Да, блинчики были бы великолепны.
— Отлично. Я их сделаю где-то за десять минут, так что у тебя как раз хватит времени принять душ. Я оставил для тебя полотенце.
— Спасибо, — пищу я, соскальзывая с дивана и ковыляя в сторону ванной. Мой маленький розовый чемодан стоит в коридоре, поэтому я останавливаюсь, чтобы взять чистую одежду, прежде чем закрыть за собой дверь ванной.
Я оглядываюсь вокруг. Я была здесь прошлой ночью, но я была так взволнована, что даже не заметила душ. Он напоминает сауну, стены сделаны из светлых деревянных досок, а в одну из сторон встроена небольшая скамейка. Я нахожу ручку подачи воды и поворачиваю ее, задыхаясь под обжигающе горячими струями. Мощные струи воды обрушиваются на меня, снимая напряжение в моем теле. Я закрываю глаза и просто стою там, наслаждаясь, затем оглядываюсь в поисках чего-нибудь, чем можно было бы помыться. К стене прикреплена маленькая подставка для шампуня, на которой выстроились в ряд три бутылки. Одна черная, одна белая, одна зеленая. Я уверена, что Илай не стал бы возражать, если бы я воспользовалась его гелем, мне просто нужно решить, какая из бутылок является его. Я беру черную и открываю крышку, нюхая ее. Аромат горячий и мускусный, как виски и специи. Я закрываю глаза, вдыхая. Это чертовски вкусно, но, не похоже на запах Илая.
Я пробую белую бутылку. Он пахнет свежестью и чистотой, как простыни и мыло. Вероятно это она. Или зеленая, которая пахнет свежесрубленной сосной. Я стою там почти минуту, держа бутылки и размышляя под горячим потоком воды, прежде чем мне удается встряхнуться.
Боже. Что, черт возьми, со мной не так? Что-то витает в воздухе? На такой высоте меньше кислорода или что-то в этом роде? С какой стати я стою в душе незнакомых мужчин, нюхая гели для душа?
Я выдавливаю немного из черной бутылки, моюсь, затем выхожу и быстро одеваюсь. Когда я возвращаюсь на кухню, заплетая волосы, Илай стоит у плиты с шипящей сковородкой в руках. Сладкий, маслянистый запах блинов ударяет мне в нос, и мой рот сразу же наполняется слюной.
Я заканчиваю завязывать конец своей косы.
— Могу я помочь? Может я могу накрыть стол или что-то в этом роде?
— Не волнуйся об этом, детка. Просто сядь. — Он бросает на меня косой взгляд. — Как ты себя чувствуешь?
Я потираю затекшую шею сзади.
— Хорошо.
— Все еще болит? — Он одаривает меня ухмылкой. — Если ты собираешься лгать, тебе следует научиться делать это лучше. У нас большой опыт общения с Коулом. Однажды парня укусил лось, и он рассказал нам об этом только два дня спустя, когда буквально начал умирать от заражения крови.
Я пожимаю плечами.
— Немного неприятно, — признаю я.
Он слизывает немного теста со своего большого пальца.