Цикады: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты у них за главного, значит?

Паренек вздрогнул:

— Что?

— Староста?

Он, сглотнув, кивнул:

— В этом смысле? Да.

— А чем сейчас старосты занимаются?

— Ну я… — он убрал руки под стол и глубоко вздохнул, — всякое делал. Предупреждал, если расписание поменялось. Узнавал, если кто заболел. Организовывал выступления всякие. По сути, староста — это как помощник классного руководителя. Просто среди школьников.

— Помню, у нас вот староста журнал сторожил. А все равно украли, представляешь? Химичка бешеная попалась, обещала всех закошмарить, вот и украли. Да мы все знали, кто украл, Илюшка Пересеченко, но с ним никто связываться не хотел. Он потом еще горелую обложку в школу притащил, всем показывал, никого не боялся. Есть такие люди — отмороженные, понимаешь?

Мальчишка скуксился, и Толбоев продолжил говорить медленно, нараспев, будто рассказывая страшную сказку, будто их реальность не была страшнее всех сказок:

— Ой, что началось…

— Что? Его поймали?

— Шмонали всех, вызывали родителей, грозились из школы исключить. Собак, конечно, на старосту спустили, а он все равно молчал. Боялся Пересеченко. Или крысой прослыть боялся. Вот его и выперли. Вот так вот, Марк, старостой быть.

Мальчишка не реагировал.

— Марк, — Толбоев сменил тон с задушевного на душащий, — а кто у вас за Пересеченко?

— Вы и так знаете. Теперь мы все знаем.

Толбоев кивнул:

— А кто у вас за главного? Не ты же, да?

Марк пожал плечами:

— У нас… не было главного…

— Так не бывает.

— Бывает, — отрезал Марк.

— Кто-то всегда равнее других, но как скажешь. А это ваше мероприятие тоже ты организовал?

— Нет. Нет. Нет. Я ничего не организовывал. Я вообще не собирался туда идти. И другим это говорил. Все эти тусовки накануне экзаменов, придумают всякое… — На миг он перестал быть мальчишкой, обратившись в ворчливую классную даму, которую чужое веселье не просто утомляет, а раздражает — как раздражают сами дети, это веселье источающие.

Толбоев подыграл, поцокав с осуждением.

— Но тебя не послушались.

— Они меня вообще не особо когда слушались, — произнес он с тоской.

Девчонка сидела очень прямо, зажав губы так, что они почти исчезли, и смотрела в одну точку. Казалось, дай ей волю — и она сожмется полностью, засосется внутрь себя, оставив только прядь рыжих волос на память. Толбоев щелкнул пальцами перед ее глазами. Она вздрогнула.

— Вы не имеете права нас допрашивать, — как выплюнула.

Он молча ждал. Не выдержала: