Папа римский и война: Неизвестная история взаимоотношений Пия XII, Муссолини и Гитлера: читать начало книги онлайн

На папу постоянно сыпались призывы выступить против немецких зверств, масштабы которых все ширились. Вскоре после визита принцессы монсеньор Монтини попытался парировать жалобы британского посланника, посоветовав ему обратиться к статье, недавно опубликованной в швейцарской газете. Статья называлась «Политика Ватикана в отношении Второй войны». Как докладывал посланник, монсеньор явно намекал на то, что эта публикация адекватно отражает курс, намеченный самим папой. Главной темой статьи, сообщал Осборн, стала

Осборн, который в последующие годы то осуждал папу, то восхищался им, завершил свой отчет резкой критикой понтифика: «Но любое нравственное руководство, осуществляемое с учетом практической необходимости, непременно теряет свою значимость, что мы и наблюдаем… Я часто указываю здесь (и намерен продолжать это делать), что папская политика молчания и сохранения нейтралитета любой ценой разрушает нравственный авторитет Ватикана»[515].

Между тем папа продолжал получать новые и новые сообщения о массовых убийствах евреев в Европе. Одно такое сообщение пришло из особенно достоверного источника – от предстоятеля Украинской грекокатолической церкви, который в конце августа 1942 г. написал папе о «дьявольских» бесчинствах, учиняемых немецкими оккупантами на украинской земле:

В Ватикан поступали сообщения и из концентрационных лагерей в самой Италии. Туда сгоняли евреев-иностранцев с тех самых пор, как четырьмя годами раньше были введены в действие расовые законы. Один францисканский монах известил 10 сентября Ватикан о своем недавнем визите в концлагерь Феррамонти в Калабрии. Там в десятках бараков находились около 1400 евреев-иммигрантов. Они создали у себя нечто вроде самоуправления – сами регулировали религиозную жизнь, устроили школу для детей. Теперь же до них стали доходить вести о недавней массовой депортации немецких евреев, проживающих во Франции, в польские лагеря смерти. Эти известия, конечно, вызвали панику в калабрийском лагере. Францисканец тщетно пытался успокоить тамошних евреев и уверял их, что непосредственной угрозы нет. Но, по его мнению, эти страхи были понятными. Люди знали, что депортация означает неописуемо ужасную смерть[517].

Примерно в то же время папа получил еще одно сообщение о судьбе польских евреев практически из первых рук, когда Джованни Мальвецци, один из видных итальянских католиков, явился к монсеньору Монтини. Выполняя обязанности вице-директора гигантского холдинга при правительстве, контролировавшего значительную часть экономики Италии, Мальвецци недавно съездил в Польшу. «Массовые убийства евреев, – записал после этой встречи монсеньор Монтини, – достигли ужасающего размаха и приобрели ужасающие формы. Невероятные зверства происходят каждый день»[518].

За два месяца до этого посол Бразилии при Святом престоле, раздосадованный отказом Пия XII публично осудить преступления нацистов, предложил коллегам-единомышленникам объединиться и сообща надавить на папу. После того как иностранные дипломаты получили согласие своих правительств, их просьбы потекли непрерывным потоком[519]. Бельгийский и польский послы явились 12 сентября 1942 г. в Апостольский дворец, чтобы представить совместное заявление. Встретившись с монсеньором Тардини, они известили его, что дипломатические представители других оккупированных немцами стран (Нидерландов, Норвегии, Чехословакии и Югославии) подписались под их посланием[520].

Через два дня пришла очередь Осборна. Он направил заявление от лица Британии в виде письма, адресованного кардиналу Мальоне: «Мое правительство поручило мне призвать Его Святейшество папу рассмотреть вопрос целесообразности публичного и конкретного осуждения того, как нацисты обращаются с населением стран, находящихся под немецкой оккупацией». Пренебрежительно заявив, что общие слова папы, порицающие военные преступления, практически бесполезны, Осборн предупредил: «Политика молчания в отношении преступных деяний такого рода, идущих против совести всего мира, неминуемо влечет за собой отказ от позиции нравственного лидерства и последующую атрофию влияния и авторитета Ватикана». В тот же день Гарольд Титтман, американский посланник при Святом престоле, направил схожую просьбу от имени американского правительства[521].

«Даже Перу!» – написал безутешный Тардини, когда в конце месяца поступила последняя из этих просьб. Они едва помещались в специальную папку, которую завели для них в ватиканском государственном секретариате. Папка дожила до наших дней. Там хранится отдельная рукописная записка, где отмечается: «В этом хоре участвуют практически все»[522].

Майрон Тейлор, посланник Рузвельта при Святом престоле, встретился 19 сентября с Пием XII. Это был его первый визит с тех пор, как Соединенные Штаты девятью месяцами ранее вступили в войну. Аудиенция продолжалась почти два часа. Тейлор счел, что папа пребывает в добром здравии, хотя понтифик и похудел, «поэтому выглядит еще более аскетично, чем прежде». Он попытался убедительно показать понтифику, что Америка уверена в своей грядущей победе. Дипломат подчеркнул, что у его страны нет недостатка материальных ресурсов, тогда как ресурсы ее врагов тают. Кроме того, он заявил, что если гитлеровская коалиция восторжествует, то она «уничтожит всякое подобие христианской Европы». Однако в своих высказываниях Тейлор тщательно разграничивал Германию и Италию. Он отмечал, что в Соединенных Штатах гнев народа направлен почти исключительно на Германию и Японию, а резкие слова в адрес Италии звучат редко. Если Италия сейчас разорвет альянс с Гитлером, у нее появится шанс избежать той участи, которая однажды постигнет разгромленную гитлеровскую коалицию.

Рузвельт направил Пию XII и еще одно послание в форме 10-страничного документа, который Тейлор передал папе. Как отмечалось в тексте письма, есть основания полагать, что «наши враги из гитлеровской коалиции попытаются через разные каналы призвать Святой престол уже в недалеком будущем поддержать предложения о заключении мира без победы. Учитывая нынешнее положение воюющих сторон, мы вполне понимаем, насколько сильное давление они могут оказать на Ватикан». Президент подчеркивал, что сейчас, когда немецкие войска оккупировали огромную часть Европы, подобная мирная конференция в конечном итоге лишь закрепит завоевания Гитлера. Рузвельт надеялся, что папа не поддастся давлению такого рода[523].

Майрон Тейлор и папа Пий XII, 1942 г.

Через три дня Тейлор вновь встретился с папой и передал ему материалы о немецких зверствах. «Бытует уверенность, – заявил ему Тейлор, – что ваше слово осуждения [этих зверств] подбодрит всех, кто не участвует в злодеяниях, а, напротив, трудится ради спасения тысяч людей от страданий и смерти»[524]. К устной просьбе он присовокупил длинное послание-меморандум, адресованное кардиналу Мальоне. В нем содержались рассказы о новых жестоких массовых убийствах польских евреев. Документ фиксировал ужасающую картину:

Тейлор заканчивал свое послание так: «Я был бы очень признателен, если бы вы, Ваше Высокопреосвященство, проинформировали меня, располагает ли Ватикан сведениями, которые достаточно убедительно подтверждают сообщения, содержащиеся в данной записке. Если располагает, я бы хотел знать, нет ли у Святого Отца каких-либо предложений по практическим мерам, которые могло бы предпринять цивилизованное общество, чтобы предотвратить продолжение этой варварской практики»[525].

Служебная записка, хранящаяся в недавно рассекреченных архивах Государственного секретариата Ватикана, показывает, что папа прочел этот документ, как только он поступил, но не торопился на него реагировать. На полях послания имеется рукописная пометка, датированная 30 сентября и отвечающая на вопрос, есть ли в распоряжении Ватикана сообщения, которые подтверждают, что нацисты участвуют в массовых расправах над евреями. Она гласит: «Есть у синьора Мальвецци». Имеется в виду недавний рассказ итальянского руководителя бизнеса, побывавшего в Польше. К тому времени папа получил много подобных сообщений, включая недавнее письмо украинского архиепископа. Много подробных рассказов он слышал и от дона Скавицци, постоянно ездившего на Восточный фронт.

Тейлор покинул Рим, так и не получив отклика на свое обращение[526]. Через несколько дней после его отбытия Гарольд Титтман, его помощник, теперь проживавший на территории Ватикана, отправился в Апостольский дворец, чтобы узнать о реакции на послание своего шефа. В архивах Государственного секретариата сохранилась служебная записка, где говорится, что американский представитель «умолял дать ответ на меморандум по поводу убийств евреев, оставленный Его превосходительством Майроном Тейлором»[527].

На следующий день, 2 октября 1942 г., монсеньор Делл'Аква, сотрудник Государственного секретариата, которого папа считал своим личным экспертом по вопросам, связанным с евреями, дал понтифику совет по поводу того, как лучше реагировать на это послание[528]. На протяжении последующих лет комментарии Делл'Аквы встречаются на многих документах, касающихся обращенных к папе просьб публично заступиться за преследуемых евреев. Делл'Аква сделал блестящую церковную карьеру. В 1953 г. он заменил монсеньора Монтини на посту заместителя государственного секретаря, а затем, в 1967 г., сам Монтини, уже ставший папой, назначит Делл'Акву кардиналом-викарием Рима.

Делл'Аква рекомендовал папе не торопиться давать ответ на просьбу американского дипломата: «Несомненно, те новости, которые содержатся в письме посланца Тейлора, очень серьезны… Однако необходимо удостовериться, что эта информация соответствует истине, ибо и евреи склонны к преувеличениям». Да, отмечал он, папа в последние месяцы получил много весьма сходных рассказов о массовых убийствах евреев и от украинского архиепископа, и от Мальвецци. Тут папский советник мимоходом добавлял (явно имея в виду украинского иерарха), что «люди из восточной части Европы тоже не являются эталоном честности». «Впрочем, – предостерегал монсеньор, – даже если эти новости правдивы, было бы мудро проявить осторожность при подтверждении их синьору Титтману, так как я вижу политическую (пусть и не чисто политическую) подоплеку в этом шаге американского правительства, которое наверняка предаст огласке ответ Святого престола». А такая огласка, по мнению Делл'Аквы, «может иметь неприятные последствия не только для Святого престола, но и для самих евреев, оказавшихся в руках немцев… Можно было бы попытаться выяснить, какого мнения на сей счет придерживается нунций в Берлине, но этот несчастный едва ли способен сейчас хоть что-то утверждать с уверенностью!»[529]

На другой день польский посол представил папе новые сообщения о продолжающихся массовых убийствах евреев на своей родине: «Зверское умерщвление немцами евреев Польши приобрело мрачную известность среди местных жителей». Далее дипломат подробно описывал отправку десятков тысяч евреев в концентрационные лагеря, где их ждала неминуемая гибель. Он заключал: «Можно ожидать, что в течение ближайших месяцев все еврейское население Варшавского гетто, то есть около 300 000 евреев, будет переправлено туда, а те дома, которые находятся в этой части города, будут отданы "арийцам"»[530].

По печальному совпадению, именно когда папа размышлял над ответом американскому президенту, отец Скавицци после очередного возвращения из расположения итальянских войск на Восточном фронте направил понтифику еще один отчет о зверствах: «Массовые убийства привели к почти полному уничтожению здесь евреев, даже детей, в том числе и младенцев… Поговаривают, что убито свыше 2 млн евреев»[531].

Кардинал Мальоне 10 октября наконец передал Титтману ответ папы. В этом неподписанном заявлении признавалось, что сообщения о «суровых мерах, принимаемых против неарийцев» дошли до Святого престола из других источников, однако «до сего времени не представляется возможным подтвердить точность этих сведений». Иными словами, папа последовал совету монсеньора Делл'Аквы: лучше не рисковать и не давать союзникам подтверждений рассказов о том, что нацисты массово уничтожают евреев в Европе, иначе кто-нибудь может открыто сослаться на то, что Ватикан подтвердил обвинение, выдвинутое союзниками. Да и само слово «евреи» лучше не употреблять[532].

Часть третья. Роковые перемены

Глава 24

Попытка снять с себя вину

В ночь на 23 октября 1942 г. британские бомбардировщики, волна за волной, ныряли под облака, закрывавшие небо над Генуей на высоте 800 м, и сбрасывали на город сотни фугасных и зажигательных бомб. Лучи двух прожекторов пронизывали небеса, а зенитные пушки на ближайших холмах без особого успеха били по неуловимым целям. Эта атака ознаменовала начало новой фазы воздушной войны, развернутой союзниками: они приступили к «ковровым бомбардировкам», цель которых заключалась в устрашении и деморализации итальянцев. Бомбы взрывались в порту, в центре города и жилых кварталах, они разрушали больницы и церкви. Два дня спустя настал черед Милана. Британские бомбардировщики впервые совершили налет днем. Под бомбами погибло 132 человека. До конца войны Генуя, Милан и Турин подвергались авианалетам союзников: на каждый из них было совершено более 50 рейдов[533].

Помимо такого малоприятного для гитлеровской коалиции поворота событий в это же время на полях сражений произошло еще одно серьезное изменение. В ночь на 23 октября войска союзников под командованием британского генерала Бернарда Монтгомери начали наступление в Египте у города Эль-Аламейн, расположенного в центре Средиземноморского региона страны. В распоряжении Монтгомери было 190 000 человек и более 1000 танков. Ему противостоял немецкий герой войны Эрвин Роммель, имевший в своем распоряжении 116 000 солдат (они входили в состав немецких и итальянских частей) и 540 танков. Наступление Монтгомери началось с массированной артиллерийской подготовки, за которой последовала танковая атака через минные поля, установленные Роммелем. Не прошло и 10 дней, как союзники обратили в бегство войска гитлеровской коалиции, которые к тому времени потеряли половину личного состава.

Но на этом все не закончилось – 8 ноября в наступление на территории двух французских колоний, Марокко и Алжира, пошли американские пехотинцы под командованием генерала Дуайта Эйзенхауэра. Вместе со своими союзниками они быстро разделались с находящимися там немецкими и итальянскими частями. До той поры позиция Франции оставалась неопределенной: было не вполне ясно, на чьей стороне французские войска, расквартированные в Северной Африке. Тот факт, что французские силы, формально подчинявшиеся маршалу Петену и его вишистскому правительству коллаборационистов, не смогли противостоять наступлению союзников, заставил немцев направить собственные войска в юго-восточную часть Франции. Прежде эта большая часть французской территории оставалась под контролем французских войск.

Для Германии и Италии события в Северной Африке стали настоящей катастрофой. Мало того, что союзники выводили из строя сотни тысяч солдат противника и уничтожали его военную технику, они еще и создавали важный стратегический плацдарм для нападения с юга на ту часть Европы, которую контролировала гитлеровская коалиция. Италия оказалась в опасной близости к новым аэродромам и портам союзников[534].

С тех пор как два года назад немецкая армия совершила стремительный марш-бросок через Западную Европу, многим в Италии и в Ватикане казалась неизбежной грядущая победа гитлеровской коалиции. За это время немецкие войска успели захватить огромную часть Европы, далеко продвинуться на территории Советского Союза и вытеснить британские силы из Северной Африки. Япония в это время заняла огромные пространства в Азии и Океании. Теперь же стало вырисовываться совсем иное будущее.

Муссолини нужно было кого-то обвинить во множившихся несчастьях страны. «Бомбардировки Генуи и Турина – всецело вина Ватикана», – заявил он удивленному Раффаэле Гуарилье, своему послу при Святом престоле. Как полагал дуче, Майрон Тейлор почуял пораженческие настроения во время своего недавнего визита в Ватикан и решил, что они отражают более широкое отсутствие у итальянцев энтузиазма в отношении войны: «Поэтому он отправился в Лондон и предложил усилить террористические бомбежки Италии в уверенности, что таким манером союзники добьются краха нашей страны».

Гуарилья попытался уверить Муссолини, что тот ошибается. Ватиканские прелаты никогда не стали бы делать ничего такого, что подрывало бы боевой дух Италии, объяснил дипломат: они вообще живут в постоянном страхе совершить что-то, способное спровоцировать горячие головы в фашистских кругах на выпад против Святого престола.

[515] Osborne to Eden, September 8, 1942, NAK, FO 371, 33412, 96–105.

[517] P. Lopinot, Ferramonti-Tarsia, to Borgongini Duca, September 10, 1942, ADSS, vol. 8, n. 471; "Life in Ferramonti," Italy and the Holocaust Foundation, 2014, http://www.italyandtheholocaust.org/places-life-in-Life-In-Ferramonti-2.aspx.

[518] Montini notes, September 18, 1942, ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, parte 1, Germania, posiz. 742, f. 12r.

[519] В конце июля Гарольд Титтман, американский посланник в Ватикане, сообщил в Вашингтон об этих новых попытках. Как и других дипломатов, представляющих страны антигитлеровской коалиции, после вступления Италии в войну его разместили в гостевом доме Санта-Марта [Доме святой Марфы] на территории Ватикана (Дом Святой Марфы – одна из пристроек к собору Святого Петра.). Титтман напоминал, что в предыдущих депешах неоднократно «обращал внимание на мнение, согласно которому отказ Святого престола от публичного протеста против нацистских зверств подрывает его нравственный авторитет и доверие как к Церкви, так и к Святому Отцу». По его словам, он с коллегами всегда получал на это ответ, что папа уже осудил соответствующие проступки против нравственности, а если «сейчас погружаться в конкретные детали, это лишь ухудшит положение». Титтман сомневался, что организованная бразильским послом кампания по отправке писем в Ватикан вынудит папу изменить позицию, однако добавлял, что она не принесет особого вреда. Через несколько дней госсекретарь США сообщил, что поддерживает идею скоординированного обращения к Ватикану (Tittmann to Hull, Washington, July 30, 1942, NARA, RG 59, Entry 1070, box 29, pp. 125–126; Hull to Tittmann, August 4, 1942, FRUS 1942, vol. 3, p. 773).

[520] В записке, недавно обнаруженной в ватиканских архивах, явно видно раздражение Тардини по поводу их визита: бельгийский посол зачитал пространную выдержку из документа, который они принесли с собой, а затем передал страницы польскому коллеге. «Тот, следуя такой же системе (но голосом более зычным – и с утомительной медлительностью), вслух прочел дальнейший текст, вплоть до страницы 21» (Tardini note, September 15, 1942, ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, parte 1, Germania, posiz. 847, f. 29r).

[521] Tittmann to secretary of state, Washington, D.C., September 11, 1942, NARA, RG 59, Entry 1070, box 29, pp. 121–122; L'ambassadeur de Belgique Nieuwenhuys et de Pologne Papée au cardinal Maglione, September 12, 1942; L'ambassadeur du Bresil Accioli au cardinal Maglione, September 14, 1942; Osborne to Maglione, September 14, 1942, ADSS, vol. 5, nn. 465–467; Tittmann to Maglione, September 14, 1942; Tittmann to Hull, September 14, 1942, FRUS 1942, pp. 3:774–775.

[522] Peruvian ambassador to the Holy See, September 17, 1942 (послание прибыло лишь 28 сентября), ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, parte 1, Germania, posiz. 847, f. 47r. Упомянутую записку см. там же, f. 52.

[523] Taylor report, September 19, 1942, FDR Library, psfa 494a, pp. 14–24. Папские копии тезисов Тейлора см. здесь: AAV, Segr. Stato, 1942, Stati, posiz. 204, ff. 59r–71r.

[524] Taylor memo given to Pius XII, September 22, 1942, FDR Library, psfa 494a, p. 40. Оригинал см. в: ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, parte 1, Germania, posiz. 742, ff. 16r–19r.

[525] Taylor memo to Maglione, September 26, 1942, FDR Library, psfa 494a, pp. 138–139. Перевод этого документа на итальянский см. в: ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, Parte Extracta, Germania Extracta, posiz. 742, Ebrei, ff. 21r–23r, вместе с запиской Il Santo Padre ne ha preso visione («Святой Отец ознакомился с этим»), f. 14r.

[526] Если у Рузвельта и были надежды на то, что Италию можно оторвать от ее партнера по гитлеровской коалиции, то отчеты Тейлора из Ватикана рассеяли их. Тейлор извещал президента: «На протяжении долгих лет ничей авторитетный голос не произнес никаких публичных заявлений, которые осуждали бы этот тоталитарный режим». Не стоит думать, что король мог бы помочь избавить Италию от Муссолини, ибо «возлагать надежды на династию не приходится: она всегда демонстрировала полную подчиненность режиму». Тейлор полагал, что Муссолини все-таки свергнут, но «лишь после того, как удастся добиться разгрома Германии». И в самом деле, папа беспокоился и о том, что произойдет с Италией, если гитлеровская коалиция потерпит поражение. Тейлор докладывал: «В ватиканских кругах бытует мнение, высказанное как папой, так и кардиналом [Мальоне], что после этого воцарится хаос. Оба сомневаются в способности Объединенных Наций [то есть союзников] справиться с ним» (Taylor to FDR, September 24, 1942, FDR Library, psfa 495, pp. 44–45; Memorandum of Conference between the Cardinal Secretary of State Maglione and Myron Taylor, September 25, 1942, FDR Library, psfa 494a, p. 38).

[527] Memo, Segreteria di Stato di Sua Santità, October 1, 1942, ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, parte 1, Germania, posiz. 742, f. 24r.

[528] Во «Введении» к шестому тому ADSS редакторы-иезуиты назвали монсеньора Делл'Акву «сотрудником первой секции Государственного секретариата, специализирующимся на всех вопросах, которые касались неарийцев» (p. 25).

[529] Служебную записку Делл'Аквы от 2 октября см. в: ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, Parte Extracta, Germania, posiz. 742, Ebrei, f. 25r. Анализ фигуры Делл'Аквы см. в: Melloni 2004.

[530] Доклад на бланке польского посольства при Святом престоле, проставлены место и дата: Vatican, October 3, 1942, ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, parte Extracta, Germania, posiz. 742, f. 35r.

[531] Relazione di Scavizzi, October 7, 1942, ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, parte Extracta, Germania, posiz. 742, f. 26r.

[532] Tittmann to Hull, October 10, 1942, NARA, RG 59, CDF 1940–44, 740.00116, box 2917, pp. 2, 3; также опубликовано в: FRUS 1942, vol. 3, pp. 777–778. Ватиканская копия хранится в: ASRS, AA.EE.SS., Pio XII, parte Extracta, Germania, posiz. 742, f. 27r. Еще много месяцев монсеньор Бернардини, нунций в Берне, пересылал в Ватикан документы, составленные еврейскими организациями и описывающие уничтожение евреев в Центральной и Восточной Европе (AAV, Arch. Nunz. Svizzera, b. 221, fasc. 626, ff. 93r–120r).

[533] Gioannini 2012, p. 80.

[534] Rauscher 2004, pp. 441–442; Davis 2006, pp. 77–78, 138; "75(nz) squadron," https://75nzsquadron.wordpress.com/october-1942/; "Second Battle of El Alamein," National Army Museum, https://www.nam.ac.uk/explore/battle-alamein.