История Рима: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

По-видимому, Сатурнин начал с законопроекта, который понижал цены на хлеб, продаваемый из государственных складов. В то время как по закону Г. Гракха эта цена была установлена в 6 1/3 асса за модий, Сатурнин предлагал снизить ее до 5/6 асса, что фактически означало почти бесплатную раздачу хлеба. Рогация Сатурнина встретила жестокое сопротивление: на нее было наложено трибунское вето, а когда Сатурнин решил не считаться с этим, народное собрание было силой разогнано оптиматами. Возможно, что хлебный закон в этом году вообще провести не удалось.

Второй закон Сатурнина (аграрный) наделял ветеранов Мария по югуртинской войне крупными участками земли (по 100 югеров) в Африке. Когда при голосовании этого закона один из трибунов попытался прибегнуть к интерцессии, его камнями заставили бежать из собрания. Аграрный закон прошел.

Вероятно, в 103 г. был проведен и знаменитый закон Сатурнина «об оскорблении величия римского народа» (lex Appuleia de maiestate). Этот закон давал в руки демократии очень сильное оружие для борьбы с оптиматами. На основании его можно было предать суду по обвинению в любом проступке, который наносил ущерб интересам народа: проигранное сражение, враждебный акт по отношению к народному собранию или к представителям народа и т. д., — все это при желании могло быть подведено под действие грозного закона.

При поддержке Сатурнина, как было сказано выше, Марий получил свое четвертое консульство на 102 г. Так наметился союз между популярами и знаменитым полководцем. Однако этот союз окончательно оформился только в 101 г., после возвращения Мария в Рим. Союз был выгоден обеим сторонам: популярам было важно иметь поддержку победоносного вождя и его армии, а Марий хотел использовать демократическую партию, чтобы с ее помощью наградить всех своих ветеранов. Но это являлось только ближайшей целью. Планы Мария, вероятно, шли гораздо дальше: в качестве победоносного полководца (imperator) он стремился к захвату военной диктатуры. Но условия для этого еще не созрели, да и личные качества Мария мало подходили для той исторической роли, которую сыграют впоследствии Сулла и Цезарь.

Итак, в 101 г. Марий, Сатурнин и Главция заключили блок на следующем условии: на 100 г. добиваться выборов Мария консулом (шестой раз!), Сатурнина — второй раз народным трибуном и Главции — претором. Несмотря на отчаянное сопротивление оптиматов, все трое были выбраны голосами (точнее — кулаками) ветеранов Мария. Во время выборов разыгрывались сцены самого дикого насилия. Авл Нунний, один из кандидатов в народные трибуны, поддерживаемый оптиматами, был убит толпой народа.

Очутившись у власти, союзники принялись за осуществление своей программы. Основным пунктом ее был второй аграрный закон Сатурнина. Он предполагал наделение землей ветеранов Мария, прослуживших в войске 7 лет (т. е. с момента африканского похода 107 г.). Наделы, как и в первом законе, достигали 100 югеров. Места для колоний отводились исключительно в провинциях, между прочим — в Транзальпинской Галлии, которую, собственно говоря, нужно было еще завоевать. Весьма существенным моментом аграрного закона являлось то, что наделы должны были получать не только римские граждане, но и италики, большое число которых служило в армии Мария. Тем самым им давались права римского гражданства, так как новые колонии предполагалось организовать как гражданские колонии (в крайнем случае — как колонии с латинским правом). Руководство всей этой сложной колонизационной деятельностью возлагалось на Мария. Если бы этот план прошел, Марий получил бы в свои руки огромные полномочия, делавшие его фактически диктатором на неопределенное время.

Связь второго аграрного закона с гракховым законодательством состояла в том, что он объединял в одно целое два важных пункта программы Гая Гракха: внеиталийскую колонизацию и наделение правами гражданства италиков. Но было и существенное отличие, которое станет нормой к концу гражданских войн: если по гракховым законам землю получали неимущие граждане в силу своей принадлежности к гражданскому коллективу, то теперь участки давались солдатам в качестве награды за службу.

В законе содержалась одна интересная оговорка: сенаторы в течение 5 дней после его принятия должны были принести присягу в том, что они будут его соблюдать. Неприсягнувшие подлежали удалению из сената и большому штрафу.

Вокруг законопроекта началась страстная борьба. Противниками его выступили не только оптиматы, но и всадники, испуганные теми приемами борьбы, к которым прибегали Марий и его союзники. Даже римский плебс отказался поддержать аграрный закон, так как народ, как всегда, был против наделения землей италиков и их уравнения в правах. В народном собрании снова разыгрывались бурные сцены. Трибуны наложили на законопроект вето, должностные лица ссылались на неблагоприятные знамения. Но популяры ни с чем не считались. К дню голосования в город собрались толпы ветеранов Мария и италиков. Закон прошел под их давлением. Сенат был вынужден подчиниться, и почти все сенаторы принесли требуемую присягу, правда, со странной оговоркой, предложенной Марием: повиноваться закону, если он действительно имеет обязательную силу. Только один Метелл Нумидийский отказался присягнуть новому закону, за что был вынужден покинуть пределы Италии.

Однако от принятия аграрного закона до его реализации было еще далеко. Все гражданство оказалось в оппозиции, государственный аппарат занимался саботажем. Марий держался двусмысленно, а в лучшем случае — пассивно, уступив руководящую роль своим союзникам, которые вели безудержную демагогическую политику. Выдающийся полководец и блестящий военный организатор оказался совершенно беспомощным в качестве общественного деятеля. Политически Марий был безграмотен и неустойчив. Его родственные и деловые связи с нобилитетом и всадничеством тянули его направо. Между союзниками начались ссоры. Это погубило все дело.

Наступили выборы на 99 г., проходившие в обстановке гражданской войны. Сатурнин выставил свою кандидатуру в народные трибуны в третий раз. Другим кандидатом был самозванец Эквиций, вольноотпущенник (а может быть, беглый раб), выдававший себя за сына Т. Гракха. Оба они были избраны. Атмосфера еще более накалилась во время консульских выборов. Одним из кандидатов выступил Главция, его противником — Гай Меммий. На последнего напала толпа и забила насмерть палками.

Тогда сенат решил принять крайние меры. В городе объявили осадное положение («Videant consules...»). Марию как консулу было предложено взять на себя руководство восстановлением порядка, на что он после некоторого колебания согласился. Сенат мобилизовал все наличные в городе вооруженные силы. Сенаторы сами явились на форум с оружием в руках. Сатурнинцы также приготовились к бою: они открыли двери тюрем и выпустили преступников, призвали к свободе рабов.

10 декабря 100 г., в день вступления в должность новых трибунов, на форуме разыгралось настоящее сражение. Сатурнинцев оттеснили на Капитолий. Они сдались после того, как были разрушены водопроводные трубы, подававшие туда воду. Марий хотел спасти своих бывших союзников и под сильной охраной отвел их в курию (здание сената), находившуюся на форуме. Но озлобленная толпа аристократической молодежи взобралась на крышу курии, разобрала ее и закидала пленников черепицами. Сатурнин погиб вместе с большей частью своих сторонников. Главция попытался скрыться, был найден и тоже убит.

Так закончилось это большое революционно-демократическое движение, зародившееся еще в 108 г. Как уже было сказано, оно являлось продолжением движения Гракхов, но в значительно модифицированной форме, вызванной изменившимися общественными условиями. Новыми факторами, которые отсутствовали в эпоху Гракхов, были: 1) возросшая роль люмпен-пролетариата, вносившего в движение сильный элемент анархии; 2) демагогия популяров, широко использовавшая этот анархический элемент; 3) участие в движении армии в лице ее вождя Мария и ветеранов. Таким образом, движение Сатурнина повторяло движение Гракхов не на расширенной, а на суженной основе падающей римской демократии.

И если Гракхи погибли из-за слабости демократии и внутренних противоречий, то еще неизбежнее была гибель Сатурнина и его сторонников. К концу II в. демократия еще более ослабела из-за прогрессирующей люмпен-пролетаризации мелких собственников. Вмешательство же военного элемента отнюдь не укрепляло, а, наоборот, ослабляло ее. Военные элементы сами по себе были еще недостаточно сильны, чтобы послужить базой для демократической диктатуры. Политическая неспособность Мария с этой точки зрения не столько являлась его личной чертой, сколько отражала незрелость новой армии.

ГЛАВА XXII

РЕВОЛЮЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ И РЕАКЦИЯ 80-х ГОДОВ I в.

Реакция 90-х годов. Дело П. Рутилия Руфа

После гибели сатурнинцев наступил период реакции. Законы Сатурнина были отменены. Метелл торжественно вернулся из изгнания. Марий своим недостойным поведением сильно себя скомпрометировал. Демократы не могли простить ему измены, а оптиматы не желали принять его в свою среду. Поэтому Марий предпочел уехать в Малую Азию под предлогом богомолья. (Во время войны с кимврами и тевтонами он дал обет съездить на поклонение «Великой матери богов»).

Однако период сенаторской реставрации и гражданского мира оказался непродолжительным. Он основывался на союзе сенаторов и всадников, заключенном перед лицом общей опасности. Как только эта опасность прошла, союз распался. Главным яблоком раздора и поводом к новой борьбе между обеими фракциями правящего класса послужили, как и прежде, судебные комиссии, особенно quaestio repetundarum. Co времени закона Главции 104 г. она прочно удерживалась всадниками и была источником величайших злоупотреблений в провинциях, так как ростовщики и публиканы чувствовали себя совершенно безнаказанными. В то же время всадники пользовались своим монопольным положением в суде, чтобы сводить счеты с теми провинциальными наместниками, которые были им неугодны.

Один возмутительный случай переполнил чашу терпения всех тех оптиматов, у которых еще оставалось чувство патриотизма и собственного достоинства. В конце 90-х годов был привлечен к суду по обвинению в вымогательствах легат наместника Азии Сцеволы Публий Рутилий Руф. Это был честный аристократ, который беспощадно преследовал римских откупщиков, разорявших несчастную провинцию. Он не останавливался перед самыми суровыми мерами вплоть до казни некоторых агентов публиканов, запятнавших себя особенно тяжкими преступлениями. Тогда откупщики привлекли Руфа к суду. Обвинение было явно вздорным. Тем не менее Руфа осудили на изгнание с конфискацией всего имущества для покрытия тех убытков, которые он якобы причинил провинциалам. Он удалился в изгнание в ту самую провинцию, которую «ограбил», и был встречен там с чрезвычайным почетом.

М. Ливий Друз Младший

Дело Публия Руфа послужило началом длинной цепи событий. Одним из народных трибунов в 91 г. являлся Марк Ливий Друз, сын Марка Ливия Друза, противника Г. Гракха. Он получил от отца огромное состояние, а по своему происхождению принадлежал к кругам высшей римской знати. Друз Младший был человеком правых убеждений, принципиальным сторонником сенаторского режима, но среди бездарной и подкупной аристократии он выделялся честностью, умом и энергией.

Своей ближайшей задачей Друз поставил вернуть суды сенаторам, что должно было послужить первым шагом к восстановлению господства аристократии. Но, как умный человек, он понимал, что это невозможно сделать без поддержки народной массы. Отсюда родилась его своеобразная консервативно-демократическая программа, в которой он пытался объединить лозунги демократии с главным требованием оптиматов относительно судов. Со времен Гракхов было три основных демократических лозунга: продажа хлеба по дешевой цене, наделение землей и дарование прав гражданства союзникам. Друза не смущала противоречивость этой программы. Став народным трибуном, он энергично взялся за ее осуществление.

Центральным пунктом являлся вопрос о судах. Друз предполагал решить его путем компромисса. Судебные комиссии вновь передаются сенату, который одновременно пополняется 300 новых членов из наиболее знатных всадников. Вместе с тем создается особая уголовная комиссия для преследования тех судей, которые окажутся виновными во взяточничестве.[279] Цель Друза была ясна: восстановить господство сената в судебных делах и подкупить наиболее влиятельную часть всадничества, открыв ей доступ в высшее сословие.

Чтобы привлечь на свою сторону городской плебс, который был совершенно не заинтересован в судебной реформе, Друз разработал проект хлебного закона, восстанавливающего или, быть может, даже расширявшего раздачу хлеба.

Аграрный законопроект Друза предусматривал вывод колоний на оставшиеся еще неразделенными государственные земли в Кампании и Сицилии.

По словам Аврелия Виктора, Друз говорил, что после себя он не оставит для раздела ничего, кроме воздуха и грязи.[280]

Расходы, связанные с раздачей хлеба и колонизацией, Друз предлагал покрывать своеобразной эмиссией: выпуском на каждые восемь полноценных серебряных денариев одного медного посеребренного.

Наконец, нашими источниками определенно засвидетельствованы связи Друза с вождями италиков, которым он обещал провести закон о правах гражданства для союзников.

В одном из фрагментов XXXVII книги Диодора приведена интересная клятва, которую якобы приносили члены тайной организации италиков. Они клялись стоять за Друза и за общее дело всех италиков. Впрочем, подлинность этой клятвы подвергается в науке большим сомнениям.

[279] Наши основные источники в этом вопросе (Аппиан, Ливий (периоха 71-й книги) и Веллей Патеркул) расходятся относительно способа, которым Друз предполагал провести судебную реформу. Наиболее достоверной представляется версия Аппиана (I, 35), излагаемая в нашем тексте.

[280] О знаменитых мужах, Сб.